– Я тебя не отпущу и не позволю тебе все разрушить, – тихо, но решительно сказала она. – Я обязательно найду способ сделать так, чтобы у нас все получилось.
Джек издал уже знакомый Мелани саркастический смешок.
– Меньше года назад то же самое говорил я, а ты и слышать ничего не хотела. Ты не желала дать нам второй шанс.
– Значит, я была не права.
Джек горько рассмеялся.
– Бог мой, Мелани, ты меня с ума сведешь!
– Вот и хорошо.
Их взгляды встретились, Джек нахмурился, черты лица сковало напряжение.
– Я хочу, чтобы ты потерял из-за меня рассудок и не смог бы от меня уйти, тогда у нас появится шанс начать сначала и все исправить.
– Этому не бывать.
– Почему ты так уверен?
Джек мрачно усмехнулся.
– Да потому что я знаю себя и тебя, сейчас ты отчаянно борешься за наши отношения, но не потому, что любишь, а потому, что тебе страшно.
Мелани не нашлась, что ответить. Она только резко втянула воздух, сверкая глазами. Джек, по-видимому, понял, что перегнул палку, выражение его лица немного смягчилось, взгляд потеплел.
– Ты говоришь как взрослая, умудренная женщина, но в глубине души ты – неопытная девочка, которая привыкла жить под защитой взрослых. Ты не меня потерять боишься, на самом деле тебя пугает перспектива остаться с жизнью один на один.
Нервы Мелани были натянуты до предела, казалось, они даже звенят, как провода под высоким напряжением. В ее голове крутились слова протеста, но она не могла составить из них связную фразу и произнести ее вслух.
– Возможно, я действительно не очень опытна и выросла в тепличных условиях. У тебя все было по-другому, ты мог делать что хочешь, путешествовать…
– Во-первых, я бы не назвал скачки на лошади по прерии путешествием, – сухо перебил Джек. – А во-вторых, ты, как мне кажется, имела полную возможность делать все, что вздумается.
Мелани понимала, что он имеет в виду не образ жизни, а взгляды, в частности, ее бунтарское отношение к желаниям и требованиям родственников.
– Ты – самая изменчивая, непостоянная женщина из всех, с кем мне доводилось иметь дело, как бы ты ни старалась быть другой. Я прекрасно помню, как ты заявляла, что хочешь сделать одно, а через минуту делала совершенно противоположное. Тебе нравится простота, но ты не можешь жить без всего этого. – Джек жестом указал на элегантно обставленную гостиную за стеклянными дверями террасы. – Вся эта роскошь, антиквариат, дизайнерские изыски – по большому счету это и есть ты.
Еще секунду назад Мелани было холодно, но от слов Джека ее бросило в жар, щеки запылали, глаза гневно засверкали.
– Ты ничего обо мне не знаешь!
Джек прищурился и насмешливо возразил:
– Напротив, я знаю тебя даже слишком хорошо.
У Мелани возникло пугающее чувство, что она стоит не на террасе, а на краю пропасти. Однако ноги словно одеревенели, она не могла сделать ни шагу. Молчание затягивалось и становилось все более неловким. Мелани с ужасом почувствовала, что вот-вот расплачется. Этого только не хватало! Но как не заплакать, когда выясняется, что она Джеку совсем не нравится, он ненавидит то, что она собой олицетворяет?! Он представил дело так, будто их отношения были сплошным фарсом, будто их не связывало ничего, кроме примитивного физического влечения. Но связывало ли их нечто большее или… он прав?
Молчание становилось невыносимым.
Мелани оглянулась и посмотрела на Джека. На фоне белых оштукатуренных стен его крупная фигура выглядела особенно внушительно. Нет, он не прав, их отношения основывались не только на сексе. Их желания, мечты, планы, – все это существовало на самом деле. Это была реальность. Это была любовь. Пытаясь совладать с внезапной паникой, Мелани стиснула кулаки.
– Тебе легко меня критиковать, ты же знаешь мое прошлое. К сожалению, не могу сказать того же о себе. Я почти ничего не знаю о твоем прошлом. Я только знаю, что большую часть жизни ты был свободен, как птица, а потом отказался от своей свободы, чтобы жениться на мне. А мне бы хотелось повидать то, что видел ты, узнать хотя бы часть того, что ты знаешь.
– Это неподходящая жизнь для женщины.
– Да, согласна, я не мужчина и не ковбой, но я все-таки умею держаться на лошади, я даже умею готовить еду на костре, могу поставить палатку…
– Я редко сплю в палатке.
Мелани в досаде топнула ногой.
– Ох, Джек, зачем ты нарочно все усложняешь?
Джек рассмеялся низким, гортанным смехом, выдающим волнение.
– Ты же любишь преодолевать трудности, я знаю. Ты любишь вызов и всегда его принимаешь.
Мелани вдруг поняла, что Джек рассержен по-настоящему и куда сильнее, чем ей показалось сначала. Возможно, уже поздно и Джек потерян для нее навсегда. Но, даже если так, она не собиралась сдаваться.
– Джек, ты же по натуре игрок, так сыграй со мной в последний раз. Возьми меня с собой, куда бы ты ни собирался. Я хочу посмотреть твой мир, узнать, как ты жил до меня, чем живешь, когда ты не со мной.
Мелани поймала его взгляд. Из его глаз на нее полыхнуло таким жаром, что у нее захватило дух. Но она не слишком обольщалась, понимая, что Джек попытается обуздать желание, может быть, даже совсем его заглушить.
– Это для меня очень важно, – сказала она как можно убедительнее.
– Мне предстоит нелегкая поездка, а ты еще слаба.
Мелани упрямо вздернула подбородок.
– Может, у меня еще не все в порядке с головой, но физически я в порядке. Не веришь мне, позвони доктору Синклеру, я уверена, он разрешит мне путешествовать.
Джек не ответил, и Мелани поняла, что ее старания бесполезны. Но она решила предпринять еще одну попытку.
– Джек, я же не прошу луну с неба, я просто хочу побыть с тобой, узнать другие стороны твоей жизни. Кроме того, мне будет интересно побывать в новых местах.
Джек пожал плечами.
– Ты можешь отправиться в круиз на океанском лайнере, такое путешествие будет более комфортабельным и безопасным.
– Джек, ты жесток!
– Нет, я просто честен.
У Мелани почти иссяк запас аргументов, оставался только один, последний, но ей казалось, что пустить его в ход было бы не совсем честно. И все же она решилась.
– Джек, если ты меня любишь… если ты когда-нибудь меня любил…
– Мел!
В голосе Джека слышалось предупреждение. Он стиснул кулаки, его брови угрожающе сошлись на переносице. Но Мелани не вняла предостережениям, терять ей было нечего, а если она добьется своего, возможно, их отношения еще удастся восстановить. И она повторила:
– Если ты меня когда-нибудь любил, сделай это для меня.
Джек в упор посмотрел на нее, его глаза были совершенно непроницаемы. Мелани не видела в них ничего, кроме своего отражения.
– Значит, хочешь поехать? – Голос Джека жалил, обжигал едким сарказмом. – Ладно, ты получишь то, что хочешь. Мы выезжаем завтра утром.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
