на которой уютно уместился салат с картошкой.
— Я не голодна, — я отвернулась к окну. Вид забегаловки выходил прямо на пустую ночную парковку, такую же ненужную и в раздолбанном состоянии, как и мои чувства.
— Кому станет лучше оттого, что ты измываешься над своим телом? Подкрепись.
— Кай, это все несправедливо, — я сложила руки на груди, вмявшись спиной в красное мягкое кресло. — Неужели я никогда не смогу быть в ком-то уверена до конца? Буду всю жизнь ошибаться и промахиваться вновь, — всхлипнула я.
— Все учатся на ошибках. Это часть жизни. Ты на эмоциях, поэтому тебе кажется, что твой удобный мирок трещит по швам. Скоро ты успокоишься и начнешь рассуждать логически.
— О чем ты вообще? Моя подруга час назад предала меня, и я даже не могу знать, было ли это единожды, — я сделала глоток воды из стакана, что стоял на столе.
Кай положил свою ладонь на мою руку, обхватывающую стакан. Я взглянула на него исподлобья.
— Валери, мы люди, мы ошибаемся. Уходим от одних и находим новых. Да, Мейси предала тебя, но подумай, стоит ли этот инцидент твоих слез и переживаний? Может, оно и к лучшему, что именно сейчас ты узнала, какова ее истинная натура. При других обстоятельствах могло бы быть больнее.
Я задумалась, даже не заметив, что мы в две руки держим мой стакан над столешницей.
Не знаю, но, наверное, к этому все и шло. Мы не были настоящими друзьями уже несколько недель. Ведь друг не фильтрует свои мысли в голове, боясь осуждения. Что это за друзья такие, если ты испытываешь стресс хуже, чем на собеседовании?
— Ладно, кажется, я действительно проголодалась, — я вытерла слезы тыльной стороной ладони и тут же скорчилась от боли, случайно задев нос.
— У меня есть мазь дома, помогает на раз. Отек спадет, боль уйдет — и будешь снова красотка.
— Считаешь меня красивой? — пробубнила я, запихивая вилку салата в рот.
— Не цепляйся к словам, я тебя лишь подбодрил. К тому же думай я то, что ты красивая, общался бы с тобой настороженно.
— Это почему? — свела я брови.
— Не доверяю тем, кто красивей меня, — в театральной манере высказал он, но тут же раскололся в неподдельной улыбке.
— Вот это самомнение, — мне было очень приятно, что он пытается не дать впасть мне в депрессию и заниматься самокопанием. Не знаю, что бы я делала без этого чокнутого. Хотя знаю: без его участия в моей жизни я бы испытала в полной мере отвратительные касания Чеда и мирно терпела, пытаясь забыться в мыльных тарелках «Оцелота».
— Кто ты, Кай? — с прищуром взглянула я на него. — Ты появился в моей жизни так внезапно и занял в ней практически все время. Но я о тебе совсем ничего не знаю. Даже насколько давно мы соседи. Откуда ты появился? Сколько тебе лет?
— Мне двадцать четыре, и можешь считать, что я отовсюду. Последние пару лет провел в Нью-Йорке, перебивался различными подработками, но потом решил перебраться куда потеплее. Нашел дешевое жилье, «работу», — усмехнулся он. — И уже несколько месяцев я житель этого чудного города.
— А семья?
— Я с ними не близок. Что у тебя? Почему ты так цепляешься за никчемных людей? — он не назвал ее имя, но и так понятно, что это он о Мейси.
— Мои родители для меня самой загадка. Они оставили меня на железнодорожном вокзале, во всяком случае, мне так сказали. Я только родилась, пару дней отроду — и уже загремела в детский дом. Меня никогда не хотели удочерить, но не всех моих друзей. Они исчезали и больше не появлялись в моей жизни. Потом я выросла и поняла, что нужно уезжать, сгребла вещички и, не дождавшись совершеннолетия, оказалась здесь. А теперь я сижу в отстойном кафе и рассказываю все о влачении своего жалкого существования странному парню с не менее странным именем Кай.
— Теперь все будет по-другому. Не смотри больше так пристально в прошлое, трата нервов. Думай о том, какие возможности могут появиться.
— А я ошибалась на твой счет, — помотала я головой.
— Что ты имеешь в виду?
Я лишь лукаво улыбнулась. Вспомнила о том, как мимолетно увидела его впервые и насторожилась. «Очередной уголовник», — подумала я, коих в доме было полно. Но как же я ошибалась. Кай, который прямо сейчас сидит передо мной, совсем не плохой и не тот, от кого следует шарахаться. Он смешной и забавный, поднимает мне настроение по щелчку пальцев. С ним мне не нужно фильтровать мысли, с ним я могу быть сама собой.
*****
— Вы мои умнички, — Линкольн потрепал Белоснежку за поцарапанную щеку. Я отстранилась, чтобы вид такой благодарности никоим образом меня не коснулся. — Тренируйтесь, в следующем бою хочу поднять ставки, вы показываете то, чего никто не ждет. Тень, ты привнесла в мой бизнес вишенку на торте.
Да, размятую, раздавленную кровавую вишенку. Которая вообще не должна была появляться.
Линкольн оставил нас, ушел в свою комнату за стеклом, а мы с моей вчерашней соперницей молча переглянулись.
— Девушки, что это вчера было? — Зверь подошел сзади и оперся на наши плечи. — Грязновато, ни одной защиты, беспорядочные удары и кровавая бойня.
— Знаем, — скинула его руку блондинка и отошла на шаг. — Мы растерялись, я вообще не думала, насколько это сложно. А после того как Тень пропустила удар вначале, захотелось свалить.
— Впредь не допускайте этого. Босс в восторге, но это еще не значит, что можно позволять гробить себя на ринге. Как только придет ваша третья подружка, начнем перевоспитание.
— Зверь, — послышался голос Кая, и парень убрал руку с моего плеча. — Нужно поговорить, сейчас же, — его голос был слишком строгим, Зверь в ту же секунду помрачнел.
Парни вышли за дверь, их не было около десяти минут, а когда они вновь появились, то никак не контактировали. Кай ушел на самые дальние маты оттачивать мастерство с грушей на цепях, а Зверь вновь выступил девчачьим тренером.
— Все в порядке? — поинтересовалась я.
— Да, поднимайтесь на ринг, не будем дожидаться синюю башку.
Настроение этому парню явно подпортили, что-то Кай не поскупился. Зверь нервно встряхнул копну своих темных волос и в приказном тоне сказал построиться. Не хотелось мне с ним спорить.
— Вы — новички, и не можете сохранять спокойствие должным образом во время действа. Во-первых, нужно дышать, необязательно в идеальном ритме, просто втягивайте воздух в легкие, не задерживайте дыхание. Знаю, это тяжело, когда надирают зад, но придется постараться.
В зал ворвалась Синевласка, болтая бедрами из стороны
