Читаем без скачивания Безумный Рудокоп XI - Кай Ханси

дня. В четвёртой волне уже была тридцать одна машина. Двадцать три изначальных, семь легко повреждённых во второй волне и одна недавно прибывшая с задания.

И даже если это была тридцать одна машина, делавшая девяносто три залпа каждые пять секунд, повреждения Дирижаблей всё ещё были незначительными. Вместе с тем, экипаж машин уже чувствовал себя не очень хорошо. Восемь часов, каждые два часа на них нападали. И если они не будут отбиваться из всех орудий, то враг будет лупить и лупить по ним без остановки. Да, и ночью их также беспокоили. Поэтому артиллеристы архангов превозмогали сонливость и усталость и направлялись на свои посты. Благо, противник нападал, как по часам, ровно каждые два часа. Но через час появилась ещё одна напасть — безостановочный пушечный огонь из С-60. Изначально этот образец пушки был предназначен для автоматической стрельбы с расчётом, который находился в отдалении от пушки, но на Стилиме не было возможности подвести провода и использовать телеметрию. Вместе с тем, исследователи Фабрики не останавливали своих попыток таки создать автоматическую систему управления огнём. Точная копия земной системы, конечно, не получилась, но часть новых С-60 могла управляться с помощью гидравлики и пневматики на расстоянии. Система прицеливания и оператор наводчик располагались в двадцати метрах от самой пушки и находились в блиндаже или даже в бункере. Нынешняя дневная стрельба уже не была периодической с последующим побегом, как ночью. Расчёт просто продолжал стрелять, пока не был использован весь боезапас. Не имело значения, что противник откроет ответный огонь, пушка — не человек. Её не жалко. А когда по их душу были отправлены десантные боты и самолёты, то и тут расчёты не растерялись, изменив цели для своего огня. С-60 не могла нанести много повреждений могучим Дирижаблям, но вот малые машины уже не могли чувствовать себя безнаказанными. С-60 создавалась для противодействия целям, летящим со скоростью в несколько сотен километров в час или даже быстрее, местные самолёты были не достаточно быстры, чтобы уверенно избегать пушечного огня. Чтобы уверенно уничтожить расчёт, Дирижабли были вынуждены бомбардировать поверхность. Когда командир расчёта видела, что в их сторону движется Дирижабль, то отдавала приказ двигаться к убежищу. Сам расчёт состоял из пяти человек, включая командира. Независимо от того, находились ли они в крытом блиндаже или в бетонном бункере, в углу их укрытия находился защитный конус из титанового сплава. Конус был очень прочным, и в нём было место, как раз, на пятерых человек. Конструкция мини-убежища позволяла выдерживать прямое попадание авиационной бомбы. Точнее, если таковая не попадала точно в центр конуса, то она соскальзывала в бок и взрывалась рядом, нанося повреждения взрывной волной и осколками, но не ударом прямо о поверхность конуса. Также внутри мини-убежища были небольшие запасы провианта, инструменты для того, чтобы откопать себя после бомбардировки, и даже баллоны с дополнительным запасом кислорода. Да, пушка определённо приходила в хлам после бомбёжки, как и укрытие над ними. До такой степени, что прибывающие на место солдаты архангов даже не пытались раскопать укрытие, чтобы вытащить оттуда трупы. Там была лишь одна сплошная мешанина из земли, металла и бетона, мог ли там быть кто-то выживший? Времени на разбирательства не было, они и так уже потеряли немного времени на том, чтобы разбомбить пушку. Собственно, на это и был расчёт — задержать Дирижабли хотя бы на минуту. Каждая дополнительная минута давала городу Надежда больше времени на подготовку. Разбомбив позиции сорока зенитных пушек, Дирижабли, не мешкая, двинулись дальше, и ещё через час на них напала новая волна из двадцати одного МЛ-Д, в ней были девять машины, получивших лёгкие повреждения в третьей волне и двенадцать из четвёртой. Ещё через час снова пришла атака снизу, уже из полусотни С-60. На этот раз Дирижабли решили не останавливаться, а просто пролететь мимо, обстреливая противника из пушек. Десять километров зоны обстрела были преодолены за шесть минут. За это время С-60 успели сделать около пятнадцати тысяч выстрелов. В шестой волне магнолётов на двенадцатый час затяжного сражения и в двенадцати часах от города Надежда, было только четырнадцать машин. Девять из предыдущей волны и пять новых, которые недавно прибыли из задания. Капитаны кораблей архангов подумали, что противник начал выдыхаться, но в седьмой волне, перед которой опить пришлось преодолеть заслон уже из 60 пушек С-60, были снова двадцать одна машина. Четырнадцать из первой волны после глубокого ремонта, пять из предыдущей волны после лёгкого ремонта и две новых. Стояла ночь, но из-за бесконечных вспышек взрывов и огненных колб, сброшенных с неба самолётами, видимость была достаточно хорошей для ведения огня. По крайней мере, пушкари Фабрики могли вести огонь без проблем. Артиллеристам же архангов было гораздо сложнее, они могли ориентироваться только примерно целясь во вспышки выстрелов в двадцати километрах от них. Впрочем, они и до этого стреляли на удачу, особо ничего не изменилось. Но магнолёты в этот раз стреляли немного дольше. Это было связано, скорее, не с окружающей темнотой, а с тем, что наводчики Дирижаблей действительно устали. Пушкари с магнолётов могли отдыхать, пока летели на базу, затем во время ремонта и до возвращения в бой. Расчёты четырнадцати машин нынешней волны отдыхали более двенадцати часов. Две машины вступили в бой в первый раз. Лишь расчёты пяти машины, совершали уже который вылет подряд. И даже так у них было около двух часов отдыха. Пушкари же Дирижаблей подвергались атаке каждый час. Хотя их меняли, да, и за всё это время было получено лишь несколько случайных ранений, нервяк боя сильно трепал мозги. Пусть вражеские снаряды попадали в обшивку где-то далеко от кают отдыха артиллеристов, их было слышно, что не давало возможности нормально отдохнуть. Их движения были намного более медленными и менее уверенными, чем ранее. Попадания в магнолёты стало меньше, поэтому бой затянулся.

