— Замолчи, — глухо рычит упираясь лбом в мой лоб, — Алина, ты не она.
— Ну да, конечно, — фыркаю и получаю резкий шлепок по попе, — Ай! Ты что…
— Я сказал, молчи. Да. Изначально, меня привлекла именно ваша внешняя схожесть. Но потом…
— Только не говори, что влюбился в меня и всё такое, — нет, я определённо сегодня нарвусь на неприятности, потому как молчать у меня совсем не получается.
— Но потом всё закрутилось совсем в другом ключе. Вся эта история с твоим бывшим. Я во многом был не прав с тобой. Признаю. Но изменить ничего не могу. Как я уже сказал, тебе лишь остаётся принять тот факт, что ты моя жена и это не изменится.
— Извинение так себе, — снова не сдерживаю ехидный комментарий.
— Это не извинение. Да, я поступал не корректно. Но я буду бороться собой, — проводит пальцем по мокрой от слёз щеке.
— Зачем? Какое тебе дело до меня? Какое дело до моей боли? Мсти дальше. Ты же этого хочешь, — а вот я хочу вцепиться в его наглую физиономию и расцарапать её. Марат отпускает меня и воспользовавшись этим, я отхожу на пару шагов назад. Конечно, при желании их легко преодолеть, но…
— Иди умойся, — неожиданно произносит он, — И ложись спать. День, да и вечер выдался тяжелым.
У меня просто челюсть отвисает. Он что, серьёзно?
— Но как же…
— Спать, Алина! – снова этот приказной тон, которой становится последней каплей. Да без проблем! И не хочу больше ничего знать.
— Как прикажете, мой господин, — демонстративно кланяюсь, чуть ли не до пола, — С вашего позволения.
Жду, что Покровский как—то отреагирует, но нет. Он просто смотрит и молчит.
Марат…
Только когда жена покинула мой кабинет, смог выдохнуть. Чёрт возьми, как же мне трудно было сдержаться! Хотелось хорошенечко встряхнуть Алину, припасть к её сладким губам, и закрыться в спальне, на всю ночь. Чтобы доказать, что нужна мне только она. Ведь это правда. Как и то, что говорила девушка. Да, сначала я видел в ней Арину. Довольно часто. Особенно, когда она вела себя так же как бывшая. Разница только в мотивах. Алина действительно хотела сбежать из своих каких-то побуждений, которые считала правильными.
Вот только что делать-то теперь? Я не хотел ломать Алину. Принуждая её к свадьбе изначально, даже подумать не мог, что выплывет столько дерьма. И ведь она ещё не всё знает. А то, как жена воспринимает каждую новость, застаёт меня врасплох.
Подойдя к бару, налил себе ещё. Алкоголь не действовал на меня толком. Так, скорее расслаблял. Откровенный разговор про Алину не оставил меня равнодушным. Я вспоминал всё. Не только плохое, но и хорошее. По крайне мере ту иллюзию, что казалась хорошим. И понял, что в принципе от меня тогда и усилий никаких не требовалось. Бывшая охотно шла на контакт со мной. Учитывая, её расчёт удачно устроиться – это не удивительно. И это главное отличие. Там не приходилось прикладывать усилий. Меня захватила страсть, влюблённость, первые чувства, в конце концов. Или я просто был глуп. Хрен его знает теперь уже. Только сейчас, когда в моей жизни появилась Алина, я начинаю что-то переосмысливать. Вспоминаются и нравоучения сестры, которая предупреждала, про исправление старых ошибок и создание новых. Права была, Анфиса. Новых ошибок я уже наделал. Кто ж знал, что всё так получится?
Девушка может сколько угодно утверждать, что я вижу в ней бывшую жену. Но это не так. Я чётко разделяю их и понимаю, что Алине от меня уже не сбежать. Плевать, как всё началось. Есть настоящее, в котором она нужна мне. Вот только завоевать её будет не просто. Да и по правде говоря, я не знаю как. Не романтик, что ж тут сделать. Привык решать всё деньгами. Пусть чувства к этому уроду у девушки и остыли, хоть и уверен, что не до конца, однако и ко мне она не питает сильно тёплых эмоций. Заслужил. Тоже факт. А сколько мне ещё предстоит ей раскрыть.
