телу, и стало приятно. Неприлично приятно!
— Алиса, пора платить по счетам, — услышала тихий настойчивый голос чужого мужчины.
Открыв глаза, была неприятно удивлена. Знакомый незнакомец с темными шоколадными волосами и звериным взглядом, играл мышцами груди, самоуверенно усмехаясь. Он был уверен, что дичь поймана.
* * *
— Пойдём, — скомандовал Влад, поднимаясь из кресла.
Накинув кожаную куртку, мужчина неторопливо шел к выходу, а я семенила за ним.
Не посмела перечить. Вспомнила, с каким придыханием девчонки упоминали братьев Запасных. Их боялись, их уважали, их боготворили. Если Стас мне понравился — зачётный чувак, то его брат Влад пугал меня до чертиков. На мою беду он, оказывается, давно залип на Алиску!
Мы подошли к огромному темному джипу, припаркованному на платной стоянке. Дождь по-прежнему хозяйничал, но мне было всё равно. Я промокшая до нитки дрожала не от холода, а от присутствия мужчины.
Хотела достать из кармана телефон, набрать Климу сообщение. Но в кармане было пусто! Наверное, в туалете обронила, — мелькнуло в голове.
Диана! Как ты могла профукать мобилу в самый неподходящий момент жизни!
— Элис, иди сюда, — Влад открыл переднюю пассажирскую дверь, поднял меня на руки, усадил на сидение.
Всё как тогда с Яром, один в один. Только этого мужчину я боялась.
Одна рука так и осталась лежать у меня под попкой, вторая на спине. Его лицо было так близко… красивое и звериное одновременно. Взгляд пригвождал к сидению, заставляя молчать!
Господи, как страшно! Куда я влипла, Али-и-са-а!
Карие глаза усмехнулись, и щетинистая щека потёрлась о мою щёку. Влад резко отстранился, закрыл дверцу, оставив меня в полном раздрае чувств.
Ехали очень долго, часа два, пока не приехали к большому загородному дому.
— Где мы? — сонно спросила я. Убаюканная страхом, холодом, неизвестностью проспала последний час поездки.
— Там, где ты станешь моей, — просто поговорил Влад, загоняя джип в гараж.
Я дернулась как на электрическом стуле.
— Влад, ты не понимаешь! Произошла ошибка. Я не Алиса, я Диана — ее близняшка!
Губы и коленки дрожали.
— Алиса, не гони. Девочка моя, ты за два года меня изучила, знаешь, что слов на ветер не бросаю. Или ты выйдешь отсюда моей любовницей или не выйдешь совсем.
Теплые пальцы запутались у меня в волосах. Затем резкий рывок за резинку, сдерживающую собранный хвост, и волосы рассыпались, только не каскадом, а мокрыми крысиными серыми хвостиками.
Влад вытянул меня из машины, поставил на пол, и, схватив за плечи, притянул к себе.
Его руки запутались в моих мокрых длинных волосах, его теплые немного пухлые губы шарились по моей шее и ключицам, а руки пролезли под короткую юбку (мать её! как удобно! да не мне) И нетерпеливо мяли щёчки ягодиц.
— Влад! Влад! Я не Алиса, — кричала я, пока оставались силы сопротивляться. Вырываться было бесполезно!
Нужно как-то вразумить парня, привести в чувства эмоционального равновесия. Кажется, его сильно заклинило на Элис.
Я откинула голову назад, только открыла рот, чтобы закричать, как мой порыв оборвали страстным поцелуем.
Сначала было мерзко, когда язык проник мне в рот, но чем дольше это длилось, тем больше я растекалась под умелым натиском влажных губ. Крепкие руки уже не лазили под моей юбкой, они расстегнули мою куртку и беззастенчиво мяли груди, которые я с дуру даже не упаковала в бюстгальтер.
Открыв глаза, увидела перед собой чужого мужчину! Не Яра!
Резко ударила его кулаком по спине, и попыталась укусить за язык.
— Алиса, ты дура? — снова увидела незабываемый зловещий блеск темно-карих глаз.
— Я не Алиса, — завизжала я, — Диана, запомни!
Мужчина нахмурился, отступил на шаг, подумал с минуту, затем зло выдохнул:
— Не суть! Кем бы ты себя сегодня не возомнила, ты станешь моей. Неужели, ты думаешь, что я с тобой два года возился для того, чтобы ты дала какому-нибудь сосунку-мажору?
Влад больно схватил меня за руку и потащил в дом сразу на второй этаж.
В комнате с приглушенным светом Влад кинул меня на кровать, стянул с себя куртку, футболку, обувь.
И медленно пошёл на меня…
Я задрожала так, что подо мной кровать пошла ходуном. Кусая губы, плакала и молилась, чтобы этот кошмар закончился.
К моему изумлению Влад не придавил меня как лев львицу, он лёг рядом, нежно взял мою руку и положил себе на грудь.
Я замерла, но глаза скосила. Грех было не скосить — такое красивое тело. Вязь татуировок на горячей, твердой гладкой груди.
Довольный Влад командовал моей рукой — он спустил ее себе на живот. Живот твердый, с теплой шелковой кожей. Невольно я погладила пальцами.
Влад решил, что это знак… и переместил мою руку ниже…
Я хотела выдернуть руку, но мужчина ее крепко удерживал, вжимая в себя.
Его губы легли на мою шею.
Вжикнула молния, и теплая рука полезла под малюсенький топик.
Я вся горела от желания… Вожделение потекло по моим венам и внизу живота запульсировало.
— Влад не надо, — снова закричала я. — У меня есть другой. Я люблю другого!
Мужчина встряхнул шоколадной челкой, стряхивая наваждение. Чуть отстранился от меня, продолжая удерживать рукой мою руку.
Влад молчал в поисках ответа на мою признательную речь.
— Алиса, я женат, у меня дети. Ты станешь моей любовницей, не больше. Но тебе этого статуса хватит, чтобы жить безбедно, долго и счастливо. Тебя будут уважать в городе.
Влад резко бросил мою руку, поднялся и начал медленно одеваться.
В голове промелькнуло:
— Он так легко сдался? Всё страшное позади? Фух!
Я поднялась и села на кровати, пытаясь расчесать полувысохшие запутавшиеся волосы руками.
— Сходи в душ, — спокойно заметил кареглазый, бросая на меня снисходительный взгляд.
— Дома схожу, — улыбнувшись, ответила я.
— Ты дома! — заявил мужчина, застегивая замок куртки. — Это мой дом, и ты будешь в нем жить, пока ты моя.
— Я не могу здесь жить. У меня своя жизнь!
Влад мрачно усмехнулся:
— Твоя жизнь принадлежит мне. Будешь делать то, что я скажу. Ты моя! Надеюсь навсегда.
Из глаз брызнули слёзы, когда поняла, что этот парень серьёзно взялся за меня и хочет сделать своей наложницей до конца моих дней.
Я что Роксана, ставшая Хюрем в гареме султана Сулеймана? Это в двадцать первом веке!
— Влад, ты не понимаешь! Мне нужно выйти отсюда, — заверещала я, бросаясь к двери.
Но большой мужчина с отрицательным обаянием перекрыл мне дорогу.
— Это ты, кажется, не понимаешь, как много значишь для меня. Когда ты случилась в моей жизни два года назад, я был счастливо женат. А сейчас я как неврастеник каждую
