6 утра и приступал к воздушным ваннам, упражнению «золотая рыбка» и т. д., а потом, как и всегда, шел на работу. Я думаю, что такой распорядок дался бы тяжело даже здоровому человеку. В чем же тогда заключался секрет инвалида и его помощницы-жены? В маленьких порциях сырой еды.
Каждый день для нашей супружеской пары – это шанс показать людям величие вегетарианской диеты.
Терапия сыроедением, которую не хотелось прерывать
Спустя год и три месяца сыроедения нам с женой наконец разрешили практиковать отказ от пищи, потребляя только агар-агар. За 18 и 19 декабря 1983 года мы два раза поели кашицу из зеленых водорослей.
С 20 по 23 декабря мы сидели на одном агар-агаре. Изначально мы планировали провести так 6 дней, но признаков избавления от запора, таких как боль в животе, так и не появилось, поэтому доктор Кода попросил нас завершить лечебное голодание на четвертый день. Еще четыре дня заняло, чтобы, как полагается, вернуться к изначальной диете. Я даже не могу описать, какой вкусной тогда показалась сырая пища. Я осознал, что вот уже год и три месяца ем безумно вкусные продукты. Это как раз была пора Рождества, и мы, христиане, встретили его в самых лучших традициях.
Я все еще не избавился от запора, но продолжал путь сыроедения с надеждой, что когда-нибудь ситуация изменится. В нашу первую встречу доктор Кода попросил меня соблюдать диету как минимум год, и этот год пролетел незаметно. Практикуя сыроедение в течение почти полутора лет, я научился трем вещам.
1. Очень важно иметь желание вылечиться.
Сыроедение можно практиковать вечно, но только при сильном и искреннем желании исцелиться. Нужно смириться с тем, что это единственный способ победить болезнь.
2. Я могу продолжать терапию только благодаря поддержке моей семьи.
Во время терапии сыроедением семья может стать как лучшим союзником, так и злейшим врагом. К счастью, в моем случае жена была на моей стороне, а противников так и не появилось. Я уверен, что не смог бы продолжать лечение без помощи моей супруги.
3. Нужно полностью доверять доктору Коде.
«Если доктор Кода говорит, что тебе станет лучше, значит, так оно и есть, поэтому сделай все от тебя зависящее», – вот что я услышал от единомышленников. Раз уж профессор Кода стал последним врачом, на помощь которого я могу рассчитывать, я буду выполнять каждую его рекомендацию. Вот почему я был уверен, что когда-нибудь мой запор уйдет.
Вот три важные мысли, к которым я пришел во время лечения. Я планирую практиковать сыроедение всю жизнь. Моя жена тоже придерживается вегетарианской диеты, но я знаю, как тяжело ей искать овощи без пестицидов и постоянно готовить отдельно для меня и для детей, поэтому вряд ли она захочет придерживаться терапии до конца своих дней. Истинное ее желание – мое скорейшее выздоровление. Я убедился в том, что у меня есть шанс на исцеление, и планирую пройти этот путь до конца.
21 января 1979 года
Перед лицом неизлечимой болезни мужа. Рассказ Юкии Намбы (жена, 39 лет)
Пять лет назад, в сентябре 1982 года, я впервые познакомилась с методами доктора Коды. Тогда моему мужу поставили страшный диагноз: прогрессирующая мышечная атрофия. Он попробовал все: современную медицину, восточную медицину, народные средства – и даже провел год в Хиросиме и Мацуяме в поисках других средств лечения. Однако болезнь не отступила, и к тому времени, как мы встретили доктора Коду, она прогрессировала так быстро, что муж уже не мог ходить.
К сожалению, лечения пока не существует, да и прогнозы неутешительны: в среднем врачи обещают от года до трех лет жизни. При мышечной атрофии человек со временем теряет способность двигать руками и ногами, говорить и даже открывать веки. Однако он не теряет слух, а его сознание остается ясным до самого конца. Больной оказывается прикованным к кровати без возможности пожаловаться на свое состояние, но он слышит все, что ему говорят. Хороша ли жизнь, когда ты не можешь сказать, что тебе жарко, холодно или зудит какая-то часть тела?
Встреча с доктором Кодой
Я узнала о докторе Коде благодаря друзьям мужа, которые не имели к сыроедению никакого-отношения. Практически в одно и то же время нам стали рассказывать о нем знакомые из Осаки, Ямагути и родной Окаямы. Один из них, Масато Мигаки из сельскохозяйственного продовольственного центра Окаямы, сказал: «Я больше не могу на это смотреть. Поехали в Яо к доктору Коде». Он добавил, что в клинике мужу помогут вылечиться с помощью диеты. Мне было интересно, неужели действительно возможно победить тяжелое заболевание без хирургического вмешательства, только с помощью особого рациона? Я сама диетолог, поэтому прекрасно понимала, что в сыроедческом меню отсутствует животный белок. Однако меня воспитывал отец, не принимающий западную медицину, поэтому от него я часто слышала слова «овощи» и «зеленый сок» и даже немного практиковала вегетарианство. Раньше, как только я заболевала, родители тут же заставляли меня голодать. Тогда я была молода и принимала это как нечто само собой разумеющееся. Я не могла вспомнить, тяжело ли мне давался отказ от еды. Теория моего отца заключалась в том, что «питательная еда и постельный режим для больного – большая ошибка западной медицины».
Когда я рассказала папе о докторе Коде, он ответил: «Ты много блуждала, но в конце концов вышла на правильную дорогу». Заручившись его поддержкой, я отбросила все сомнения и смогла уверенно рекомендовать методы сыроедения своему мужу.
Я подумала, что будет жестоко заставлять супруга в одиночку есть сырые овощи, пока остальные будут наслаждаться вкусной едой, и решила разделить с ним это бремя.
Быть опорой своему мужу
Я задалась вопросом, получим ли мы положительный эффект.
1. Сначала высокое артериальное давление мужа (нижний показатель – 105) и мое низкое (нижний показатель – 40) пришли к идеальным значениям (нижний показатель у нас обоих – 75) и с тех пор остаются на этом уровне. Я обрадовалась и доложила об этом доктору Коде, на что он ответил: «Да, так и должно быть». Кода, сначала казавшийся равнодушным, стал самым надежным наставником для пациентов своей клиники.
2. Считается, что чем здоровее человек, тем быстрее эта терапия принесет эффект, но у меня чувствительная кожа, которая легко сохнет от мыла, поэтому перед терапией я умывалась средствами, содержащими энзимы. Тем не менее я все равно не могла себе позволить отказаться от крема. Кроме того, использование косметических средств от известных брендов на протяжении 5–6 лет придало моей коже землистый оттенок, из-за чего я даже думала, что у меня
