— Любви! — сказал один из драконов под одобрительный кивок второго.
— Тебя не спросили, — ничуть не обиделся эльф. — А вы новенькие? — обратился он к нам с оборотнем, с жадным интересом разглядывая… Каина.
— Новенькие, — снова ответил ему сильф.
Неспешной походкой крылатый красавец спустился по ступеням с каменного возвышения и, поглядывая в свиток, который держал в руке, подошел к нам.
— Катарина Ирмин? — уточнил, сверяясь… наверное, со списком.
— Да, — кивнула я, почему‑то сильнее сжав руку Каина.
— И драгоценный наш кня — а-а — жич, — улыбка сильфа была странной, — погулял и вернулся на радость отцу и дяде?
— Вернулся, — со вздохом ответил тот.
— А почему к нам, а не на свой факультет? — продолжая все так же скалиться, поинтересовался преподаватель, которого я ошибочно приняла за студента.
А все потому, что молодой и красивый! Высокий брюнет в серебристой одежде с восхитительными прозрачными крыльями, которые сейчас свисали за его спиной длинным плащом. Иссиня — черные волосы мужчины были заплетены в тонкие косички, собранные в низкий хвост. А того же цвета глаза с интересом смотрели на туманного кота. С исследовательским интересом!
— Захотелось разнообразия, — ответил Каин.
— Ну — ну, — покачал головой сильф, переводя взгляд на меня. — Вижу я твое разнообразие, — и уже обращаясь к нам обоим, предложил занять места в соответствии с направленностью магического дара.
Я, решившись наконец отпустить руку оборотня, сделала шаг в сторону деревянных рядов да так и застыла в нерешительности. Какой у меня дар, если я училась на ведьму? И где место, отведенное под этот непонятный дар? Эльфенок, прошмыгнув мимо нас, начал раскладывать тетради и книги за желтой партой.
— Садись за любую, — подсказала дриада, поправив свои очки.
— Это если ее дар нашим не соответствует? — добавил леший, с любопытством разглядывающий меня.
— Эта аудитория разделена на сектора, — снова заговорил сильф. — Каждый цвет соответствует дару. Коричневый, — он повернулся к гномам, и те хором рявкнули:
— Земля!
— Зеленый?
— Флора, — с умным видом заявила дриада и снова тронула и без того идеально сидящие на длинном носу очки.
— Синий? — преподаватель посмотрел на мавку, но та изучала потолок, при этом покачиваясь и бормоча очередную песенку. — Ну, думаю, и так понятно, что вода, — вздохнув, сказал он. — Красный — огонь, а желтый для покорителей фауны. Тебе, княжич, кстати, туда, — между делом добавил он, и оборотень, настороженно поглядывая на своего остроухого соседа, отправился за парту. — А ты, ведьма, у нас..?
— Ведьма, — согласно кивнула я.
— Это профессия, девочка, — понимающе хмыкнул сильф.
— Для некоторых — призвание, — снова влез с комментариями дракон.
— А для других — состояние души, — хихикнул его брат.
— Какая магия лучше всего тебе дается? — игнорируя обоих, спросил крылатый брюнет.
— Стихийная, — пробормотала я и, чувствуя, что туплю, пояснила: — Магия воздуха.
— Да неужели? — на этот раз сильф посмотрел на меня куда внимательней и с каким‑то затаенным восторгом в чуть прищуренных глазах.
— Но иногда я не могу ее контролировать, — чувствуя себя диковинной зверушкой, попавшей в лапы коллекционера, пролепетала тихо.
— Ничего, научим, — убрав за мое ухо прядь волос, выбившихся из недавно просушенной косы, обнадежил он. — Садись за любую парту, но запомни, что она будет твоей в течение всего года.
И я побрела в сторону желтого сектора, намереваясь устроиться позади оборотня и улыбчивого эльфа. Один мне был знаком и вроде даже вести себя начал по — человечески. Второй просто понравился.
— Прав был Сальдозар, — тихо проговорил сильф за моей спиной, — действительно сюрприз. На потоке второго курса воздушника как раз и не хватает.
Я на мгновение замерла, переваривая услышанное. Пальцы самопроизвольно сжались в кулаки, и задремавшее было раздражение снова заворочалось в душе. Вот оно, значит, как! Чертов лекарь и тут успел отметиться, в попытке устроить мою жизнь, не спрашивая об этом меня. Ишь заботливый какой! Бумаги в МАРиС привез, чек на платье выписал, абсолютный щит с собственной подпиткой поставить решил… в «СтихБед 2/13» определил! А я то, глупая, думала, с чего это ректор так на выборе специальности настаивает. Оказывается, всему виной один снежный блондин в защитных очках! И это было бы даже приятно, не окажись так обидно. Ведь моим мнением господин «я сам знаю, что для тебя лучше», увы, не поинтересовался.