Я мог бы соврать ей сейчас, на счёт ребёнка. Возможно, так было бы лучше. Но не правильно. Если уж решился на что-то настоящее, начинать со лжи – не лучший вариант. Именно этому меня научила в своё время Арина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мне лишь оставалось пытаться преподносить правду небольшими дозировками. Твою ж мать, но даже если так, это будет не просто. Каждая слезинка Алины – как ножом режет. Самого хреново становится. И самое поганое, что от меня толку-то особо нет сейчас.
Несколько часов просидел в кабинете, разрабатывая план действий. Нужно показать Алине, что я могу быть другим. Вызвать в ней интерес. С этим вроде как разобрался. Но осталась главная на мой взгляд проблема. Которую я сам же и создал. Внешность. На этот счёт тоже появились кое-какие мысли. И главное, сейчас у меня есть отличный повод взять небольшой отпуск в работе. Проведу время с пользой – налажу контакт с женой.
Поднимался в комнату далеко за полночь. Комнату освещала прикроватная лампа. Тихо, стараясь не разбудить девушку, сел на постель. Снова рыдала в подушку. Провёл пальцами по щеке, а в душе что-то защемило. От нежности. Эта девочка предназначалась мне задолго до того, как я с ней познакомился. И теперь, главное удержать.
Завтра для нас начнётся наша новая жизнь. Для нас обоих. Я смогу убедить Алину в своей искренности. Конечно, принц из меня никудышный. Подстраиваться под сказочный образ я не собираюсь. Но думаю, что именно сейчас, осознав всё окончательно, у меня появится реальный шанс полностью всё изменить и исправить ошибки. Не те, что совершил когда-то и с кем-то. А те, что сделал практически осознанно.
Раздевшись, прилёг рядом, крепко обнимая Алину и чувствуя спокойствие. Да. Вот так правильно.
Глава 20
Алина…
Отрывая глаза, чувствовала чей—то взгляд на себе. И не ошиблась.
Рядом лежал Покровский и внимательно следил за мной.
— Доброе утро, — мягко улыбнулся он.
— Доброе? – переспросила я, закутываясь в одеяло. Хоть я и не была голой, всё равно чувствовала себя неуютно.
— Ты же проснулась. Значит доброе, — констатирует мужчина.
Я сразу вспоминаю вчерашний вечер. Наш разговор про его бывшую. Про Катю и её малыша. Про его подлость.
— Тебе разве не пора на работу? – интересуюсь, желая поскорее избавиться от мужчины.
— Сегодня нет. У меня отгул, — широко улыбается, — А у нас с тобой на сегодня много планов.
Сдерживаю стон недовольства. Опять???
Я прекрасно понимаю, какие планы могут быть у Покровского. Бесполезный шоппинг, и дальше очередной вынос мозга.
— Я приготовил тебе завтра, — откуда ни возьмись, появляется поднос с едой.
— Ты имеешь в виду, принёс?
— Нет. Именно приготовил, — уточняет мужчина, чуть смутившись. И есть повод. А вдруг он решил меня отравить? С осторожностью разглядываю содержимое.
— Это должен был быть омлет, — пояснять Марат, — Но он немного пригорел, — я чуть приподнимаю еду, желая убедиться. Чуть???
— Прости, я попрошу приготовить тебе что—нибудь съедобное, — пытается забрать поднос, но я не позволяю. Хватаюсь за деревяшку.
— Ты сам готовил?
— Да, — кивает. Не могу в это поверить. Хотя повар не сжёг бы завтрак.
— А сам попробуешь? – интересуюсь, уже чисто их интереса. Вдруг, он решил меня отравить? Ну а что? Одна жена погибла, что мешает погибнуть второй? Случайно.
— Конечно! – сразу отзывается Покровский. Хватает вилку, отщипывает кусочек, и запихивает его в рот.
А дальше…Происходит что—то странное. Мужчина медленно жует, нервно сглатывает.
— Знаешь, я лучше принесу тебе что—то другое.
Ну уж нет! Теперь мне становится интересно. Неужели все так плохо?
— Стой! – останавливаю, — Я хочу попробовать.
— Не стоит.
— Стоит!
Вырываю кусочек, и пробую. Глаза Марата расширяются. Сначала я пугаюсь, а затем понимаю причину.
— Алин, чёрт возьми, я не хотел…, — понимает, что больше скрывать не может. Это же есть не возможно! Жутко солёное! Словно чувствуя, протягивает мне стакан с соком, который я жадно осушаю. Уф, вот это завтрак!
