Они бродили по аллеям, внимая скорби и любви —
И вспоминали, сожалея, о тех, что в прошлое ушли…
Потом вернулись к той могиле, что дорога была двоим,
Как вдруг увидела Арина кудрявый клен, а рядом с ним —
Чуть виноватая улыбка, волос кудрявая волна…
Заранее свою ошибку пыталась искупить она.
Цветы увяли на могиле, но холм пока еще высок —
Ей было восемнадцать в мире, что так покинула не в срок.
И нет креста на той могиле, лишь надпись «Доченька, прости…»
Анюту вспомнила Арина и слезы в гробовой тиши…
А дальше — прям у перекрестка, забыта миром и людьми
В побегах молодых березок — могила в сумрачной тени.
Опершись на руку Матвея, Арина углубилась в лес,
И вот останками чернеет почти ушедший в землю крест…
Матвей вгляделся — черный камень почти, что в землю рядом врос,
Лет двести на могиле старой стоит он, весь наперекос…
И надпись еле различима: «О, Боже, душу упокой —
Не дай бродить в ночи незримо… И нас от злой беды укрой!»
Матвей вздохнул, перекрестился, пытаясь годы рассмотреть,
И на Арину покосился — так хоронили только ведьм…
Арина вспомнила старушку, заботливый и кроткий взгляд —
Очистивши от скверны душу, она избрала этот сад
Для покаяния, молитвы… Авдотья Лапина — такой
Ее запомнила Арина, душа ее нашла покой…
Они свернули на аллею, что к центру кладбища вела,
Сгустились тополя над нею, рассыпав белым кружева…
И вот… Арина пошатнулась, Иван… Глядит в ее глаза…
Очерченные жестко скулы… Матвей, обняв, ее сказал:
«Пойдем… Мы отдали им много страданий, памяти, любви…
Но у живых своя дорога, и манят будущие дни.
Когда-нибудь и мы с тобою придем под черное крыло…
Сейчас нас счастье ждет земное — оно нам Господом дано».
7. ВОЗРОЖДЕНИЕ
Крест мраморный Матвей с Ариной спустя неделю привезли,
Поставив на могиле сына, и свечи тонкие зажгли…
Букетик белых роз для Ани Арина принесла с собой,
Душистый вереск — для Ивана, моля хранить его покой.
А на заброшенной могиле Матвей поправил старый крест,
И огненный букетик лилий окрасил ярко старый лес…
…А по весне капель запела, встречая радостный рассвет,
Лучами просинело небо, сгоняя старый сонный снег.
И в эти дни Матвей с Ариной, соединенные судьбой,
В объятиях держали сына, сокровище души родной…
Его крестили в церкви рядом, малыш серьезен был и тих,
И долгим вдохновенным взглядом смотрел на светлый Божий лик…
Когда же крестик серебристый священник малышу надел —
То смех счастливый и лучистый над куполами прозвенел…
2009 г.
СОЖЖЕННАЯ ДОРОГА НИККОЛО ПАГАНИНИ
Действующие лица
Н и к к о л о П а г а н и н и , великий Маэстро, скрипач, музыкант,
композитор
Э л и з а Б а ч о к к и (Мария-Анна-Элиза Бонапарт), принцесса
Лукки и Пьомбинская, сестра Наполеона, жена принца Феликса Ба-
чокки, впоследствии великая герцогиня Тосканы
Ф е л и к с Б а ч о к к и , принц Лукки, одного из городов герцог-
ства Тоскана Центральной Италии
П о л и н а Б о р г е з е (Мария-Полина Бонапарт), любимая се-
стра Наполеона Бонапарта, принцесса Боргези, герцогиня Гвасталь-
ская, жена принца Камилла Боргезе
А н т о н и а Б ь я н к и , певица, возлюбленная Паганини, пода-
рившая ему сына Ахилла
А х и л л П а г а н и н и (Акилле-Чиро-Алессандро Паганини),
единственный сын Никколо Паганини и Антонии Бьянки
К а р д и н а л Та д и н и , архиепископ Генуи, духовный наставник
епископа Ниццы Доменико Гальвано
Д о м е н и к о Га л ь в а н о , епископ Ниццы
К а н о н и к К а ф ф а р е л л и , исповедник прихода в Ницце
А н г е л
А в т о р ( г о л о с з а с ц е н о й )
Д р у з ь я Н и к к о л о П а г а н и н и , находятся с ним, умираю-
щим, в Ницце, потом помогают его сыну добиться разрешения на погре-
бение тела Маэстро (Джоакомо Россини, Граф Чессоле, Тито Рубаудо,
Эскудье)
Место действия
Италия (Лукка, Флоренция, Турин, Генуя), Австрия (Вена), Франция
(Ницца)
Время действия
С 1804 по 1840 г.