Жуткий перезвон, похожий на колокольный набат, казалось, звучал отовсюду. И я мысленно порадовалась, что успела сесть за парту, когда раздалось ЭТО.
— МАРиСовский звонок, — сообщил, обернувшись, эльф. — Привыкай.
— Я поняла, — нервно улыбнулась ему.
— Итак, представлюсь! Меня зовут Силарин Кейсар — громко сказал сильф, бросив на стол свиток, в который что‑то только что записал. — Говорю, естественно, для новичков. Впрочем, если кто забыл…
— Забудешь тут, — нервно хихикнул дракон, и, резко повернувшись в его сторону, так что шлейф крыльев, взмыв в воздух, описал дугу, наш преподаватель «ласково» проговорил:
— Рик, к доске! Рок, ассистируешь. Остальные расчищают парты для практической работы.
И оба близнеца, обреченно вздохнув, начали подниматься со своих мест.
— Еще немного информации для вновь прибывших, — не глядя на ребят, продолжил наш учитель. — За группами «СтихБед» закреплены свои аудитории в целях безопасности академии. На общеобразовательные же дисциплины вы будете ходить, как и все студенты, со своим потоком. Но занятия, которые веду я, проходят только здесь. И те, которые веду не я, но они потенциально опасны для окружающих, — тоже здесь. Все, что масштабней небольшой бури, — на тренировочных полигонах. Если будут вопросы, обращайтесь, — и улыбнулся… мне. — Твой цвет белый, ведьмочка, — сказал ласково и гораздо тише добавил: — Наш цвет, — после чего снова развернулся к доске, возле которой уже топтались два понурых дракона. А моя парта в тот же миг начала самопроизвольно перекрашиваться.
Эллис
Черные тараканы в черной — пречерной черепной коробке добросовестно грызли мой мозг. А в переводе на нормальный язык, меня мучили мрачные мысли, облаченные с подачи больной фантазии в весьма странные формы. Не знаю, сколько бы длился этот жуткий сон, но порция холодной воды, вылитая мне в физиономию, сработала лучше любого будильника. Резко распахнув глаза и похлопав мокрыми ресницами, я узрела перед собой черную чешуйчатую голову с раздвоенным языком и голубыми прищуренными глазами, один из которых и подбила. На чистых инстинктах и без применения магии. Просто засветила кулаком в мерцающее око, оказавшееся недопустимо близко от очнувшейся после кошмара меня. И тут же сдавленно пискнула «извините», оценив масштаб содеянного. Ну, или габариты побитой змеюки, которая тоже, видимо, на рефлексах, стиснула меня тугими кольцами, чтоб не размахивала руками, еще и подзатыльник хвостом дала.
— За что? — обиженно буркнула я, глядя на полоза… с подбитым глазом.
— За все хорош — ш-шее, — прошипел змей, разглядывая меня здоровым. А на длинной лиане за его темной фигурой висели два орсиза, один из которых держал в лапках небольшое пустое ведерко, а второй бутылку с йадом, ту самую, в обнимку с которой я улетела в дупло.
Воспоминание накатило внезапно и… споткнулось об отсутствие данных. Сосредоточенно поводив бровями и пошевелив пальцами рук, прижатых к бедрам змеиным телом, я спросила:
— А что, собственно, случилось? Где я и… где друид?
— Съел, — то ли издеваясь, то ли наслаждаясь сытным завтраком, сообщил довольно ухмыляющийся змей.
— Вкусно? — спросила я в чисто исследовательских целях. Друидов животные раньше не жрали, скорее, на других охотились по приказу заклинателей. А тут наоборот. Сомнительно что‑то, ну да ладно.
— Не так вкус — с-сно, как маленькая с — с-сладкая ведьмочка с древней кровью, — прошептали мне, лизнув раздвоенным языком ушко. А вот это уже ближе к правде. Случаи нападения на ведьм в истории нашего королевства значились.
— Много есть — вредно для здоровья, — заявила я, лихорадочно соображая, как вырваться из плена, из которого вырваться нельзя. Даже колдануть невозможно, когда связана по рукам и ногам. Остается одно — заговаривать зубы ползучему людоеду, надеясь, что он не настолько прожорливый, как хочет казаться. Хотя, судя по габаритам, может, и настолько. — Несварение будет…
— Это я уже с — с-слышал. Дальш — ш-е?
— Гастрит, язва, изжога, в конце концов!
— И все?
— Совесть замучает, — не желала сдаваться я. — Нельзя есть юных ведьмочек в самом расцвете лет!
