окну.
Я запрыгала на костылях следом. В гостиной Крысолова все еще горел свет.
Он стоял у письменного стола спиной к нам. В саду мелькал луч фонарика, постепенно приближаясь к пристройке. Потом мы услышали сдавленное хихиканье и заметили под окном Крысолова две маленькие черные тени. Одна из них оказалась Паскалем. Его голова не доставала до окна. Но он пригнулся, на спину ему взобралась тетя Лизбет и подтянулась к окну.
Мы оцепенели от ужаса — поэтому и не успели вовремя предупредить тетю. Внезапно в окне показалась голова Крысолова. Лицо у него было не менее изумленным, чем у нас. Тетя испуганно взвизгнула и выронила фонарик. Потом она спрыгнула со спины Паскаля, и оба, хихикая, кинулись в садик, где еще сидели при свечах Пенелопа с Джеффом.
Крысолов раздраженно захлопнул окно. Нас он не заметил, в этом я была уверена. Но вот то, что моей маленькой тете придет в голову подсматривать за ним в окно, мне и в кошмарном сне присниться не могло.
20. Привет на завтрак и встреча у киоска с мороженым
— Ни-че-го, — ответила тетя Лизбет, когда в четверг утром мы спросили у нее, что они с Паскалем делали ночью. Вчера я зажала от страха рот и вдобавок с удовольствием закрыла бы глаза и уши. Это неплохо помогает, если вы в комнате ужасов в луна-парке, но если привидения у вас в голове, ни зажмуренные глаза, ни закрытые уши не помогут. Оцепенев от страха, я лежала рядом с Алексом, а перед моими глазами проходили жуткие картины. Мне мерещились свидетели с отрезанными языками, растерзанные трупы в прихожей и снова и снова лицо Крысолова в тот момент, когда он увидел у себя под окном мою маленькую тетю.
Тетя Лизбет сидела в комнате Энцо на синем шерстяном ковре, купленном Пенелопой в «Икее». Мы расселись вокруг, чтобы она не могла улизнуть, но дружеский допрос не принес никаких результатов.
— Мы просто играли, будто ищем драгоценности, — отвечала тетя Лизбет, теребя хобот Бенджамина. В хоботе образовалась маленькая дырочка, из которой она снова и снова вытаскивала клочки сероватого наполнителя. Ковер выглядел так, будто выпал снег, а по спине у меня тек холодный пот.
— Постарайся припомнить, — не сдавался Алекс. — Когда Паскаль поднял тебя к окну, Крысолов сидел за столом. Что он делал?
— Что-то резал, — пожала плечами тетя Лизбет.
— Резал? — в животе у меня похолодело. — Чем? Что он там резал?
— Да откуда мне знать, — удивилась тетя Лизбет. — В руках у него были ножницы, на столе лежали упаковочная бумага и шпагат.
— Что он в нее заворачивал? — Фло в шортах и футболке сидела рядом с Солом, покусывая губы.
— Не знаю, — упрямо тряхнула головой тетя Лизбет. — Он сидел спиной ко мне, а потом повернулся и подошел к окну. А как вы могли это видеть? Я думала, все уже спят. Вы тоже играли в детективов? — Тетя прижала Бенджамина к груди и на мгновение превратилась в обычную испуганную девочку. — Чего вы на меня так уставились? Думаете, он теперь на нас сердится?
Мы молчали, но за нас ответила Пенелопа, которая как раз заглянула в комнату Энцо.
— Хочу передать вам привет от герра Кламмвассера, — подмигнула она тете Лизбет. — Я возвращалась из булочной и встретила его у подъезда. Он говорит, что удивился, когда заметил твою физиономию в окне, и надеется, что не слишком тебя испугал.
Потом она заметила, какие мы хмурые и подавленные, и подняла бровь:
— У вас все в порядке?
Могут ли каменные изваяния кивать? Мы честно попытались, но рта никто не раскрыл. Если мы произнесем хоть слово, взрослые, скорее всего, позовут полицию или пойдут разбираться к Крысолову. Но именно в этом главная опасность, ведь Крысолов сразу догадается, откуда ноги растут. Пусть наши имена не будут названы, но ведь тетю Лизбет он видел собственными глазами. И если он что-нибудь заподозрит, то она… она же единственная свидетельница!
— Ножницы, оберточная бумага и шпагат, — прошептал Энцо мне на ухо, когда Пенелопа вышла.
— Черт, это может быть пакет для передачи. Маскирует его под подарок. И…
— Больше двух говорят вслух! — выкрикнула тетя Лизбет.
— Тот, кто рыщет по саду с фонариком и подглядывает за соседями, должен сидеть под домашним арестом, — огрызнулась я. — Тебе крупно повезло, что герр Кламмвассер передает тебе только привет. И тебя это тоже касается, Паскаль. Ясно?
Мальчик с опаской кивнул. Тетя подняла два пальца, словно принося клятву, но мы все равно решили с этой минуты не спускать глаз с обоих.
В пятницу мама с Леандро уехали на выходные к маминой подруге в Травемюнде.
— Ты уверена, что не хочешь поехать? — спросила меня мама утром, укладывая сумки. — Мария сняла домик прямо на пляже. Тебе не помешает подышать свежим воздухом, а заодно чуть подольше побыть с младшим братом.
— Обу-да! — поддержал ее Леандро. Он лежал в окружении игрушек и хватал именно те, которые мама собиралась упаковывать.
На малыше была синяя моряцкая рубашечка, и он смотрел на меня своими большущими ясными глазами. Мне ужасно хотелось поехать, и я бы даже поддалась на уговоры, если бы и тетя Лизбет была с нами. Но у нее были другие планы на выходные. В субботу ее пригласили на день рождения к Лукасу Арне, а в воскресенье на соседней улице должен был состояться ежегодный праздник. Тетя Лизбет всегда ждала его с большим нетерпением.
Кроме того, папай попросил нас с Энцо помочь в субботу в «Жемчужине» с последними приготовлениями для вечеринки в «Марко Поло».
После того как я помахала маме и Леандро из окна гостиной, Сол и Фло заняли пост у окна, а мы с Алексом, Паскалем и тетей Лизбет отправились на игровую площадку напротив нашего дома. Летом там такая же толкотня, как в гавани. В песочнице выросли замки, двое маленьких мальчиков вовсю размахивали лопатками, мамы на скамейках успокаивали младенцев, перед деревянным домиком резвились и визжали дети, а одна девочка как раз шлепнулась с крыши и разбила колено.
Паскаль прихватил из дому свой набор персонажей из «Звездных войн». Они с Алексом занялись постройкой космического корабля из песка, а тетя Лизбет стала ныть, что хочет мороженого. И ныла до тех пор, пока я не сдалась. Рядом с площадкой был и киоск с мороженым, но очередь к нему тянулась до самой Бисмаркштрассе.
— Мне сливочное, фисташковое, шоколадное и клубничное, — выпалила тетя Лизбет названия своих самых любимых сортов.
Я сидела в инвалидной коляске с Бабеттой
