Читаем без скачивания Бэтмен - Крэг Гарднер

Бум ча-ча-ча-ча-ча-ча. Бум ча-ча-ча-ча-ча-ча.

Ну что поделаешь с такими людьми?

Джокер знает, что с ними делать: он всех их убьёт. Он снова взял в руки микрофон.

— Наступает момент, когда я освобожу вас, ничтожные людишки, от непосильной для вас ноши — от ваших неудач и бесполезных жизней. Но, как говорит мой хирург, мастер пластических операций, если уж расстраиваться, то с улыбкой!

Джокер нагнулся к своему трону и вытащил установку дистанционного управления. Он нажал красную кнопку — и из десятков канистр в соединённые с ними воздушные шары пошёл ядовитый зелёный газ, отчего шары и надувные фигуры стали быстро увеличиваться в объёме, грозя лопнуть каждую минуту. Когда же это случится, по всему городу распространится замечательный газ «смехлекс» — его вполне достаточно, чтобы отравить половину Готэм-Сити.

Ай-яй-яй, сказал себе Джокер. Он же совсем не подумал о том, что делать с другой половиной.

Отовсюду стали доноситься крики. Наконец-то кое-что стало доходить до их скудных умишек. Они все умрут, и умрут на особый лад, с чудесной, фирменной улыбкой «смехлекс» на устах. Никто уже не обращал внимания на продолжавшие падать деньги. Все думали только о том, как спастись, и в панике покидали площадь.

Неудобно, конечно, смеяться в противогазе, но Джокер хохотал до слёз.

Бэтмэн никогда не заметил бы утечки газа из шаров, если бы один из них не отвязался. Попав в своего рода аэродинамическую трубу между небоскрёбами Готзм-Сити, он беспорядочно болтался и крутился в воздухе, так что могло показаться, будто он раскланивается с Бэтмэном.

Приблизившись к нему на Бэтвинге, Бэтмэн заметил, что под ним подвешено что-то похожее на бомбу с зелёным шлейфом, и увидел, как головорезы Джокера надели противогазы.

Он понял, что это газ, и даже вспомнил его название: «смехлекс». Не сумев отправить на тот свет весь Готэм с помощью отравленных продуктов, Джокер, видимо, решил сделать это иным, ещё более страшным способом и приказал наполнить шары и надувные фигуры газом, прекрасно зная, что в соединении с гелием «смехлекс» особенно опасен. Но газ убьёт людей, только когда опустится вниз, на толпу. Надо было немедленно действовать. Проделав на своём самолёте узкую петлю, Бэтмэн опустился на Брод-авеню, зависнув над улицей на высоте тридцати футов.

С помощью компьютера он получил всю необходимую информацию, а затем нажал на два включателя пульта управления, определив нужный угол действия крыльев с острыми, как бритва, краями, и открыв люк для захвата тросов с шарами.

Джокер не хотел верить своим глазам.

Самолёт Бэтмэна обрезал все тросы, соединявшие шары и надувные фигуры с платформами, а затем потащил за собой всю эту разноцветную карнавальную связку, при виде которой никому бы и в голову не пришло заподозрить их столь зловещее предназначение. Да что он собирается с ними делать? Неужели хочет отправить за океан?

— Мои шары! — завопил Джокер. — Это мои шары!

Бэтмэн продолжал делать своё дело.

Ха! Некоторые парни слишком далеко заходят со своими игрушками, решил Джокер.

Сейчас он врежется.

Это была первая мысль, когда он увидел возвышающиеся перед ним развалины собора. Собирая шары, он совсем забыл об опасности, и теперь на него быстро надвигалась Брод-авеню.

Он резко поднял нос машины. Бэтвинг моментально взмыл вверх, но собор продолжал стремительно приближаться. Одно из крыльев может задеть полуразрушенную башню — и тогда… Он бросил Бэтвинг вправо, и послушная машина с диким рёвом свернула в сторону. Бэтмэну удалось разминуться с собором всего в нескольких дюймах от него.

Однако манёвр не прошёл для Бэтмэна даром. Его буквально вдавило в кресло. Он боролся с перегрузкой, чувствуя резкое давление воздуха, доходившее сейчас до ста фунтов на квадратный дюйм. Он стонал от боли, но всё же ему удалось дотянуться до пульта управления и нажать на переключатель, чтобы отпустить шары.

После того как он освободился от груза, ему не составило большого труда поднять самолёт вверх и повернуть к городу. Шары всё ещё поднимались вверх, но стали медленно перемещаться в сторону океана. Они не успеют причинить вреда; он уже передал береговой охране сообщение об опасности. Бэтмэн взял курс на Брод-авеню.

Он смертельно устал и нуждался хоть в небольшой передышке, но сейчас каждая секунда по злой воле Джокера могла унести ещё несколько безвинных жизней.

