Они втроём быстро шли к автобусной остановке.
— Ну так… немножко… Я и предполагал нечто в этом роде. Трусоват этот главреж. Он, похоже, из блатных. Получил эту должность и теперь держится за неё руками и ногами.
— Почему так думаешь?
— Ну сама посуди: в музыке ничего не понимает, в хореографии тоже не разбирается. А в чём он тогда специалист? Его помощник — я имею в виду Олега Иннокентьевича — и старше его лет на десять, и разбирается во всём, а всего лишь помощник. Нет, явно блатной или выдвиженец! По партийной линии выдвинули, чтобы за порядком в театре присматривал! Знакомая вещь. Я с таким уже сталкивался.
Он сбоку заглянул в её лицо и усмехнулся:
— Да не огорчайся ты так! Сегодня не получилось — завтра получится! А если тебе деньги нужны, я тебе прямо сейчас полтинник ссудить могу. У меня как раз лишний образовался. Всё равно некуда тратить. Тётя Марина нас всем обеспечивает и ещё на карман немножко даёт.
— Я не поэтому… — ответила она.
— А почему тогда?
— Саш, пойдёмте к нам, а? Посидим немного. Не хочется прямо сейчас расставаться. Прямо сердце не на месте…
Все трое замедлили шаг, а потом и вовсе остановились. Иванка с сочувствием смотрела на Катю.
— К вам, говоришь? — задумчиво переспросил он и взглянул на свои часы. — Поздно уже… Твои соседки максимум через час спать соберутся.
— Не соберутся… — неуверенно возразила она. — Мы довольно поздно ложимся.
— Давай лучше ты с нами пойдёшь? — тихо предложила Иванка. — Я тебе на диване в большой комнате постелю. Марины Михайловны нет, а нам с Наташей ты не помешаешь. Общайтесь сколько вам нужно. Ты же с ним расставаться не хочешь?
Катя испуганно посмотрела на Сашу. Сердце её от этих простых слов заколотилось. Саша кивнул:
— Может, действительно, лучше ты к нам? Я только за. Но тогда тебе нужно будет взять с собой конспекты на завтра и ещё то, в чём ты обычно спишь. А концертное платье в общаге оставишь…
Больше они ни о чём не говорили. Быстрым шагом отправились кратчайшей дорогой к общежитию…
----
1 — см. роман «Танцевальный кружок»
Глава 17. Институт. Галя Воронова
30 сентября 1971 г. Утро
Они разделились ещё в автобусе. Это было желание Кати. Сказала, что не хочет, чтобы их видели вместе. Саша согласно кивнул и ответил, что и сам так считает. И от остановки к институту они шли разными дорогами. Саша сделал большой крюк, поэтому Катя не увидела того, что произошло с ним в вестибюле возле раздевалки…
Дождавшись, когда он сдаст одежду дежурному по гардеробу и спрячет номерок в карман, Галя подхватила его сзади под локоток, а когда он удивлённо оглянулся на неё, негромко сказала:
— Поговорить нужно. Отойдём?
Они отошли к стене.
— Не знаешь, где Катюша? — был её первый вопрос.
— Не знаю. Наверное уже в лекционном зале. А что?
— Она у тебя ночевала?
— Да, у меня.
— Тебе не стыдно?
— Чего я должен стыдиться? — он с интересом смотрел на неё.
— Вокруг тебя крутится слишком много девушек. Зачем тебе ещё одна?
— Затем же, зачем и остальные. Кстати, не так уж и много. Всего две. Сама Катя и ещё одна девушка с третьего курса.
— Тебе одной мало?
— Мне? Мне ни одной не нужно. Это им нужно. Что тебя смущает? Что твоя подруга влюбилась в мальчишку, который на два года младше её? Или что она вообще влюбилась? Насколько я знаю, вы с Мариной пытались её отговорить, но у вас не получилось.
— И тебе её совсем не жалко?
— Жалко. Именно поэтому мы с ней бываем вместе. Только не подумай, что я встречаюсь с ней из одной только жалости. Мне она интересна. У меня с ней даже что-то вроде дружбы наметилось. Не понимаю, что тебя смущает? Ей нравится быть со мною. Я ей интересен. Она мне тоже. В чём твоя проблема?
— Как ты не понимаешь? — нахмурилась Галя. — Она невинная семнадцатилетняя девочка! Ты же, насколько я успела понять, изрядный ловелас! Тебе же от неё только одно нужно!
— Здрасьте! Откуда ты знаешь, что мне нужно? — удивился он. — Я и сам этого точно не знаю, а ты вдруг откуда-то поняла… Я же объясняю тебе — у меня к ней очень тёплое чувство. Примерно как к младшей сестрёнке. Она в меня влюбилась, но это даже хорошо. Это её первая взрослая любовь. Я стараюсь делать всё, чтобы ей было хорошо. Такие воспоминания остаются с людьми надолго. Может быть на всю жизнь. А если мы к тому же можем общаться друг с другом как друзья — это и вовсе прекрасно! Чем тебе это не нравится?
— Тем, что она у тебя не одна!
— Опять двадцать пять, за рыбу деньги! Ну и что с того? Что здесь плохого?
— Ты считаешь, что спать с двумя девушками это нормально?
— Ну не одновременно же. Кстати, чтобы ты знала: весь юго-восток, включая Китай, тысячелетиями жил по такому принципу. В некоторых странах Ближнего Востока полигамия сохраняется и по сей день. Ты считаешь, что миллионы, если не миллиарды этих людей ошибались, следуя обычаю предков?
— Пусть их! — отмахнулась она. — Другие страны меня не интересуют! В нашей стране полигамия запрещена! Или тебе это неизвестно?
— Известно. — усмехнулся он. — Мне также известно, что примерно половина женатых мужчин время от времени плюёт на этот запрет с высокой башни и заводит любовниц на стороне. Кстати, не знаю какой процент у женщин, но и они грешат тем же самым. Что ты от меня хочешь? Чтобы я был святее Папы Римского?
— Ох и вёрткий же ты на язык, Сашка! — покачала головой она.
Он улыбнулся:
— Не мучайся ты со мной. И будь очень осторожна, когда станешь разговаривать с Катюшей, если не хочешь нажить себе врага. Ты можешь из самых лучших побуждений попытаться отговорить её, но встретишь только отчаянное сопротивление. Потому что ей нужно прямо противоположное. А именно: быть со мною рядом. Раньше нужно было отговаривать. Она провела сегодняшнюю ночь в моём доме, и это привело её душу в равновесие. И добавило уверенности в себе! В ней проснулась женщина! И эта женщина с каждым днём набирает силу! Поверь, хоть ты и старше меня, но в этом я разбираюсь лучше тебя!
Он покивал, чтобы придать своим словам больше веса, и просто закончил:
— Пошли, Галя! Через пять минут звонок. Ты хорошая девушка и стараешься для своей подруги. Не мучайся
