- Поступим следующим образом: я подойду к ним и заговорю. Тем временем ты и Мира пробежите к выходу и будете ждать в карете. Я объяснюсь с Херефордшир, и мы поедем домой.
Мадлен согласно кивнула, они оказались в дверях зала. Найдя Хопкинсов среди толпы, Мадлен указала на них Джеку. Глазами она нашла Миранду, угрюмо сидящую у стены, и забрала ее. Мадлен мысленно молилась, чтобы эти двое не обернулись в ненужный момент. Быстро прошмыгнув мимо спин Хопкинсов, девушки покинули дом. Они отыскали свою карету и сели в нее.
В темноте Мадлен безотрывно смотрела в окно, ожидая, когда Джек появится на горизонте. Миранда скрестила руки вместе, надменно уставившись в пол.
- Как он мог мне солгать, что приехал домой из-за меня? - вырвалось у нее. - Тогда как его просто комиссовали. Он даже не рассказал мне истинную причину своего возвращения, заставляя думать, будто беспокоиться за мое будущее.
Мадлен метнула в нее взгляд и вернулась к караулу у окна.
- Он действительно беспокоится, Мира. Не думаю, что его милость остановило бы комиссование.
- Что ты имеешь в виду? - Она с подозрением покосилась на нее.
- Его милость даже комиссованным не покинул бы ряды британской армии, не будь у него на то более важная причина. Если бы он захотел, то остался бы долечиваться там же, не возвращаясь домой. - Смолчав, Мадлен добавила: - Я думаю, что на самом деле, не будь твоя подготовка к сезону и ты для него так важны, его милости бы здесь не было.
Миранда не сказала ни слова, предавшись раздумьям в темной тишине. Мадлен была почти уверена, что до нее дошли ее слова. Она простит Джека, Мадлен не сомневалась. Миранда, конечно, вспыльчивая, но на счастье отходчивая. Когда знакомая тень вышла из дверей особняка, сердце Мадлен радостно всплеснулось. Они тронулись домой.
- И как ты работала на них? - не сдержал возмущения он. - Одни их лица говорили уже о многом. Эта женщина законченная брюзга, которая вымещает все свое недовольство на мужа.
- Вы узнали это из одной беседы? - изумилась Мадлен.
Джек ответил:
- Это можно без труда определить со стороны. Хватит и пяти минут наблюдения за ними, чтобы выяснить, что эти люди из себя представляют. Презрительный взгляд миссис Хопкинс, ее общение с мужем, их интонация и то, как они берутся за руки - все считывается и фиксируется. Обычно, этим занимаются дипломаты, они очень проницательны.
Миранда ехидно выкинула:
- Жаль, что ты всего лишь капитан.
Джек не отреагировал на язвительную колкость, лишь тихо выдохнул и, поставив локоть на открытое окно, приложил пальцы к виску. Язык Мадлен тянуло извиниться за Миранду. Она по кусочкам склеивала сочувствие к нему за ссору с сестрой, которая судила его не совсем объективно в силу испытываемой злости за ложь. Ведь Мадлен-то знала, что Джек собирался просветить Миранду, но просто не успел.
«А собирался ли он просветить ее о своей содержанке?»
Это уже было неважно, Джек не обязан ей ничего объяснять потому, что они не могли быть вместе. Именно поэтому Джек имел полное право жениться или проводить ночи с той, с которой хотел. Мадлен не претендовала на его безымянный палец и сердце, как бы больно ей от этого не было. Ее никто не принуждал влюбляться в Джека, а он не давал ей никаких обещаний.
Они приехали домой. Выходя из экипажа, Мадлен приняла руку Джека, в отличие от Миранды. Как странно: несколько часов назад они уезжали отсюда в точности наоборот, когда Мадлен отвергла предложенную помощь, а Миранда - нет. В холле их встретила Марша с застывшей тревогой на лице.
Джек натянул усталую улыбку и спросил:
- Ну что теперь?
Марша переминала подол платья.
- Кевин заболел.
- Что? - Мадлен всколыхнулась в испуге.
- Он плохо себя чувствовал вечером, я уложила его в постель. У него жар, и он весь бледный…
Этого хватило Мадлен, чтобы сорваться с места и побежать в детскую комнату. Она бежала так быстро, как могла. По дороге она скинула ненавистные туфли, которые здорово натерли ей ноги. Мадлен ворвалась в комнату и присела на колени у кровати спящего Кевина. На нее снова накатывала дрожь, а руки мгновенно похолодели. Мадлен прильнула губами ко лбу мальчика - горячий. Она пощупала его пульс, и он был учащенным. Мадлен заметила отбрасываемые на стене тени в дверном проходе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Как он? - спросила Миранда. Она поставила свечу на прикроватный столик.