Пора положить этому конец.

Бум ча-ча-ча-ча-ча-ча. Бум ча-ча-ча-ча-ча-ча.

Музыка продолжала греметь, разносясь по внезапно опустевшей Брод-авеню. Все разбежались.

Джокер сорвал противогаз и швырнул его на платформу. Он был взбешён.

— Он украл мои шары! — визжал он.

Никто не решился что-либо ответить.

— Почему никто не предупредил меня, что у него есть эта штука?

Все продолжали молчать. Это окончательно вывело его из себя.

Он взял у Боба револьвер и выстрелил. Прямо в Боба. В своего лучшего помощника, верного Боба.

Это немного улучшило настроение.

Боб скатился с платформы на выстланную деньгами улицу. Он был мёртв. Добрый старина Боб.

Джокер положил револьвер в пиджак. Никто и ничто не заставит его отступить. Парни молча наблюдали за ним. Сейчас он объявит им свой приказ.

— Вы, шельмецы, мы начинаем войну! — заорал он.

Джокер выключил музыку.

Над Брод-авеню повисла непривычная тишина, в которой был отчётливо слышен отдалённый рёв двигателей реактивного самолёта.

Вот он уже показался в конце Брод-авеню. Сейчас он будет прямо над Джокером и всем этим скопищем подонков.

Бэтмэн щёлкнул переключателями, чтобы привести в боевую готовность вооружение. Негромкий голос робота доложил:

— Прожектор.

— Лазерное оружие.

— Пулемёт.

— Самонаводящиеся ракеты.

Этого было достаточно, во всяком случае, — для первого захода на цель. Ещё несколько щелчков переключателем — и обеспечен контроль за безопасностью полёта.

Пришёл черёд Джокера расплатиться за всё.

Самолёт Бэтмэна снижался прямо на них. Но он выглядел сейчас несколько иначе. Внизу, под фюзеляжем, виднелись орудия и ракеты.

Парни кинулись врассыпную.

— Кого испугались, вы, подонки! — заорал им вслед Джокер. — Что это с вами случилось?

Однако парни даже не обернулись. Куда только девалась их былая преданность! И это после того, как он преподал им такой хороший урок на примере Боба! Джокер очень не любил, когда его уроки не приносили результатов.

Самолёт пролетел прямо у него над головой, он увидел яркую вспышку света.

Джокер рассмеялся, выбежал прямо навстречу снижающемуся самолёту и стал что-то отплясывать.

— Иди ко мне, иди ко мне ближе, — кричал он во всю глотку, — проклятый ты сукин сын!

Итак, он прилетел на праздничный парад.

Или на то, что от него осталось. Неподвижно застыли прожектора, опустели празднично убранные платформы и грузовики. Все разошлись.

Он надел очки прицеливания и в увеличительные стёкла увидел посреди улицы одинокую фигуру, подпрыгивающую и машущую самолёту.

Это был Джокер. Он простёр руки в издевательски-приветственном жесте.

— Ты этого хотел, — сказал Бэтмэн. — Получай!

— Огонь, — почти шёпотом отдал он команду. Остальное сделает компьютер.

Пули, снаряды, ракеты наполнили воем Брод-авеню, устремившись к заданным целям. Бэтмэн должен был убедиться, что Джокер нигде не припрятал ещё какого-нибудь сюрприза, поэтому всё оборудование парадного кортежа подлежало уничтожению.

Когда рассеялась пыль, посреди всего этого разрушения он увидел Джокера, который как ни в чём не бывало вальсировал на мостовой. Он оставался невредим. Пока.

Джокер забавлялся.

Опять раздались выстрелы. Вон взлетела на воздух платформа, здесь — грузовик, а этот выстрел — неудачный: попадание в здание.

Одна из пуль летела прямо в Джокера. Но он оказался быстрее!

Вдребезги разлетелось стекло прожектора, осыпавшись великолепным стеклянным дождём. Джокеру никогда ещё не приходилось видеть столь прекрасной картины разрушения. Надо было поручить всё Бэтмэну. Вот как бывает в жизни.

Но, как всегда бывает, хорошему скоро приходит конец.

Джокер вынул ещё один свой револьвер с особым, длинным, дулом. Когда самолёт зашёл на следующий круг, он тщательно прицелился.

Взвёл курок.

Прогремел выстрел.

Джокер взглянул вверх, лёжа на земле, опрокинутый силой отдачи. Это был замечательный револьвер, но лягался, ну прямо, как осёл.

В очко!

Он поразил лучшую в своей жизни цель!

Левое крыло Бэтвинга загорелось, повалил чёрный дым. Самолёт закачался из стороны в сторону и стал стремительно падать вниз. Джокер отпрянул в сторону, потому что самолёт пронёсся в двенадцати футах над улицей. Он падал прямо на ступени собора.