— Амулет украден. — вымолвил мужчина, отталкивая от себя чужие руки, и с трудом вставая на ноги. — Мой амулет…
Позади меня грязно ругнулся Дерим, и вылетел из комнаты совещаний, напоследок громко хлопнув дверью.
— Поднять тревогу! Никого не выпускать из дворца, из столицы! — скомандовал Вар, пошатываясь, и держась за голову. — Подонки!
Кажется, у принца сдали нервы.
Я подошла к жениху, взяла его за руку. Кажется, это его слегка успокоило. Он бросил на меня неоднозначный взгляд, и двинулся в сторону выхода. Генерал тем временем тоже покинул зал совещаний, чтобы немедленно исполнить приказ. Вильям же сначала поинтересовался не требуется ли его помощь. Принц отправил адъютанта, а ныне моего телохранителя, проследить за тем, чтобы никто не покинул дворец.
В комнату мы с Варденом шли наедине. Внешне демон не выдавал признаков плохого самочувствия. Шагал, как и прежде, твёрдо, и даже нарочито громко. Только лицо как будто слегка утратило цвет. Почти незаметно, если не приглядываться. Хмурые тёмные брови застыли у переносицы, ноздри широко раздувались от еле сдерживаемой злости. Похоже, мы утратили контроль за ситуацией. И сейчас пытаемся угнаться за кем-то, кто опережает нас на десять шагов.
Метка неприятно холодила кожу, всё время напоминая, что что-то не так. Но пока мы не дошли до спальни, я не задала ни одного вопроса. Только уже там, присев на кровать рядом с мужчиной, попыталась что-то узнать про украденный амулет. Вар отвечал нехотя, и всё время не разжимал один из кулаков, будто попадись ему вор прямо сейчас — размажил бы голову собственными руками.
— Это государственная тайна. — вот что позволил узнать мне пепельный.
— Кажется, я каким-то боком, да вхожу уже в ваше государство. — я протестовала, желая знать всё, что могло помочь в поимке преступника. Варден очень тяжело вздохнул и ещё сильнее сжал кулак, совсем слабо стукнув им по кровати.
— Ты не понимаешь.
— Так я и не пойму, если ты мне не расскажешь.
— Я не могу рассказать тебе всё. — я видела, как мужчину терзают сомнения. Всё-таки он начинал мне доверять, и ему, кажется, хотелось дать мне информацию. Но что-то мешало.
— Тогда расскажи то, что можешь. — волнение захлёстывало меня, и в пятой точке свербела сильная потребность разобраться во всём как можно скорее, чтобы отвести опасность.
— Я… Да чёрт! — наконец кулак разжался, но лишь для того, чтобы судорожно выпрямить пальцы и тряхнуть руками в воздухе. — Я не уверен, что могу доверять даже тебе! — это заявление меня слегка ошарашило. — То есть могу, но не во всём. Не обижайся на меня за это. Но откровенность может стоить мне жизни. — метка похолодела ещё сильнее. Похоже, не только у меня, потому что принц неосознанно погладил своё плечо кончиками пальцев. Снова вздохнул, посмотрев на меня. — Этот амулет меня защищал от кое-чего ужасного. Всё что могу сказать.
Я нервно кусала губы. Заметила только тогда, когда из нижней пошла кровь. Я измученно замычала, по стенке сползая на пол. Собственное бессилие в этой ситуации просто выедало изнутри. Как я могу повлиять на ситуацию?
— Кто мог его украсть? На этаже ведь стоит охрана. Где он хранился? Почему ты не носил его с собой?
— Слишком много вопросов. — Варден попытался отмахнуться от меня, как от назойливой мухи. У него бы получилось, если бы мне было на него совсем плевать. Но, кажется, я успела каким-то образом привязаться к навязанному жениху. И страх за него был выше всяческих одёргиваний от него же самого.
— Ты можешь отвечать по очереди.
— Я Вообще могу не отвечать. — злость демона никуда не делась.
— Если ты не ответишь, я не смогу помочь.
— Да чем ты можешь… — он осёкся на полуслове. Вновь поднял глаза на меня. Задумчиво, серьёзно. Хмыкнул своим мыслям и махнул рукой. — Хранился на моём запястье. Утром я его снял, чтобы не было лишнего магического фона на допросе. Оставил здесь. Самое смешное, что кроме меня и его создателя этот амулет никто не мог увидеть.
— А кто его создал.
Вар болезненно скривился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Моя мать.
Наступила неловка пауза. Насколько мне известно, императрица мертва. И уж точно она не могла восстать и пойти что-то воровать. Только если у них здесь нет некромантов, способных на нечто подобное.
И тут я вспомнила фразу того старого предателя, мастера Онура. Он заикался, что она может восстать и тогда Варден будет знать всё в империи. Заговорщиков казнили, выяснили немногое. Судя по всему, у них была личная выгода от смерти принца. Возможно даже почти не связанная с целью нашего текущего врага. Надо будет это выяснить. Потому что в тот раз меня мягко отстранили от всего дела.
— Я голодна. Схожу на кухню что-нибудь приготовлю. — резко сменив тему, поднялась на ноги. — Больше не доверяю вашим поварам.
— Чтобы моя невеста сама готовила? — блондина сильно возмутила такая мысль.
— Лучше так, чем быть отравленной. — я была непреклонна. — Не доверяю.
Помотав головой, демон легко сдался.
— Возьми с собой Вильяма. И будь начеку. А мне нужно немного отдохнуть.
Скорее всего Варден потерял много сил вместе с потерей амулета. Либо измотался из-за утренних событий. Хотя раньше он всегда был полон энергии, даже когда полночи проводил за документами, а остальное время на совещаниях и встречах.
Не выходя из кабинета, попросила одного из патрульных в конце коридора позвать мне господина Вильяма. Сейчас нас охраняли совсем другие, не те, что были утром. Возможно, первых повели на допрос. Но это я выясню позже.
Демон пришёл довольно быстро. Сначала он думал, что что-то случилось, но я его успокоила. На просьбу проводить меня на кухню, Вильям отреагировал с подозрением. Но осушаться не посмел.
По залам дворца я шла в напряжении, прислушиваясь к каждому звуку. Собственные шаги казались мне барабанными ударами, и я с трудом держалась, чтобы не вздрагивать, идя всё дальше. На нас смотрели. С любопытством, со страхом, с хмурым непониманием. Но я игнорировала эти взгляды, держа спину ровно. Сейчас самое неподходящее время, чтобы показать свою слабость и то, как я сама напугана. Адъютант, казалось, был ещё более невозмутим, чем я. Скорее всего внутри он тоже переживал много волнений, но прекрасно понимал, что выказывать их нельзя. Сейчас всех надо воспринимать как врагов, как предателей. Ведь если раньше можно было решить, что в присутствии принца я в безопасности, то теперь, как оказалось, убийцы не боятся даже его. Более того, он — самая первая и главная цель.
Сначала я решила, что я не угодила какой-нибудь сопернице. Той же Валийне, от которой за всё это время со ссылки больше ни слуху, ни духу. Это было бы логично. Но ставки оказались значительно выше. А я не настолько дальновидной, как считала себя вначале. И это меня огорчало. За всё время, что я прожила в замке, наконец смогла кое-как осознать, что всё происходящее не сон, не чей-то розыгрыш. Эта информация доходила до моей бедовой головушки с трудом, и мириться с ней было непросто. Но сейчас, когда мир стал мне привычнее, а события, происходящие со мной реалистичнее в моём восприятии, я начала мыслить по-другому.
Вил распахнул передо мной дверь на кухню, и меня обдало непривычной прохладой. Работа стояла, очаги не пылали. А мышки-поварихи собрались в кучку в углу и шушукались, прикрывая рты засаленными фартуками и тряпочками. Завидев на пороге меня, они точь-в-точь как эти грызуны брызнули в разные стороны. Спустя несколько секунд опомнились, поклонились, опустили глаза, скомкано, вразнобой поприветствовали меня. После чего повисла гнетущая тишина.
Я пробежалась глазами по присутствующим. Мины в помещении не обнаружила. Задала вопрос о ней Вильяму. Голос мужчины был сухим и очень официальным.
— Старшую повариху схватили при попытке побега из дворца. Она пыталась покинуть нас как раз в то время, когда его высочеству подали не качественную пищу.
Хм, вот как у нас теперь называется попытка отравления. Не качественная пища.
