Напряжение за столом несколько спало, но Вожатый до конца не успокоился.
– А родственнички мои допрыгались! – грозно подняв голову, проговорил Он. – Братца тоже в Саввино-Сторожевский вези, – обращаясь к Фадееву, приказал Вожатый, – пусть в святой компании потрется, и келью ему потеснее, понеудобнее выбери, может, оздоровится на монастырских харчах, забулдыга! От командования Брата отстраняю. Вот где они у меня! – и с ожесточением хлопнул себя по шее. – Что ни день, то новые чудачества!
Выпили еще. Вожатый долгим взглядом обвел присутствующих и остановился на Министре. Под пристальным взглядом тот чувствовал себя неуютно.
– Тебя, Сергей Тимофеевич, с этого дня Командующим назначаю и маршалом делаю! Принимай войска!
– А как же космос? – растерянно проговорил обалдевший Сергей Тимофеевич.
– А что космос? И космос за тобой останется. Надо со всем управляться. Я же успеваю! Поищи человека понадежней, пусть помогает. Что у тебя, ни одного толкового парня на примете нет?
– Найду! – пообещал Сергей Тимофеевич.
О таком назначении он даже не мечтал. Нешуточное дело – командовать сорока миллионами солдат Народной Армии. А Народная Армия не шутка – в ней и пограничные войска, и наступательные, и войска тыла – в простонародье милиция, а еще и флот с авиацией, такая громадина!
Поднявшись из-за стола, глядя в неподвижные зрачки Вожатого, Министр громко произнес:
– Служу Отечеству!
– Молодец! – похвалил Высший Разнокомандующий. – А теперь садись, забыл, что ужин у нас? А вы что смотрите? – добавил Он. – Наливайте! Поздравлять Сергея Тимофеевича будем! Теперь он у нас сила!
32
Сергей Тимофеевич прибыл в Кремль в назначенное время. На этот раз один, без сопровождающих. В знакомом кабинете было предельно тихо, только собака, полосатый датский дог, утомленно вздыхала и, заметив вошедшего Министра-Командующего, дружелюбно забила хвостом в знак приветствия. Сергей Тимофеевич наклонился и поласкал ее за ухом. В этот момент из боковой двери появился Вожатый.
– Здорово, Серега! – проваливаясь в любимое кресло, проговорил Он. – Садись, садись, не стой! Я тут поговорить с тобой собрался, обсудить кое-что. Ты не смотри, что я старый, здесь, – и Вожатый постучал пальцем по лбу, – еще кое-что осталось! Садись, садись! Скажи мне, Сережа, этот Луноход по Луне ездить сможет?
– Обязательно сможет, для того и делаем.
– А грузы возить сможет?
– Смотря какие, это же не грузовик.
– В том-то и дело, – многозначительно сказал Вожатый. – Нам как раз грузовик нужен.
– Грузовик? – переспросил Сергей Тимофеевич.
– Именно. Будем на Луне склады строить, на обратной ее стороне, чтобы никто не догадался, что там творится.
Сергей Тимофеевич не перебивал. Вожатый чуть-чуть раскачивался в кресле и не спеша говорил:
– Тяжелое время сейчас, Сережа! Как ни стараюсь, а чует мое сердце, загубят планету. С такими командирами недолго нам чистым воздухом дышать. Сейчас главное – как можно больше продовольствия, лекарств, воды, стройматериалов и топлива твоим Луноходом в надежное место вывезти. К апокалипсису готовиться надо! – понизив голос, произнес Он. – Пока я жив, будем на Луне склады строить, стратегические запасы заготавливать. До конца года тебе надо минимум две межпланетные станции в космос поднять и продумать, как на Луне работы организовывать. Всю схему!
Министр-Командующий хотел встать.
