его зрение острее, увидел бы он, как за много ли отсюда дерзкие зеленые глаза смотрят на северо-восток.
Надеясь, что феникс доставил послание адресату.
— Я, может, и мог бы уступить тебе трон, Веймин, — так же вслух сказал Дан, — Ты, конечно, упертый болван, но я тоже не настолько гений, чтобы быть идеальным королем. Однако эту женщину я тебе не отдам.
«Эту женщину я тебе не отдам»
Почему-то эти слова отозвались во всем его теле. Как будто сама реальность дрогнула — и встала на свое место. Дану казалось, что за его спиной выросли крылья.
Хотя обернувшись, он их, разумеется, не обнаружил.
Теперь Даниил знал, какова его дальнейшая цель, — осталось определиться с шагами по её достижению. Он не собирался мириться с решением короля. Пусть его желание было эгоистичным, — это было ЕГО желание.
Итак, празднество состоится на девятый день сезона Белой Росы. Сейчас тринадцатый день сезона Прекращения Жары, значит, у него одиннадцать дней. Из них дней пять уйдет на дорогу, и это если ехать напрямую из Хуфенга в Фенгон, что... Даниил покосился на изгвазданное болотной тиной монашеское одеяние. Не самый подходящий образ для появления в высшем свете.
Так что хотя бы неделю на дорогу нужно отвести. Стоит также навестить монастырь Благосклонной Луны: пообщаться с настоятельницей, убедиться, что у монахини Ахлам не будет проблем из-за него... и кое-о чем договориться.
План потихоньку приобретал конкретные черты. Дан знал, что делать, знал, чего он добьется, если все пройдет как задумано, — и где нужно подстраховаться, чтобы избежать трагической развязки. Оставалось самое сложное. Эпический подвиг, который во все времена вызывал трепет у мужчины, собирающегося посетить праздник любимой женщины.
Выбор подарка.
О, Фен Сюин была из тех девушек, кого мужчины задаривают драгоценностями чуть ли не инстинктивно. Настолько естественным это казалось, настолько самоочевидным, настолько соответствующим её природе...
...что даже самое роскошное украшение во всем королевстве не сделало бы этот день особенным. Не выделило бы его, — и не обратило бы её внимание на мужчину, что подарил бы его. Это было бы просто очередное украшение.
Гости могли состязаться в том, какие суммы потратили бы на подарок, но это была бы лишь простая математика.
Размышляя над этой загадкой, Даниил вспоминал. Вспоминал все, что видел и слышал в последние дни, во время своей охоты за демоном, до и после неё. Вспоминал, о чем говорила Сюин, что было для неё важно, — и что терзало её, даже если сама она в том не признавалась.
И чем больше он вспоминал, тем больше понимал, что знает, что делать.
Он улыбнулся, — но нехорошая это была усмешка. Мысленно спал очередной моральный барьер. Очередной пласт лживого налета цивилизации.
Очередная маска.
Интересно, если сорвать с человека все маски, что получится? Его истинная природа или голый череп?
Дан услышал приближающиеся голоса: слуги дворца Хуфенг ругались между собой. Кто-то увидел огненную птицу и отправил их проверить, но первым идти никому не хотелось. Юноша поспешил скрыться с главной башни: попадаться им на глаза и отвечать на вопросы ему совсем не хотелось.
Спустившись с башни, Даниил направился во внутренний двор. Первым делом... ему нужно было найти подходящий камень.
Самый обыкновенный камень.
Пиршественный зал дворца Фенгон отличался от остальных обилием света, простором, какой-то легкостью и воздушностью. Разделенный ажурными ширмами и освещенный бумажными фонарями нежно-лилового цвета, он совершенно не давил на посетителей, как это было свойственно дворцам кланов Цзао, Хоу или Лунь.
Несмотря на это, Веймин кожей чувствовал царившее здесь напряжение. Даже ему было немного неуютно от чего-то неуловимого в атмосфере этого праздника. О, разумеется, Фен Цзиньхуа была безупречна, как всегда. Ни словом, ни жестом, ни интонацией не выдавала она обуревающих её чувств. Но каким-то неуловимым чутьем за гранью рационального Веймин понимал. Она помнит все.
Сам он встречал её взгляд со спокойной, расслабленной уверенностью. Поединок с Фен Хэем был честным. Он, Веймин, не считал себя убийцей.
На войне всегда кто-то побеждает, а кто-то проигрывает.
А вот на Фен Роу, младшую сестру главы, он все-таки старался не смотреть. О, в ее взгляде как раз не было даже скрытой враждебности. Взгляд ее был чистым и незамутненным, а улыбка искренней и светлой.
Ведь с тех страшных событий восемнадцатилетней давности она жила где-то в своем собственном мире. Более спокойном, милосердном и безопасном, чем реальный.
Три женщины клана Фен — Цзиньхуа, Сюин и Роу, — сидели на небольшом возвышении, перед которым останавливался каждый из гостей церемонии. Затем вассалы клана Фен отходили в правую часть зала, а представители других Великих Кланов — в левую. Слуги ожидали позади возвышения, готовые исполнить любой приказ своих хозяек.
Главный слуга в красном халате дирижировал церемонией, объявлял гостей и тихонько направлял их, не допуская того, чтобы кому-то из приглашенных приходилось ждать. По традиции представители купечества и младших кланов подходили к возвышению первыми, и к моменту, когда начали приглашать высшую знать, у ног главы клана собралась небольшая горка подарков для именинницы.
— Его Высочество Шэнь Веймин из клана Шэнь, заклинатель девятого ранга и первый принц нашего королевства!
Веймин не ожидал, что его призовут так рано: негласные правила требовали объявить его одним из последних. Однако он не замешкался.
Он никогда не мешкал.
Твердым, решительным шагом подойдя к возвышению, первый принц почтительно поклонился главе клана. Затем — имениннице.
— Я поздравляю вас от своего имени — и от имени всей королевской семьи, — начал он, — Уверяю вас, что несмотря на всю тяжелую историю наших кланов, день, когда в мир пришла наследница Фен, наполняет наши сердца счастьем.
Цзиньхуа сохранила невозмутимость. Лицо Сюин же лишь на секунду дрогнуло, прежде чем она улыбнулась в ответ:
— Я благодарна вам за ваши теплые слова, Ваше Высочество. И уверяю вас, что клан Фен желает лишь перевернуть позорные страницы и жить дальше, как верные подданные Его Величества.
Веймин кивнул:
— Здесь наши желания совпадают. Его Величество признает многочисленные достоинства прекрасной Сюин — и высоко ценит их. И я тоже. И в доказательство тому я дарю вам этот драгоценный нефрит.
По его сигналу слуга за его плечом отворил шкатулку, демонстрируя собравшимся прекрасное ожерелье из голубого нефрита. Веймин указал было передать шкатулку слуге клана Фен, который положил бы её у ног главы, но Сюин сказала:
