Прежде чем Дарий умер, он совершил свое первое вторжение в Грецию и испытал первые неудачи в своей военной карьере. Его сын Ксеркс объединил все ресурсы своей империи и сконцентрировал все усилия во время своего царствования на том, что получило известность как Персидская война – военное столкновение Греции, расколотой между своими городами-государствами Афинами, Фивами, Спартой и другими, с персидским колоссом. Эта война детально описана греческими авторами. Ксеркс (по-персидски Кхайярша) был библейским Артаксерксом, который «царствовал над ста двадцатью семи областями от Индии и до Ефиопии» (Книга Есфирь 1:1). Согласно Геродоту, «никто своей красотой и статью не был более него достоин такой власти». История гаремного романа, связанного с царицей Астинь, царицей Есфирь, которая заменила ее, ее дядей Мардохеем и Аманом, вугеянином (потомком Агога, амаликитянина), рассказана в Книге Есфирь. Имена еврейских патриархов, участвовавших в этой интриге, восходят к именам вавилонских божеств (Мардука, Иштар) и свидетельствуют о процессе ассимиляции, разрушающем национальную основу тех, кто решил остаться в диаспоре.
Ксеркс продолжил строительство Персеполя, начатое его отцом. На большой равнине, примерно в сорока милях к северо-востоку от Шираза, перед крутой горой, Дарий возвел фундамент из камней, некоторые из которых достигали пятидесяти футов в длину, к которому вела лестница, достаточно широкая, чтобы на ней разместились десять всадников. На этой платформе он выстроил царский дворец и зал со ста колоннами для царских аудиенций. Стены этой лестницы были украшены барельефами, изображающими царскую стражу, состоящую из равного количества персидских и мидийских знатных особ, или «бессмертных». Другие барельефы изображают знатных лиц покоренных народов, которые платят дань царю Персии, или Царю Царей, в день Нового года, когда в пышных празднествах «обновлялось» царство.
В Сузе Ксеркс построил еще один дворец и гарем, а в Накш-и-Рустаме, рядом с Персеполем, вблизи могилы Дария, выбитой в скале, Ксеркс приготовил для себя такую же могилу, которую можно увидеть издалека. Там он и был положен, когда его убили.
Когда Артаксеркс I поднялся на трон, население Дельты подняло восстание под предводительством Инароса. Аха-мениду, родственнику персидского царя, было доверено подавить этот мятеж. При первом столкновении Ахеменид одержал победу, но тогда афиняне приказали флоту из двухсот кораблей, стоявшему на якоре у Кипра, двигаться в Египет на помощь Инаросу. Он поплыл вверх по Дельте к Мемфису, атаковал персидский гарнизон и захватил большую часть города. В 460 г. до н. э. большая армия под командованием Мегабизоса при поддержке трехсот финикийских кораблей атаковала египтян и их греческих союзников, заставив последних отступить к Просопиту, где они в течение восемнадцати месяцев выдерживали осаду. Тогда персы отвели воду из рукава Нила, где стоял (афинский флот, и греки сожгли свой бездействующий флот. После этого осажденные сдались.
Спустя некоторое время Геродот посетил Египет, добравшись на юг до Элефантина; он описал эту страну, которая, по-видимому, хорошо управлялась.
В период царствований Кира, Дария, Ксеркса и Артаксеркса обвинения против евреев, которые «строили мятежный и нечестивый город» Иерусалим, произносились обычно «на сирийском языке» представителями потомков тех колонистов, которые были поселены на землях Самарии Ассурбанипалом (Аснафером у Ездры 4:10) и другими ассирийскими царями. «Город этот издавна восставал против царей»1.
В двадцатый год царствования Артаксеркса Неемия, его виночерпий, попросил царя послать его в Иерусалим, «город, дом гробов отцов моих», пребывающий в запустении, «чтобы я обстроил его». Царь, тронутый «сердечной печалью своего виночерпия», согласился и дал Неемии в сопровождение, всадников для этого опасного путешествия и вручил Неемии письмо к хранителю царских лесов в Ливане, в котором предписывал, чтобы Неемии дали леса для ремонта ворот стены, окружавшей Иерусалим. Они были разбиты и сожжены Навуходоносором сто сорок лет назад.
