Читаем без скачивания Нил и египетская цивилизация - Александр Морэ

Царские чиновники уделяли много внимания культивации земель, разведению скота, развитию сельского хозяйства и ремесел. Каковы же были условия жизни различных слоев общества? Нам это неизвестно, трудно также установить, какова была ситуация в стране в тот период. На основании некоторых признаков можно сказать, что у царя сверх земли в Египте были «личные владения». Интересно было бы проследить развитие, которое за несколько столетий, отделявших Тинитский период от Мемфисского, прошел этот ограниченный царский надел. Пользуясь имеющимися у нас свидетельствами, мы можем определить лишь отправную точку и конец.

Тинитские цилиндрические печати рассказывают о виноградниках, принадлежавших царю. Один из таких виноградников, носивший благочестивое название «Поклонение Гору, царствующему на небе», известен с Тинитского периода до XII династии. За виноградником присматривал особый наместник (âz mer). Другой виноградник назывался «Вторым» (sen). Третий носил имя «Виноградник Дома Царя Юга и Красного Дома». Кроме того, царь, должно быть, владел внушительными наделами пахотной земли, лесами и большими стадами скота. Некоторые чиновники именовались Инспекторами или Надзирателями за всем имуществом (ikhut nebt) царя. Погребальные домены, о которых я расскажу позже, требовали «перевозки припасов» (uzeb), для которых существовали «дома», управляемые Инспекторами (za hr).

Известен ряд других наименований, означавших «продуктовые склады» (ist zefa), где собиралась сельскохозяйственная продукция с полей, виноградников, фруктовых садов, а также продукция ремесленников. В древнем обществе начальник подобного «склада» именовался «сборщиком имущества и поставщиком продовольствия». Этот пост доверялся «начальникам», «наместникам», «великим». Мы можем себе представить, что входило в их обязанности. Большую важность представляли царские житницы. Среди тех, кто управлял ими, можно назвать Глашатаев (буквально – «громогласных», nekht-kheru). Они объявляли о количестве зерна, привезенном каждым налогоплательщиком, или о количестве зерна, выданном в качестве платежа. Уже в Тинитский период мы видим высокое должностное лицо, Царского Плотника, управлявшего строительством сооружений, главным материалом для которых служило дерево, – это гробницы, дворцы, лодки и т. д. Ремесленники и литейщики также находились под контролем царя. Неизвестно, подчинялись ли они в более поздний, Мемфисский период «Великому начальнику работ», верховному жрецу Птаха.

Некоторые факты говорят о том, что имущество и ремесла были частично свободными, но находились под контролем царя, постепенно становившимся все более строгим. Начиная со II династии через каждые два года царь проводил перепись Рис. 39. Знак «писец» (тростниковое перо, сосуд с водой, дощечка с двумя чашами для красных и черных чернил) (tenut) недвижимости (полей) и движимого имущества (которое оценивалось в золоте). Этому мероприятию придавалось такое большое значение, что при II династии годы правления именовались «четвертой переписью, пятой переписью» и т. д., а годы в промежутке между переписями по-прежнему датировались Службой Гору. Таким образом, двумя основными событиями правления были династическое празднество и составление бюджета на каждые два года. В ходе переписи проводилась оценка личных состояний в целях определения оптимального размера налогов. Кроме того, наблюдение за уровнем воды в Ниле позволяло ежегодно подсчитывать площадь земли, пригодную для вспашки, и плавающие ставки налогов. На основании этого можно предположить, что большая часть земли по-прежнему находилась в частной собственности и принадлежала живущим на ней людям, а золото (в виде слитков, песка, колец, ювелирных изделий) представляло собой движимое состояние, производимое торговлей и ремеслами, и имело свободное хождение в городах.

Рис. 40. Царь Хасехем в праздничном облачении. Иераконполь

Таким образом, существование владельцев движимого и недвижимого имущества подтверждается строгим контролем, осуществляемым царской администрацией. Наряду с владениями царя существовали и частные земельные владения, но им суждено было исчезнуть по мере того, как монархия укреплялась, расширялась доктрина божественного права. Царь постепенно сосредотачивал в своих руках всю полноту власти. Большая часть тинитских цилиндрических печатей указывает на должность, не называя имени занимающего ее чиновника. Это печати не конкретного лица, а его должности, что указывает на долговременное существование администрации. Человек не занимал пост, наоборот, пост, которому царь выделял часть полномочий, занимался человеком. Как сказал Эдвард Мейер, «монархия Менеса представляла собой не олигархию знатных семей, но государство, состоящее из чиновников». Тем не менее Сару, местным организациям, удалось найти себе место в этой системе. Мы еще не замечаем засилье сыновей и родственников царя на высоких государственных постах, которое так поражает нас в Мемфисский период. В этом отношении двор и администрация столицы в эпоху Менеса находятся в состоянии перехода от системы местной власти, характерной для Египта до Тинитского периода, к абсолютной централизации, которой сумели достичь первые фараоны Мемфисского периода.

