Читаем без скачивания Рассказы - Говард Фаст

— Ты совсем обо мне не думаешь, — заявила она. — Я, может, умираю с голоду, а ты тут сидишь и набиваешь себе брюхо.

— С каких это пор ты умираешь с голоду?

— Где ты взял гамбургер?

Он достал из воздуха еще один и положил перед ней.

— В нем полно лука, — заявила Сьюзи. — А ты знаешь, что лук я терпеть не могу.

Гарви резко поднялся и выбросил гамбургер в мусорное ведро.

— Гарви, что ты делаешь?

— Ты же не любишь лук.

— Стоило из-за этого выбрасывать целый гамбургер!

— А почему бы и нет? — Гарви понял, что сильно изменился. Еще вчера он ни за что не позволил бы себе спросить: «А почему бы и нет?» Почему бы и нет? Он выхватил из воздуха новый гамбургер: без лука, сухой и жесткий, такой же, каких полно было в холодильнике.

— Угощайся, — произнес он.

Она откусила здоровый кусок и с набитым ртом сообщила ему, что он ведет себя очень странно.

— Как это — странно?

— Ты просто странно ведешь себя, Гарви. Ты должен признать, что ведешь себя странно.

— А сама ты не видишь, в каком я оказался положении?

— В каком?

— Во мне появилось что-то новое… Я могу извлекать предметы из воздуха. Это совсем… Это что-то совсем необыкновенное. Хочешь, например, шоколадного пирога? — он протянул руку, достал кусок слоеного шоколадного пирога и положил его перед Сьюзи. — Каков он на вкус? Попробуй.

— Гарви, я еще не доела гамбургер; но ты не думай, что я не понимаю, что эти твои способности — очень необычное явление.

— Это слишком не похоже на меня — на большого ребенка, — сказал Гарви. — На сорокалетнего неудачника.

— Ты вовсе не неудачник, Гарви.

— Не обманывай себя. Я неудачник! Что у нас есть?.. Пять тысяч долларов на банковском счете, небольшая четырехкомнатная квартира… Детей нет, нет ничего, совершенно ничего. Я всего лишь огромный жирный нуль, а мне уже сорок один год.

— Мне не нравится, когда ты так говоришь, Гарви.

— Я говорю всего лишь о том, что мне надо как следует осознать все это. Мне надо привыкнуть к тому, что я могу доставать предметы из воздуха, к моему необычному таланту. Мне надо убедиться в собственных способностях.

— Зачем? Разве ты в них не веришь?

— И да, и нет. Вот почему мне надо подумать.

Сьюзи кивнула.

— Я понимаю. — Она как раз доела шоколадный пирог, после чего вновь пошла в спальню и включила телевизор.

Гарви прошел вслед за ней.

— Ну разве ты поняла меня? Почему ты всегда говоришь мне, что понимаешь?

Она пыталась сосредоточиться на телеэкране и помотала головой.

— Выключи ты этот чертов ящик! — не выдержав, заорал Гарви.

— Не кричи на меня!

— Тогда послушай меня. Ты видишь, как я достаю вещи из воздуха, и говоришь, что понимаешь меня. Я взял из воздуха кусок шоколадного пирога, и ты говоришь, что понимаешь меня. Я сам не понимаю, а ты говоришь, что понимаешь.

— Так уж получается, Гарви. Люди летают на Луну, и я знаю об этом ничуть не больше твоего, но уж такова наука. Думаю, это очень хорошо, что ты умеешь доставать предметы из воздуха, но разобраться в этом вряд ли сможет даже самый большой компьютер.

— Так чего же ты все время твердишь, что все понимаешь?

— Я понимаю только то, что тебе надо хорошенько обо всем подумать. Посидеть дома и поразмыслить.

Гарви закрыл дверь спальни, вернулся в гостиную и задумался. По сути дела, он впервые за всю свою жизнь серьезно задумался о прошлом. Его голова переполнилась мыслями. Большинство из них оказалось откровенным воплощением его давнишних разочарований. Если бы кто-нибудь сказал Гарви днем раньше, что на пятьдесят процентов он состоит из кипящей массы разочарований, он с жаром отверг бы обвинения. Теперь эта сторона жизни предстала перед ним в самом неприкрытом виде. Гарви был разочарован своей жизнью, работой, домом, женой, своим прошлым и своим будущим. Он никогда не хотел становиться бухгалтером — это вышло как-то само собой. Он всегда мечтал жить в большом, просторном загородном доме, а сам ютился в жалкой квартире с тонюсенькими стенами на шестом этаже огромного дома, выстроенного на скорую руку. Его прошлое было скучным и бесцветным, а будущее не сулило никаких перемен к лучшему. Его жена?..

Он подумал о своей жене. Не то чтобы он не любил Сьюзи; он ничего не имел против нее, он просто не слишком высоко ценил свои с ней отношения. Сьюзи была невысокой, темноволосой и довольно привлекательной женщиной, но Гарви так и не смог припомнить, что и как заставило его жениться на ней. Всю жизнь он заглядывался на крупнотелых блондинок. Он обожал высоких, полногрудых, красивых блондинок. Он мечтал о таких женщинах, он оборачивался, завидев их на улице; он думал о них, ложась спать и пробуждаясь ото сна.

Сейчас он тоже представлял себе такую женщину. Вдруг на лице Гарви появилась улыбка: его осенила новая идея. Он приподнялся в кресле, пристально посмотрел на дверь в спальню. Там гремел телевизор. Гарви выпрямился.

— Была не была! — сказал он.

Это был уже новый Гарви Кеплмен. Он расправил плечи.

— Высокая, светловолосая, красивая… — прошептал он и заколебался, столкнувшись со слабым сопротивлением рассудка. — Черт с ним, с рассудком!

Он вытянул перед собой обе руки, и женщина появилась так неожиданно, что Гарви даже не сумел удержать ее, и она упала на пол, громко стукнувшись головой о паркет. Перед Гарви лежала прекрасная пышногрудая блондинка, нагая и… мертвая.

Гарви замер, не сводя с нее глаз.

Дверь спальни распахнулась, и на пороге появилась Сьюзи, которая тоже застыла на месте.

— Что это?! — воскликнула она.

Ответ напрашивался сам собой. Гарви сглотнул слюну и склонился над блондинкой.

— Не трогай ее!

— Кажется, она мертва, — безнадежно произнес Гарви, — надо посмотреть, так это или нет.

— Кто она такая? Откуда она взялась?

Гарви обернулся, и их взгляды скрестились.

— Не может быть!

Гарви утвердительно кивнул.

— Нет. Не верю. Эта? — Сьюзи подошла к крупнотелой блондинке поближе. — В ней семь футов росту, ни дюйма меньше. Гарви, какой же ты гадкий!

Гарви незаметно для Сьюзи коснулся тела женщины прямо под огромными грудями. Она была холодна, как замороженная рыба.

— Ну как?

— Она холодна, как дохлая макрель, — мрачно ответил Гарви.

— Пощупай ее пульс.

— Она мертва. Взгляни на ее глаза, — он пощупал пульс. — Пульса нет.

— Замечательно, — сказала Сьюзи. — Просто замечательно, Гарви. У меня в доме лежит мертвая блондинка семи футов росту с огромными грудями, и что прикажешь с ней делать?

— Думаю, сначала тебе следует укрыть ее, — смиренно предложил Гарви.