Прибыв в Иерусалим, Неемия сам осмотрел город и его стены, не спеша объехав его ночью верхом, и наутро поговорил со старейшинами. Они сказали: «Будем строить», Вместе с Елияшивом, великим священником, строившим Овечьи ворота, многочисленные группы строителей разделились по всей окружности стен, где находились разрушенные ворота, и стали работать, в то время как остальные с оружием в руках охраняли их. В течение долгих недель «они не снимали с себя одеяния своего», поскольку Санаваллат, правитель Самарии, и его сподвижники угрожали им: «Что это за дело, которое вы делаете? уже не думаете ли возмутиться против царя?»
• Правление Неемии продлилось двенадцать лет, с двадцатого по.тридцать второй год царствования Артаксеркса I, и все это время его донимали недоброжелатели, среди которых были самаритяне и арабы. Пробыв на троне сорок один год, Артаксеркс умер в 429 г. до н.э., и вскоре его сменил его сын – Ксеркс II, который буквально в течение нескольких недель был смещен Дарием П.
«Варвары пришли и захватили храм»
Культ Амона оставася б Египте господствующим на протяжении всей персидской эпохи. Поскольку Амон (Юпитер) был эквивалентом иранского Мазды (Ахурамазда), персы с достаточной терпимостью относились к сохранению фиванского культа. Жрецы Амона из оазисов использовались также в святилище Кдрнака (Фивы). Поскольку в Египте не существовало местной династии, а персидские цари, которые следовали за Дарием Великим – Ксеркс, Артаксеркс I и Дарий II, – никогда не бывали в Египте, а держали здесь своих сатрапов, власть жрецов Амана, которым было также доверено командование войсками гарнизонов, была весьма весомой.
В одном документе периода двадцать первой династии сказано, что в году первом какого-то царя – он так и назван «Год Первый» (месяц и день обозначены) – было проведено расследование по поводу ограбления могил великих царей восемнадцатой и девятнадцатой династий. Во время слушания, прежде чем комиссия назначила расследование ограбления могил, среди других свидетелей и обвиняемых был допрошен один грузчик по имени Ахотино-фер. Так называемый папирус Мейера А, который ныне хранится в музее Ливерпуля, гласит:
«Он сказал: «Варвары пришли и захватили Храм, пока я занимался ослами, принадлежащими моему отцу. Пехети, варвар, схватил меня и отвел меня в И-пип. Это случилось через шесть месяцев после того, как Аменхотеп,которому назначено было быть Верховным Жрецом Амона, был изгнан». Свидетель сообщил, что ему было позволено вернуться домой только «через девять месяцев после изгнания Аменхотепа, которому назначено было быть Верховным Жреиом Амона»1.
Это единственное из известных упоминаний о смещении верховного жреца Аменхотепа. От того времени, как он приступил к обязанностям, сначала как Третий пророк, потом – как Второй, и наконец – как Первый пророк, сохранилось несколько надписей. На одном из барельефов изображается, как он подносит цветы царю Неферкере-сечпенре, которого современные историки определяют как Рамзеса IX. Поскольку на этом барельефе размеры фигуры жреца и царя одинаковые – ситуация, прежде неизвестная египетскому искусству, – было высказано предположение, что Аменхотеп соперничал с царским домом в вопросах власти, что стало причиной его падения1. Довольно обширная литература, посвященная падению Аменхотепа, исследует лишь причины, которые к нему привели.
Однако очевидная связь между захватом храма (храма Амона в Карнаке) «варварами» и изгнанием, или отставкой, верховного жреца обнаруживается в свидетельских показаниях Ахотинофера.
Захват храма был произведен варварами, «которые, по-видимому, были организованы в той мере, что имели «Ьгучт-рсК» (войсковых капитанов)»2. Эти варвары не были ни арабами, ни ливийцами: эти соседи египтян обычно назывались «обитателями шатров». Не были они и эфиопами, южными соседями, которые никогда не назывались «варварами».
Общепринятая хронологическая схема, согласно которой двадцать первая династия царствовала в Египте, когда Саул, Давид и Соломон царствовали в Израиле, требует разъяснения того, кем были эти «варвары». Если их не называли так, как обычно называли ливийцев, эфиопов или арабов, можно ли сделать вывод, что они были израильтянами? Такой вывод сделан не был, и это правильно. Если бы Давид или Соломон овладели Египтом, это не могло бы остаться без упоминания в Библии.
Но при этом сложившаяся схема египетской истории не знает о каком-либо чужеземном вторжении и оккупации Египта в одиннадцатом веке, в конце двадцатой или в период двадцать первой династии. Однако современный документ говорит о варварах, ведущих себя как победители.