V. Загробная жизнь

Если жизнь фараона была необходима его подданным, то и смерть его интересовала их не меньше. Воплощение бога на земле, царь, подобно всем богам, владел тайнами, которые позволяли ему одержать триумфальную победу над физической кончиной. Если его подданные помогут царю совершить последний шаг в вечность, он навечно останется защитником своего народа. После своей кончины царь станет посредником и заступником между людьми и богами в ином мире. Как я писал в книге «От племени к империи», «даже после смерти царя его обязанности по отношению к подданным не заканчиваются… Именно чтобы защитить тело монарха от возможного ущерба и обеспечить его необходимыми средствами для вечного существования, люди стремились возвести великолепные гробницы».

Царские гробницы первых двух династий были обнаружены в Тинитском некрополе близ Абидоса E. Амелино, Дж. де Морганом и Флиндерсом Петри в период между 1895 и 1900 годами. Наиболее древние из гробниц представляют собой прямоугольные ямы, вырытые в песке, длиной около 7 метров, шириной 4,9 метра и глубиной 3 метра. Стенки могилы выложены кирпичом, потолок из дерева поддерживается деревянными подпорками и сверху засыпан песком, так что захоронение трудно заметить со стороны[138]. Приблизительно в середине I династии размеры гробниц увеличились в три, а то и в четыре раза. Пол, стены и потолок стали облицовывать деревом, погребальную камеру размещали в центре, а по бокам находились небольшие отсеки-кладовые, куда помещались кувшины, оружие, украшения и полотно. Гробница Хасехемуи, датируемая II династией, поражает своими размерами – длина ее составляет почти 85 метров, в самой гробнице пятьдесят восемь камер. К ней ведет кирпичная лестница. Над засыпанной песком крышей гробницы возвышается каменная стела, на которой начертано имя усопшего монарха. Внутри гробницы обнаружили еще одну стелу с именами близких царю людей, которые были похоронены вместе с ним.

Взглянув на груды вещей, громоздящихся в этих огромных сооружениях и призванных скрасить будущую жизнь покойных, мы можем получить некоторое представление о том, чего же ожидали после смерти тинитские цари. Только вера в нетленность тела могла объяснить такое количество погребального имущества и продуктов питания. Теория монархии, о которой говорилось выше, позволяет прийти к выводу, что к царю, преемнику Гора и Осириса, и их живому воплощению на земле после его смерти следовало относиться так же, как к самим богам. Чтобы царь мог рассчитывать на вечную жизнь, его просто следовало любыми возможными способами отождествлять с Осирисом. Празднество Сед с его осирисовскими ритуалами позволяло царю вернуть молодость при жизни. Те же самые ритуалы, совершенные по отношению к покойному царю, должны были воскресить его, как они воскресили Осириса, и даровать ему бессмертие. В другом мире, рядом с Осирисом, фараон действовал как предок и покровитель правящего царя, подобно тому как Осирис, согласно преданию, покровительствовал Гору, сыну Исиды, когда тот занял место отца на троне[139].

Рис. 41. Саркофаг Микерина, воспроизводящий фасад архаического дворца

О новой жизни, обещанной покойному царю, мы поговорим в следующей главе, поскольку свидетельства об этом мы находим лишь в текстах мемфисских пирамид. Надо отметить, что титулы тинитских чиновников, похороненных возле их царя, наводят на некоторые размышления. Они говорят нам, что для царя совершались обряды, относящиеся к его Ка и его Ах, то есть к обожествленной Сущности и божественному Духу, которые обретет царь в загробном мире. Мы располагаем достаточным количеством фактов, чтобы понять, что уже в Тинитский период люди верили в бестелесную жизнь, уготованную царю после его смерти. В Мемфисский период эти доктрины эволюционируют, обещая продление божественной жизни земных фараонов после их кончины.