- Слабый, похоже на простуду. Я надеюсь.
- Надеешься? Надо сейчас же вызвать врача. - Миранда положила руку на ее плечо.
- Ты не найдешь сейчас врача в городе: слишком поздно, - сказал твердым голосом Джек и оперся о косяк двери. - Придется ждать до утра.
Миранда вспылила:
- Как это до утра? А если это не простуда, а… Вдруг он…
Мадлен тяжело сглотнула, держа за руку изможденного мальчика. Ее сильно трясло, в груди закрался страх. Нет, с Кевином все будет в порядке!
Мадлен попыталась успокоиться, задав резким голосом вопрос:
- Где Марша?
Экономка выглянула из коридора в комнату.
- Я тут, мисс Берк.
Мадлен повернулась лицом ко всем.
- Мне нужны теплые одеяла.
- Хорошо, мисс.
- Мира, найди на кухне ромашку или шалфей, сделай отвар.
- Как ты тогда мне делала? Конечно, скоро будет готово. - Миранда умчалась, слегка задев брата в проходе.
Джек стоял в позе, будто ожидал, что и на его долю выпадет задание. Не дождавшись от Мадлен приказания, он присел к ней рядом.
- Ты решила обделить меня, оставив без дела? Я хотел бы тоже внести лепту. - Уголки его губ растянулись в ободряющей улыбке.
Мадлен повернула к нему голову, судорожно сказав:
- Все, что мне требовалось, уже делается, но ты можешь принести мед и ложечку.
Когда Джек вышел, в дверях появилась Марша с грудой одеял. Мадлен брала поочередно одно, затем второе, накрывая и утыкивая Кевина.
- Этого достаточно, Марша. Думаю, остальные не понадобятся. Спасибо.
Марша сомнительно поглядела на нее.
- Вы что, раньше были доктором или целительницей? Зачем вы обложили его одеялами? У него итак жар.
Мадлен негромко хмыкнула.
- Нет, я не была ни тем, ни другим. Но я знаю, что он должен хорошенько пропотеть, чтобы хворь вышла из него вместе с потом.
Ее все еще трясло. На лбу выступили соленые капли, а сердце колотилось так, словно пыталось выбиться наружу.
Позже Джек вернулся с баночкой меда и ложкой, Мадлен разбудила Кевина.
- Мадлен? - слабым голоском произнес он, рассеянно оглядывая всех.
Она постаралась унять вибрацию в голосе:
- Кевин, я сейчас тебе дам три ложечки меда, которые ты должен съесть, чтобы тебе стало легче. Хорошо?
Кевин согласно качнул головой. Мадлен дала ему обещанную порцию меда, и мальчик отвернулся, давая понять, что хочет спать. Но они не отходили от него. Время было позднее, а Мадлен и Джек продолжали сидеть у его постели.
Джек, обратился к Марше:
- Ты можешь идти.
Экономка ушла с такой поспешностью и благодарностью, будто боялась, что он передумает.
Джек, глядя на Мадлен, взял ее руку в свою.
- У тебя руки ледяные, ты вся дрожишь. Что с тобой?
Мадлен глубоко вздохнула и не спускала глаз с мальчика.
- Моя мама умерла от оспы, и я была с ней, когда это произошло.
Джек слушал и одновременно согревал ее ладонь в своих руках, периодически пуская теплое дыхание.
Мадлен продолжала:
- Каждый день я надеялась, что она выздоровеет. Я так молилась, так просила Бога не забирать ее. - Она запрокинула голову, чтобы не побежали слезы. - Благодаря маме я знаю, какие травы помогают и от чего, знаю, что нужно делать с больным, когда ему плохо. Не всегда, конечно, но если это простуда, то я смогу вылечить Кевина.
- Твоя мама скончалась при мольбе о ее выздоровлении, и при этом ты все еще веришь в Него?
Мадлен пристально посмотрела на него, с твердостью заявив:
- Да, верю. Не все случается так, как мы хотим, Джек. Некоторым вещам просто суждено произойти. Зато теперь моя мама не страдает здесь от болезни, там ей хорошо и легко.
