– Не думаю, что Монтегю руководствуется простыми и естественными причинами.
– Ты уверен, что сын настолько уж похож на отца? Или дело в самом сыне?
– Именно так. – Джаспер встал.
– А ты взгляни на дело с другой стороны, – предложил Уэстфилд. – Может быть, действия Монтегю ускорят ход событий. У преступника теперь есть причина спешить.
– Знаешь, меня не радует возможность, что сейчас какой-то сумасшедший энергичнее примется за дело!
Уэстфилд глотнул из бокала и внимательно всмотрелся в Джаспера:
– Знаешь, ты сейчас напоминаешь зверя в клетке. От тебя так и несет тревогой. Я никогда прежде тебя таким не видел. Неужели тебе так важно погубить Монтегю?
Джаспер довольно долго молчал. Делиться с графом своими тайными личными мотивами было совсем ни к чему.
– Тебе когда-нибудь хотелось обладать чем-то так сильно, что ты и представить себе не мог этого не получить?
– Что ты имеешь в виду?
– Да что угодно!
– Видел я как-то одного мерина… – Уэстфилд обхватил ладонями бокал, согревая напиток своим теплом. – В конюшнях Таттерсолла. Но я предложил слишком низкую цену, а потом мучился несколько недель. Если бы мне снова подвернулся шанс, я уже не стал бы так осторожничать.
– Ты был одержим этой лошадью?
– Не сказал бы этого, но я потом наблюдал за ней на бегах. Прекрасное животное. Глядя на него, я представлял, как замечательно мы смотрелись бы вместе.
– Ты и до сих пор сожалеешь о потере?
– Время от времени. – Граф пожал плечами. – Но не слишком часто. Это ведь было довольно давно. И я себе говорю, что с этим животным было что-то не так и я раскаялся бы, если бы стал на нем ездить. В противном случае судьба уж точно отдала бы его мне.
– Я не верю в судьбу. Мы сами выбираем свой путь. – Джаспер крепко потер подбородок, рассеянно отметив, что ему пора побриться. Вечер едва начинался, а его кожа уже не гладкая. И он может поцарапать Элизу, когда поцелует ее.
Если она действительно придет…
– Но конечно, мой случай не идет в сравнение с твоим, – сказал Уэстфилд. – Твоя потребность сродни сильной жажде, ведь так?
– Жажда… Ну да. – Было совершенно ясно, что граф относит слова Джаспера на счет его стремления к мести, а не страсти к Элизе. Но поправлять его было незачем. – Да, можно и так сказать.
Развернувшись в кресле, граф допил остатки бренди.
– Ты и дальше можешь рассчитывать на меня, пока не отомстишь, – заверил он. – Я твердо намерен не бросать тебя одного, нравится это тебе или нет.
Прекрасно зная Джаспера, граф понимал, как неприятно тому зависеть от кого бы то ни было.
– Я и так уже кругом тебе обязан. Ничего так не желаю, как завладеть тем поместьем.
– Я всего лишь служу тебе ширмой, – мрачно улыбнулся Уэстфилд. – Ведь это ты перехватывал ценные бумаги, которые могли его спасти, ты нанимал опытных картежников, способных его обыграть. Год за годом ты трудился без устали, чтобы заработать как можно больше денег и все их бросить на уничтожение Монтегю. Напоминай мне почаще, что тебя не следует злить. Со своими врагами ты уж слишком нелюбезен.
– А ты слишком благородный человек для того, чтобы разозлить меня настолько сильно, – ответил Джаспер и с улыбкой повторил: – Нравится тебе это или нет.
– Бог ты мой, только не говори ничего такого при посторонних! – Уэстфилд посмотрел на часы. – Мне вернуться в десять, чтобы начать нашу слежку за мисс Мартин?
Джаспер мысленно прикинул время: был шестой час.
– Лучше в одиннадцать, если ты не против.
– От меня ты протестов не услышишь, – заявил Уэстфилд, направляясь к двери. – Хотя за последние дни я ни с одной женщиной не проводил столько времени, сколько с тобой. А ведь по части привлекательности тебе до них далеко! Только не обижайся.
– Уж как-нибудь я это переживу, – пробормотал Джаспер, выходя следом за графом в холл, чтобы потом подняться в комнаты.
– Еще раз умоляю тебя дать себе отдых в приятной женской компании. Был бы рад сегодня вечером найти тебя уже не таким угрюмым.
Джаспер остановился у подножия лестницы, поставив ногу на нижнюю ступеньку, поглощенный уже знакомым ему предвкушением, которое он испытывал теперь перед каждой встречей с Элизой.
– Если опоздаешь, ничего страшного, – бросил он и помчался наверх, перепрыгивая через ступеньку.
– И это говорит человек, помешанный на пунктуальности? – пробормотал вслед ему Уэстфилд. – Похоже, приятель, безумие Мелвилла оказалось заразным.
Джаспер подумал, что такое вполне возможно.
* * *
Проезжая мимо, Элизе удавалось бросить на дом Джаспера лишь мимолетный взгляд, и теперь она гадала, каков же он изнутри.
Молодой человек, доставивший записку Джаспера, быстро провел ее через кованые ворота, и они двинулись по мощеной дорожке сквозь ухоженный, хотя и не слишком живописный сад. Элиза еще рассматривала лужайку, как вдруг появился Джаспер, и ее охватил восторженный трепет.
Джаспер возник в дверях дома, и падавший из прихожей свет ясно обрисовывал его широкие плечи и рослую фигуру. Он стоял, расставив ноги, и между ними тоже лился свет, подчеркивая длину и крепость его бедер. Штаны строгого костюма даже слишком обозначали достоинства его сложения, и Элизу наполнило волнение. Но ведь с самого первого взгляда, который она бросила на Джаспера, ее тело откликалось самым многозначительным образом, и это ее беспокоило. А пылкие взгляды и случайные прикосновения день ото дня делали этот отклик все сильнее.
– Элиза…
Было что-то очень интимное в том, как он произнес ее имя.
Элиза подошла к первой ступеньке крыльца, и Джаспер протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Рука была без перчатки и выглядела такой сильной и ловкой… Элиза решила, что ей очень нравятся руки Джаспера.
Прежде чем принять помощь, она стянула перчатку с собственной руки, желая ощутить тепло его кожи. Жаркая дрожь предчувствия промчалась по телу. Глядя на Бонда из-под капюшона плаща, Элиза заметила, что черты его красивого лица сейчас выглядят чересчур уж суровыми. Откуда эта мрачность?
– Что-то случилось? – спросила Элиза, беспокоившаяся с той самой минуты, как получила записку.
– Входите.
Оглянувшись, Элиза увидела молодого человека, который привез ее сюда. С ним были еще какие-то люди, но они не вошли в сад. В записке Джаспер предлагал ей своего помощника в качестве провожатого, если она согласится навестить его. И как только Элиза решилась дать согласие, все было организовано с поразительной быстротой: ее вывели через черный ход к ждущей наемной карете и повезли путаным и длинным путем, который она даже не смогла запомнить.
Джаспер ввел ее в дом и проводил в свой рабочий кабинет. Вид его поразил Элизу: сочетание синих тонов обивки и красного дерева выглядело странным, но в то же время удивительно подходило Джасперу. Большое кресло с высокой спинкой и пышные диваны казались удобными и практичными. Элиза мгновенно поняла, что в этой комнате Джаспер проводит очень много времени, и ей тут же захотелось изучить здесь каждый уголок.
