— Однако, есть ещё более мрачная история, которую вы должны услышать.
Капеллан снова остановился и сделал ещё один глубокий вдох. Это была точка невозврата. Сказанное изменит их навсегда.
— Вам ведомы имена предателей, названия ненавистных нам легионов, охота за которыми будет продолжаться до тех пор, пока хоть один изменник продолжает дышать: Дети Императора, Тысяча Сынов, Пожиратели Миров, Альфа-Легион, Несущие Слово, Железные Воины, Гвардия Смерти, Повелители Ночи, Сыны Хоруса. Вы вспоминаете эти имена с яростью. Но есть ещё один легион, который не попал в тот омерзительный список. Имя его — Темные Ангелы.
Космодесантники сидели в шоке. Борей мог видеть замешательство, написанное на их лицах. Он хорошо понимал мысли и эмоции, которые сейчас крутились в их сознании. Внезапная пустота, сомнение, отрицание. Брат Дамас заговорил первым.
— Я не понимаю, брат-капеллан, — начал сержант-ветеран, наморщив лоб в раздумье, — Как мог наш орден оказаться в числе предателей?
— Я лоялен Императору как сам Лев, — воскликнул Завл, быстро вставая и ударяя себя кулаком в грудь.
— Мы все лояльные воины, — согласился Гефест. — Как ты можешь обвинять нас в таких поступках?
— Ваша чистота и верность не подлежат сомнению, — сказал Борей, спустившись с кафедры и встав перед ними. — Однако, семя ереси находится внутри всех нас.
— Это проверка? — спросил Тамиил, оглядываясь на других. — Это испытание, не так ли?
— Наша жизнь постоянная проверка, брат Тамиил, — отозвался Нестор спокойно. — Я не думаю, что капеллан-дознаватель собирается нас проверять.
— Слушай! — свистящим шепотом произнес Борей, жестом приказывая Завлу сесть. Космодесантник нехотя вернулся на скамью и уставился на Борея с подозрением. — Слушай и тогда получишь мудрость и знания. Как вы думаете, почему Темные Ангелы не участвовали в битве на Терре? Почему мы не стояли возле стен императорского дворца вместе с имперскими кулаками и белыми шрамами?
— Нас задержали силы Воителя, — ответил Гефест. — Мы прибыли, когда битва уже была выиграна. Или ты хочешь сказать, что это очередная ложь?
— Не ложь, а полуправда, — ответил Борей. — Мы действительно боролись с теми, кто поднялся против Императора. Мы воевали против наших боевых братьев, которые восстали против него. Когда Лев вернулся на Калибан, собственные космодесантники атаковали его.
— Но это бессмыслица, — запротестовал Завл. — Мы были старейшим и величайшим из легионов, почему же кто-то из нас поклонился Хорусу?
— Кто знает, что происходило в развращенных умах предателей, которые пошли против своих боевых братьев?..
Это была уже откровенная ложь, Борей прекрасно знал, почему Темные Ангелы воевали друг с другом. Он слышал об этом от Астеляна. Однако здесь и сейчас требовалось не понимание, а просто послушание.
— …Они были развращены человеком, который оказался мастером убеждения, яд которого прикрывала ложь о дружбе со Львом. Близкий Эль-Джонсону человек повернулся против него. Это был Лютер-Предатель.
— Лютер Льву как отец, — фыркнул Дамас. — Почему в наших легендах не упоминается такой тяжкий поступок?
— Потому что мы вычеркнули его, — жестко ответил Борей. — Потому что истина слишком опасна, чтобы давать ей волю. Потому что знание портит само по себе. Потому что вы, мои боевые братья, должны мыслить с чистотой и ясностью, а времена ереси Хоруса полны сомнений и неопределенности.
— Ты лгал нам, обращался с нами как с детьми… — Тамиил опустил глаза и сжал голову руками. — Ты сомневался в нас и все от нас скрывал.
— Нет! — отрезал Борей. — Все потому, что такое позорное наследие — не подходящая для вас ноша. Знание опасная вещь. Оно омрачает ум, порождает распущенность и ересь. Только сильные волей, только самые набожные и чистые могут осознать, какой грех лег на нас из-за этого гнусного поступка, совершенного в момент нашей величайшей славы. Только тот, кто с мужеством противостоит тьме внутри собственной души, может стремиться к восстановлению чести нашего ордена. Я считаю, что вы готовы к этой борьбе, и я говорю вам это не с целью причинить вред, но чтобы дать вам силы исполнять свой долг с энергией и рвением.
— А почему именно сейчас, капеллан-дознаватель, вы решили раскрыть эту информацию? — спросил Нестор тихо.
Другие резко обернулись к нему, а потом перенесли внимание на Борея, кивая в знак согласия.