Действия пьесы
Д е й с т в и е п е р в о е «КРЕСТ ТАЛАНТА» — 1804 г., Италия,
Лукка, городская гостиница, дворец принца Бачокки.
Д е й с т в и е в т о р о е «ГРЕЗЫ» — 1808 г., Италия, вилла Ступи-
ниджи в окрестностях Турина (охотничий дворец князей Боргезе).
Д е й с т в и е т р е т ь е «МИШУРА» — 1812, Флоренция, дворец
Питти, резиденция правителей Тосканы.
Д е й с т в и е ч е т в е р т о е «СМЫСЛ ЖИЗНИ» — 1828 г., Ав-
стрия, Вена, городская гостиница.
Д е й с т в и е п я т о е «ОТЦЫ ЦЕРКВИ» — январь 1840, Италия,
Генуя, кафедральный собор.
Д е й с т в и е ш е с т о е «ОТВЕРГНУТОЕ ПРИЧАСТИЕ» — 27
мая 1840 г., Франция, Ницца, городская гостиница.
Действие первое. КРЕСТ ТАЛАНТА
1804 г., Лукка. Комната на втором этаже опрятного двухэтажного дома, распо-
ложенного в квартале, где проживают состоятельные люди, однако не имеющие
собственного палаццо, или те, кто приезжает в Лукку на долгий срок, однако не
навсегда.
… В мягких сумерках у окна виден силуэт Ангела, замершего в глубочайшей за-
думчивости. Он смотрит на улицу, где слышны веселые крики и смех.
А в т о р : В 1804 году Никколо Паганини было всего 22 года…
Но к этому времени Италия узнала его гений — позади остались
триумфальные выступления во Флоренции, Парме, Болонье, Ми-
лане, Ливорно, Пизе. Так начало сбываться пророчество Ангела,
который явившись в вещем сне его матери, Терезе Паганини, пред-
сказал, что ее сын станет великим музыкантом, которому не будет
равных среди живущих…
Шум с улицы становится слышнее, уже можно разобрать разговор людей, спе-
шащих во дворец Бачокки на концерт.
П е р в ы й г о л о с : Вы знаете? Сегодня… Паганини… Да, на
концерте, во дворце…
В т о р о й г о л о с :Неужели?.. На одной струне? Невозможно!
Удивленные возгласы слышны вновь и вновь. Ангел отошел от окна и, посмотрев
на кожаный футляр, где лежала скрипка Маэстро, перевел взгляд на исписанные
нотные листы, что лежали в беспорядке рядом…
А н г е л ( с л о в н о п р и с л у ш и в а л с я к с о б с т в е н -
н ы м м ы с л я м ) :
Талант, талант… Как ярок свет, как тяжела страстей игра,
У музыки в плену навек живет распятая душа…
Перед рождением его я возвестил благую весть —
Благую ли? Ведь так тяжел великого таланта крест!
Но равных нет среди живых, не повторит никто потом
Мелодий, содрогнувших мир, что сыплются с небес огнем…
Но как же будет одинок он — гений, получивший дар,
Любовь и славу, как листок, сожжет души его пожар!
Лишь скрипка навсегда теперь его мучитель и мечта —
Она загладит боль потерь, утешит жадные уста…
И я до гробовой доски за ним последую везде,
Свидетелем его тоски и счастья стану на земле…
…За дверью слышатся шаги, отворяется дверь, и в комнату вбегает молодой
человек: его черные волосы, обрамляющие необычайно выразительное лицо, в
беспорядке спадают на худые неровные плечи. Глаза цвета влажного агата бле-
стят нетерпеливо. Взгляд останавливается на скрипке, открыв футляр и взяв ее
в руки, Никколо проводит нервными пальцами по изгибам и, наклонив голову,
задумчиво читает исписанные нотами листы… Потом, подойдя со скрипкой к
окну, он смотрит на освещенную вечерними огнями улицу...
Н и к к о л о ( н а с м е ш л и в о - з а д у м ч и в о ) :
Толпа, толпа, кругом толпа… Давно ли я мечтал о славе?
Теперь же редкий бриллиант сияет в дорогой оправе…
Свет преклонился предо мной, забыв степенные обычьи —
Но знаю я, что за спиной услышу смех друзей двуличных…
Я нужен им, как редкий зверь, что привлечет успех, удачу,
Любая мне открыта дверь, такая слава много значит…
Но им плевать на мою жизнь, на чувства, гордость и желанья —
Я лишь очередной каприз, явивший в мир очарованье…
Мне даже греза моих снов предначертала участь приза —
Но нет! От сладостных оков освобожусь, моя Элиза!
Да, я люблю тебя сейчас, блистательная нимфа злата,
Судьба соединила нас, осыпав славою богато.
Но день придет и навсегда отпустишь ты мои ладони…