Ещё через час снова была атака пушек С-60, но на этот раз их было намного больше. Все пушки первого заслона Дирижабли разнесли в пыль, но вот во втором заслоне оставалось ещё 40 целых пушек. Всего за четыре часа двумя бригадами эти пушки были установлены на четвёртом заслоне. Одна бригада устанавливала крепкие блиндажи, крытые не деревянными брёвнами, а двутавровыми балками, на которые были установлены титановые броне-пластины, затем был слой земли, а сверху ещё и обычный металлический профнастил цвета хаки наброшен. Изначально в четвёртом заслоне было восемьдесят пушек, а стало сто двадцать. Более двухсот выстрелов в минуту. Вообще, Дирижабли архангов могли бы и обойти эти позиции или разделиться и пойти другими путями, но это также было бы маленькой победой Фабрики, так как противник потерял бы на облёте позиций более четверти часа. Неизвестно, что было ценнее, обстрелять Дирижабли до прибытия к полю боя, или выиграть дополнительные пятнадцать минут. Восьмая волна магнолётов неожиданно прибыла через полтора часа. Всего через полчаса после обстрела наземной артиллерии. Это была сборная солянка из машин всех волн, что были готовы к вылету на текущий момент, но было их достаточно много — целых тридцать единиц. Бой был скоротечным, но очень жарким. Впервые артиллерия Дирижаблей смогла сбить МЛ-Д, экипаж которого вынужден был в спешном порядке пересесть на другую машину. Но через ещё полтора часа флот архангов ожидала новая напасть — пятый заслон. В нём было сто новых пушек С-60, сорок семь пушек из третьего заслона и пятнадцать 52-К, но также в этот момент напали ещё тридцать МЛ-Д. Двойная атака обрушилась на Дирижабли ЦА. И этого ещё было недостаточно для нанесения существенных повреждений летающим крепостям, но вот их воздушные подъёмники были изрешечены. У самого целого Дирижабля функциональность подъёмника была на уровне 85%. И то, если бы были целыми все воздушные мешки работоспособной части подъёмника, но мешки также были порваны осколками снарядов, пробиты стрелками с вольфрамовыми наконечниками или сожжены огненными колбами. У самой же несчастной летающей крепости оставалось только двадцать процентов функционала высотного полёта. Этот Дирижабль теперь мог подняться максимум на 1200–1500 метров вместо изначальных 8000 метров. Двойная атака создавала проблему выбора. Какую