статьи пополнили родную библиотеку: вторая задача.
Третья, решение которой он завершал сейчас: выкроить из целостной картины фрагменты и подать под таким соусом, чтобы не вызвать у челов сенсации, но подтвердить научную состоятельность и большой исследовательский потенциал Р.?К.?Чернова. Задача была интересной, Ромига хотел решить её красиво. Не жаль было потратить предыдущие несколько лет — и эту ночь. Как любой нав, он мог обходиться без сна много суток подряд без вреда для себя. Десять-пятнадцать минут медитации, полчаса чуткой дрёмы под шуршание и позвякивание принтера, распечатывающего "кирпич", и следующие сутки он будет в идеальной форме. Вечером, у Семёныча, она ему понадобится. Ромига предчувствовал и не сомневался.
А пока доводил до ума, собирал воедино, шлифовал ранее написанные куски глав, память снова и снова улетала к самому началу его археологической карьеры, в глухие печорские леса. Благо, воспоминания ничуть не мешали навскому мозгу делать основное дело.
Человская самогонка изрядно отдавала сивухой. В другое время Ромига такое даже пробовать бы не стал, предпочитая более благородные напитки. Но после дня езды по лесным дорогам в тряском кузове грузовичка. После долгого ожидания на деревенской площади, в компании сонного Фарида Хамзи и двух коз. После общения с презабавной козьей хозяйкой... Гадкий, сам по себе, вкус "огненной воды" показался на удивление уместным, добавил нужный штрих в картину этого вечера. Нав не стал тормозить Митрича, который налил ему второй стакан. Не собирался отказываться и от следующего. Знал: сохранит рассудок ясным ровно настолько, чтобы легко и непринуждённо пустить застольную беседу в интересное ему и товарищам русло. Общими усилиями они сейчас выведают у аборигенов максимум подробностей о местах, куда завтра предстоит плыть. Шас, умница, уже завёл нужный разговор, да и Валера подключился. Ромига подумал: "Толковый чел, настоящий мастер своего дела. Я бы с удовольствием поучился у него водить машину по бездорожью. Жаль, не вписывается в планы. Придётся отправить восвояси. К тому же, Анга со Зворгой на него взъелись".
Нав чувствовал настроение соплеменников: отнюдь не мирное. Перехватывал косые взгляды на изрядно "тёплого" мужичка. "Затеяли сорвать зло за прошлогоднюю историю, которую он сдуру помянул? Очень похоже. Надеюсь, Анга понимает, что человский труп или загадочное исчезновение нам сейчас некстати?" Ромига уже говорил об этом днём, по пути. Но не был уверен, что товарищи восприняли его слова как волю главного в команде, а не личную блажь. И дурная репутация среди местных челов выросла не на пустом месте.
Через некоторое время старшие навы стали исподволь, но очень слажено и упорно сворачивать разговор с делового на всякую чертовщину и мистику. Вон, водитель уже повторяет им байки, которыми развлекал по дороге Фарида. А вот охотнички переглянулись и одновременно начали строить какие-то арканы, уровня, никак не ниже третьего.
Стремительно проанализировав, что они делают, Ромига чуть не поперхнулся от удивления: "Избирательный, сложно структурированный морок? Прямо сейчас? У меня под носом, но без уговора? Ах вы... черти болотные!" Он мигом вышел из благодушно-расслабленного состояния, в котором пребывал, неторопливо обсуждая с хозяином и шасом лодочные моторы. Подал товарищам знак, понятный любому гарке: "Осторожно! Назад!" А вслух предложил:
— Ребята, пошли сходим за вещами? Пока на ногах держимся. Фарид хитрый, свой рюкзак сразу взял. А наши в машине. Валер, ты ведь не в состоянии гнать её сюда?
— Нет. Выпивши, за руль не сажусь. Даже с пива. Принцип такой, — упрямо набычившись, хотя никто не думал спорить, изрёк водитель.
— Я не просто хитрый. Я старый, матёрый... Ик... Экспедиционный волк, — одновременно отозвался шас. — Буду бесконечно благодарен достопочтенным хозяину и хозяйке дома, если мне прямо сейчас покажут, куда я могу бережно уложить свои разбитые на тысяче ухабов кости. Иначе оные кости рухнут прямо под их гостеприимный стол. В моём возрасте — несолидно. И не за то за постой плачено. А ты побудь пока за старшего, Ром.
— С удовольствием! Приятных снов, Фарид!
Ромига встал из-за стола:
— Антон, Сергей, марш за рюкзаками!
Анга и Зворга смерили его недовольными взглядами, но слова поперёк не сказали. Начали выбираться со своих мест.
— А ты мастер командовать, сопляк. Вон как все сразу засуетились, — буркнул себе под нос водитель, неуклюже двигая стул, чтобы пропустить соседа. Чел даже не заметил спьяну, как у того, кого звали Романом, губа вздёрнулась вверх, обнажив на миг острые зубы.
Не то чтобы Ромига всерьёз разозлился на реплику Валеры. Причин не было, а повод — слишком ничтожный. Но решил, что позволит товарищам слегка спустить пар и заодно развлечётся сам.
Ночи стояли белые. Эта выдалась ясной и такой холодной, что изо рта валил пар. Трое быстрым, уверенным шагом шли по тропинке между огородами. Негромко переговаривались на ходу. Даже если бы рядом оказался кто-то посторонний, не разобрал бы ни слова. Пятнадцати минут до машины и обратно навам хватило, чтобы немного поспорить, прийти к согласию и распределить роли в предстоящем представлении.
Вернулись и продолжили застолье. Пожилой шас давно похрапывал за печкой, хозяйка вместе с детьми видела десятый сон в пристройке. А трое навов, водила и хозяин дома всё беседовали, не забывая наливать да опрокидывать. Себе Митрич плескал по чуть-чуть, ещё меньше — Валере, гостям — от души. Но горожане держались стойко и пощады не просили.
— Мужики, а пойдём покурим? — предложил Валера.
— Мы некурящие.
— Ну да, ты говорил: спортсмены. А первач-то вам пить можно?
— В меру, — ухмыльнулся самый крепкий и длинный из троих: стоя в рост, он задевал макушкой матицу. Хмель его, кажется, вообще не брал.
— А спорт какой? Баскетбольная команда? А чего вас по телевизору не кажут? — разговор шёл по кругу уже пятый или шестой раз за сутки. — Петь, пошли, что ли, с тобой на пару подымим? С этих московских — мало толку.
Двое челов, с трудом сохраняя равновесие, выбрались на крыльцо. Навы переглянулись и приступили к исполнению плана.
Ночь давно перевалила за середину, облака на востоке уже светились розовым, предвещая близкий восход. Над рекой поднимался туман.
— Холодина! Опять картошка помёрзнет. Говорил Веронике: окучивай выше.
— Да поди угадай, дни-то какие жаркие. Надеюсь, мои догадались закрыть тепличку...
Огоньки двух папирос мерцали в светлом предутреннем сумраке.
— Валер, где ты откопал этих спортсменов? Первый раз вижу такую породу. Да ещё одинаковые, будто из инкубатора. Дедок при них тоже
