Вся группа безмолвно направилась прямо к хижине. Было очевидно, что участь этих людей была решена прежде, чем они оставили корабль. Впереди шли матросы с ящиками и тюками. Они опустили свои ноши на землю, и один из них заметил записку, приколотую Тарзаном к двери.
— Стой, товарищи! — крикнул он. — Что это такое? Этой бумаги здесь не было час тому назад.
Остальные матросы столпились вокруг, вытягивая шеи над плечами передних. Но так как почти все они были неграмотны, один из матросов обратился к низенькому старику в пальто и цилиндре.
— Эй вы, профессор! — подозвал он его насмешливо, — шагните вперед и разберите-ка эту дурацкую записку.
Старик медленно подошел к матросам в сопровождении своих спутников. Поправив очки, он взглянул на прибитое к дверям объявление и затем пробормотал себе под нос, уходя; «Весьма замечательно, весьма замечательно».
— Стойте, старое ископаемое! — крикнул матрос, обратившийся к нему за помощью, — разве мы вас позвали, чтобы вы про себя читали, что ли? Вернитесь назад, дохлая развалина, и прочтите нам записку громко!
Пожилой господин остановился и, повернувшись, сказал:
— Ах, и то правда! Милостивый государь, тысячу раз прошу извинения. Это была рассеянность с моей стороны, да, сильная рассеянность.
Записка в высшей степени замечательна, в высшей степени замечательна!
Он опять взглянул на записку, перечел ее про себя и, по всей вероятности, повернулся бы и снова пошел, размышляя над ее содержанием, если бы матрос не схватил его грубо за ворот и не проревел ему в самое ухо:
— Читайте громко, старый идиот! Громко!
— Ах да, в самом деле, в самом деле! — вежливо ответил профессор и, еще раз поправив очки, прочел вслух:
«Это дом Тарзана, убийцы зверей и многих черных людей. Не портите вещи, принадлежащие Тарзану. Тарзан следит.
Тарзан из племени обезьян.»
— Что за черт, какой Тарзан? — крикнул матрос.
— Он, очевидно, знает по-английски, — ответил молодой человек.
— Но что значит: «Тарзан из племени обезьян?»— воскликнула молодая девушка.
— Не знаю, мисс Портер, — сказал он. — Может быть, мы открыли обезьяну, сбежавшую из лондонского зоологического сада, которая привезла в свои родные джунгли европейское образование. Каково ваше мнение об этом, профессор Портер? — добавил он, обращаясь к старику.
Профессор Портер поправил очки:
— Да, в самом деле, это в высшей степени замечательно, в высшей степени замечательно! — сказал он. — И мне нечего добавить. — С этими словами профессор медленно направился к джунглям.
— Но, папа, — воскликнула девушка, — вы еще ничего не объяснили нам!
— Тише, тише, дитя, — ответил профессор Портер ласковым и снисходительным тоном. — Не затрудняйте вашу хорошенькую головку такими тяжеловесными и отвлеченными проблемами. — И он опять медленно стал прохаживаться взад-вперед, устремив глаза под ноги и заложив руки под развевающиеся фалды пальто.
— Думаю, что выживший из ума старый чудак столько же знает, сколько и мы, — проворчал матрос с крысиным лицом.
— Извольте быть вежливым, — воскликнул молодой человек, побледнев от гнева. — Вы убили своих офицеров и ограбили нас. Мы в вашей власти, но я заставлю вас относиться с должным почтением к профессору Портеру и к мисс Портер или голыми руками сверну вашу подлую шею.
И он так решительно подошел к матросу, что тот, хотя у него было два револьвера и достаточно внушительного вида нож за поясом, отступил в смущении.
— Проклятый трус! — полетело ему вдогонку. — Вы никогда не посмеете убить человека, пока он не повернется к вам спиной. Да и тогда даже вы не осмелитесь в меня выстрелить. — И, сказав эти слова, молодой человек демонстративно повернулся спиной к матросу и беспечно пошел, как бы испытывая его.
Рука матроса медленно потянулась к рукоятке одного из его револьверов, и глаза зло блеснули. Его товарищи смотрели на него, но он все колебался. В душе он был еще большим трусом, чем предполагал Уильям Сесиль Клейтон.
Из густой листвы находящегося вблизи дерева два зорких глаза внимательно следили за каждым движением пришельцев.
Тарзан видел, какое изумление вызвала его записка, и хотя он и не мог понять ни одного слова из разговора этих странных людей, но жесты и выражение лиц сказали ему многое.
Поступок чернобородого с крысиным лицом, убившего одного из своих товарищей, уже тогда вызвал в Тарзане сильное отвращение. А теперь, когда он увидел, что матрос ссорится с красивым молодым человеком, враждебность его к нему усилилась. Тарзан никогда до того дня не видел действия огнестрельного оружия, хотя знал об этом кое-что из книг. Но когда он заметил, что «крысья морда» хватается за рукоять револьвера, он вспомнил ссору у лодки и, конечно, счел, что молодой человек будет тоже убит.
И Тарзан положил отравленную стрелу на лук, нацелился в негодяя. Но зелень была так густа, что он тотчас же понял, что стрела непременно будет отклонена листьями. И тогда вместо стрелы он пустил со своего воздушного насеста тяжелое копье.
Клейтон отошел на какие-нибудь десять шагов. Матрос с крысиным лицом уже вытащил наполовину револьвер, остальные матросы с напряженным вниманием следили за происходившим.
Профессор Портер скрылся в зарослях, за ним последовал и суетливый Самюэль Т. Филандер, его секретарь и ассистент.
Негритянка Эсмеральда выбирала багаж своей госпожи из груды тюков и ящиков у дверей хижины, а мисс Портер, повернувшись, пошла за Клейтоном, но вдруг что-то заставило ее обернуться к матросу.
В это мгновение почти одновременно произошло три события: матрос выхватил револьвер и прицелился в спину Клейтона, мисс Портер вскрикнула, а длинное, с металлическим острием, копье сверкнуло сверху, как молния, и пронзило насквозь правое плечо человека с крысиным лицом. Револьвер бесцельно разрядился в воздух, а матрос съежился и вскрикнул от боли и ужаса.
Клейтон обернулся и побежал к месту происшествия. Перепуганные матросы с револьверами в руках вглядывались в джунгли. Раненый стонал и корчился на земле.
Клейтон незаметно поднял упавший револьвер и спрятал его у себя на груди, затем подошел к группе матросов.
— Кто это мог быть? — шепнула Джен Портер, и молодой человек, обернувшись, увидел, что она стоит почти рядом, с широко раскрытыми от изумления глазами.
— Думаю, что этот Тарзан, из племени обезьян, хорошо следит за нами, — ответил он неуверенным тоном. — Не знаю, для кого было предназначено это копье. Если для Снайпса, то в этом случае ваш обезьяний друг — друг на самом деле. Но, клянусь Юпитером, где ваш отец и мистер Филандер? Здесь есть кто-то или что-то в этих джунглях, и это что-то, кем бы оно ни было, вооружено. Мистер Филандер! Профессор! Мистер Филандер! Сюда! — крикнул юный Клейтон.