— Потому что возможность искупления под рукой! — заявил Борей, который начал ходить туда-сюда перед сидящими. — Тот самый подлый враг, о котором я говорю, лютеране, падшие ангелы, возможно, находятся прямо здесь, в системе Писцина.
— Изменники здесь? — ахнул Завл. — Откуда ты знаешь? Как мы можем доверять твоим словам?
— В нашем ордене веками верили и мне, и другим капелланам, — отозвался Борей. — Мы никогда не лгали вам, не лгали напрямую. Мы стремились защитить вас, уберечь от нашей запятнанной истории. Так было все десять тысяч лет. Думаете, что я сам чувствовал, когда узнал правду? Думаете, я принял обет хранить тайну с легким сердцем, когда мне открылось то же самое, что сейчас открывается вам? Я задавался вопросами, которые теперь беспокоят и ваши мысли. В смятении своего ума я искал смысл. И нашел его с помощью братьев, а вы теперь можете найти этот смысл через меня. В этом заключается самое большое испытание Темных Ангелов. Но это не проверка, которую можно выдержать или не выдержать, не набор стандартов. Это испытание, в котором судья истины — ваше собственное сердце. Правду нести тяжело, теперь вы среди тех, кто обязан разделить это бремя. Вы должны ходить среди боевых братьев, зная, что нами движет, они же не будут этого знать. Вот что означает вступить в крыло смерти.
— Крыло смерти? — спросил Гефест. — А какая связь между крылом смерти и падшими?
— И в прошлом, и в настоящем все воины крыла смерти знают то, что я вам рассказал, — объяснил Борей. — В силу ваших новых знаний вы теперь тоже принадлежите к крылу смерти. Это означает нести одновременно и честь ордена, и позор прошлого в своей душе.
— Я сейчас в крыле смерти? — рассмеялся Тамиил. — Вот так просто я могу попасть в первую роту, в элиту ордена?
— Существуют церемонии, нужно принести клятвы и перекрасить броню, — сказал Борей, останавливаясь перед боевым братом и кладя ладонь на его голову. — Но да, сейчас вы в крыле смерти, другого пути нет. Обычный боевой брат не должен знать то, что узнали вы, таким образом, мне придется выполнить посвящение и передать вам тайные знания нашего ордена.
— Я снова задаю свой вопрос, брат-капеллан, почему именно сейчас? — поинтересовался Нестор.
— Падшие в Писцине! — повторил Борей. — Я же сказал, мы охотимся за их судном. Объявляю эту миссию крестовым походом, священной войной против самого древнего врага нашего ордена. Мы должны пойти и приготовиться к битве. Мы не будем знать отдыха, не снимем броню и не сложим оружия, пока враг не будет уничтожен. Расплата откладывалась сто веков, но сейчас наша месть не за горами. Вы теперь видите, в чем истинная цель Темных Ангелов. Пока хоть один падший живет, не раскаявшись в грехах, мы не можем добыть себе истинных почестей, не можем служить Императору, как полагается величайшим из воинов. Все остальное мы можем совершить, и все будет в конечном счёте тщетно, но охота, поиск — они придают смысл нашему существованию. Только исцелившись от тяжких ран ереси Хоруса, мы сможем заново начать созидание.
— У меня внутри все горит огнем! — заявил Завл, ударяя себя в грудь.
Глаза его широко распахнулись, мышцы напряглись. Он упал на колени к ногам Борея.
— Я все понял, капеллан-дознаватель! Прости мои сомнения! Спасибо, что открыл мне глаза и рассказал про тайну. Благодарю, что подарил моей жизни цель. Клянусь, я последую за тобой даже в Око Ужаса, чтобы перечеркнуть наше прошлое.
Остальные космодесантники последовали его примеру и опустились на колени перед капелланом-дознавателем. Нестор поколебался, глядя на других, а затем преклонил колени в конце строя. Гордость переполняла сердце Борея, когда он шёл вдоль шеренги братьев, касаясь головы каждого. При взгляде на коленопреклоненных воинов его сомнения, казалось, рассеялись как туман. Завл был прав. Они готовы к борьбе, готовы искоренить позор ордена.
Борей тоже был готов сражаться, чтобы вырвать с корнем память об Астеляне и забыть собственный позор.
МИНОВАЛО НЕСКОЛЬКО дней, все это время "Клинок Калибана" рыскал во внутренней части системы Писцина, а Темные Ангелы готовились. Они не просто готовились к войне, они собирались предпринять крестовый поход, священный для космодесантников. Предстояла не обычная миссия, ведь они поклялись священной клятвой, и не могли успокоиться, пока она не исполнится, или пока они не умрут. Это был более чем поиск, скорее, состояние души, цель превыше всех иных целей.