– Да сиди ты! – недовольно рявкнул Вожатый. – Думаешь, для чего я все тут упрощаю, в государстве нашем? Оленей внедряю, потому, думаешь, что дурак? Нет, не дурак! К опасностям людей готовлю, уже сейчас их натаскиваю, чтобы не растерялись, в панику не ударились, когда страшное время наступит. Думаешь, я стариков хуй знает куда просто так загнал, чтобы под ногами не мешались? Нет, Сережа, я на резервациях научную модель выстраиваю, как общество в экстремальных условиях вести себя будет, как выживать! Академик Цендер на основе Поселений труд огромный про поведение человека написал. Когда беда грянет, ох как нам это исследование пригодится! Я, знаешь, многое за свою жизнь перевидал, и очень плохим успел побывать, и очень хорошим, а понял одно, самое главное – хрупок наш мир, Сережа, так хрупок! Уронишь и уже не соберешь! Думаешь, я для чего государства слабые скупаю, направо-налево ресурсы кровные раздаю, электроэнергию по всей стране экономить заставляю, от газа в быту отказались и по старинке, то угольком, то полешком квартиры протапливаем? Зачем все эти Гваделупы в должники записываю? Потому, думаешь, что добренький стал? Хрен вам! Не добренький. За долги, за несметные сокровища продают мне правители свои страны, а сами с моими денежками по курортам, по красивейшим местам планеты разъезжаются, кокаином и праздником наслаждаться. Я ли не знаю, как заебала их каждодневная работа, так называемое государственное строительство как замучило! Если б ты знал, как они рады от меня денежки взять и на все четыре стороны съебаться! И примеры живые перед глазами – бывший Президент Хорватии, потом финн этот престарелый, Кокуусекаун! Эти двое самые шикарные тусовки в своих дворцах закатывают, модельными девушками любуются, старые пердуны! Но, глядя на них, верят мне остальные правители, в слове моем никто не сомневается, ни принцы с премьерами, ни председатели с госсекретарями, знают, что не наебу, что честный, хоть и политика моя им не по душе. А что делать, ребята, какой уж есть, извините!
Вожатый кашлянул.
– Многие на мои предложения почему соглашаются? Потому что у них на сердце покоя нет, потому что надо или постоянно к выборам готовиться, или свободу упрямую, которая все время под власть подкапывается, колючими пулями душить, а у многих кишка тонка – живого человека к стенке поставить, поэтому и позитива у них маловато, один страх за будущее и одни выборы мрачной тенью перед глазами маячат. Они только говорить и обещать могут. Так уже народ свой словоблудством утомили – до омерзения! Поэтому от людей им веры не будет. Простым людям порядок нужен, хозяин необходим! С хозяином надежней. Когда в стране хозяин есть, тогда все хорошо, полная ясность тогда. А когда ребята без конца передергивают, то так, то эдак повернут, и закон государственный за их чудачествами не проглядывает, это уже на мошенничество смахивает. Пришел порулить на четыре года, в лучшем случае на восемь, и уже к отставке готовься, вещи пакуй, кому это понравится? Мне над ними смеяться хочется! Восемь лет – разве это срок для правителя? За это время что успеешь, хуй пососать?! Даже осмыслить по-настоящему не сможешь, откуда что получается! Смотрю на них и смеюсь. Какое же это государство, если там мафия существует, бандиты по улицам разгуливают? Если в школах торгуют наркотиками, и как ни стараются организаторов разыскать – не получается, не спектакль ли?! Если дети беспризорные по улицам бегают, сумки у прохожих вырывают? Нищие от голода мрут? А в больницах ни лекарств, ни оборудования, ни специалистов, простынки не штопанной чистенькой не разыщешь, одни стулья колченогие да линолеум под ногами обосанный к подошвам липнет! Лампочки и те в коридорах больничных потырили! Это, по-твоему, государство?! – обращаясь к Сергею Тимофеевичу, распалялся Вожатый.
– А кормят больных такими помоями, что свинья жрать не станет! – продолжал Он. – Не государство, милые, это, и даже не подобие! Попробуй у нас кого-нибудь тронь, словом оскорби, так выебут, что отец родной не узнает! Ты давно на улице человека с сигаретой встречал? Уже и не вспомнишь когда! Боятся. Знают, что после сигареты будет. Плохо будет, очень плохо! Никому такое в голову не придет – на улице закурить! А этим, – Он махнул вдаль, – им только деньги подавай, и делай, что хочешь, хоть на голове посреди улицы голым кукарекай. Поэтому нам с ними легко, с соседями нашими, обо всем договориться можно, – подытожил Вожатый, – а что смеются над нами, пусть! Смейтесь на здоровье! Пусть пальцами тыкают, мол, отсталые, мол, в моде, в изысках ничего не понимаем, перетерпим! Когда время придет мосты и электростанции взрывать, горло им, негодяям, резать, тогда посмотрим, как закудахтают! – зло прищурился Он.
Солдата они оружием новейшим увешали, сапоги непромокаемые дали, форму теплую маскировочную и думают – он воин. Хер вам! Кукла он никчемная. А воин – голый из оврага выполз, весь в дерьме, и всех этих куколок по одному передушил. Солдат духом силен, а не сапогами! Помните, корейский корабль в океане крушение потерпел, одного матроса американцы в море заметили и шлюпку спасательную за ним выслали? Кореец неизвестно сколько в океане пробарахтался, из сил выбился, почти тонет, а американцы его еле-еле в свою лодку затащили. Не хотел к американцам! Потому как враги они корейскому народу, а для корейского патриота лучше смерть, чем американцы. Идеология. Вот где сила! Сетью рыбацкой моряка выловили.
