Мужчина не торопился отвечать. Похоже было, что он удивлен гораздо меньше.
Келли пятилась назад, пока не ударилась спиной о перила лестницы.
– Осторожнее, малышка, не убейся, – лениво проговорил мужчина.
Келли заметно вздрогнула.
– Что ты тут делаешь? – повторила она громче. – Что они все тут делают?
В этот момент в холл мимо мужчины прошла девушка с короткими, стриженными под мальчика волосами. Не обращая ни малейшего внимания на Келли, она направилась к кухне. Через открытую дверь Келли слышала, как она гремит чем-то в холодильнике.
– Спрашиваешь, что мы тут делаем? – ухмыльнулся мужчина в черном. – Неужели непонятно? То же, что и ты. Пришли в гости.
– Слушайте, кто-нибудь захватил коньяк? – донесся до Келли с улицы женский визг. – Или вонючий дурацкий джин – это все, что вы купили? Вы забыли? Я не пью джин! Я не пью джин!
Рыжеволосый сложил ладони у рта и выкрикнул.
– У Эда в баре полно коньяка, Джоан! Иди и посмотри сама!
Через секунду в холл влетела девушка в купальном костюме. Она окинула Келли небрежным взглядом, дернула плечиком и побежала к бару. Когда она шла обратно с двумя бутылками, мужчина бесцеремонно хлопнул ее по обнаженному бедру.
– Устраивай там все, крошка. Лайза на кухне, пусть ей кто-нибудь поможет.
Девица хохотнула и на секунду прижалась к мужчине всем телом. Келли передернуло от отвращения.
– Убирайтесь отсюда! – выкрикнула она. – Вы не имеете права здесь находиться, это частное владение! Я вызову полицию!
Девица изумленно оглянулась на нее, покрутила пальцем у виска и вышла на улицу, где появление коньяка было встречено радостным улюлюканьем.
– Почему это мы не можем здесь находиться? – спросил мужчина. – Это дом нашего дорогого друга Эда. Он всегда рад нас видеть.
Келли внезапно стало тяжело дышать.
– Вашего друга Эда? – повторила она. – Ты знаком с Эдуардом Фултоном?
– Ага. – На губах мужчины вновь появилась глумливая усмешка. – Не так близко, как ты, милочка, но достаточно хорошо.
Намек был более чем прозрачен. Келли побагровела.
– А кстати, где он сам? – небрежно продолжал мужчина. – Никак не придет в себя после ночи любви?
– Тебя это не касается!
– Черт, да перестань ты так орать, – поморщился мужчина. – У меня уже уши заболели от твоего голоса. Раньше ты была потише.
– Я очень изменилась!
– Я вижу.
Он цинично оглядел ее с головы до ног. Келли поежилась.
– Ты стала намного симпатичнее. Даже лучше, чем в этой дурацкой рекламе. И халат Эда тебе идет…
– В какой рекламе?
– Что значит, в какой рекламе? У тебя сотня рекламных роликов? В этой… как ее там… «Суперняне». Я чуть со стула не упал, когда увидел тебя. Келли Хиггинс. Ничего поинтереснее не смогла придумать?
– Да, мне нужно было назваться О’Коннор, – огрызнулась Келли.
– А что, у этой фамилии есть достоинство.
– Жаль, что у тех, кто ее носит, достоинства нет!
Мужчина прищурился. От улыбки на его лице не осталось и следа.
– Какие мы язвительные стали… Не слишком ли много берешь на себя, дорогая Аврора?
Келли до крови прикусила нижнюю губу. Как давно ее никто не называл Авророй… С того самого дня, когда она убежала из дома, спасаясь от бесстыдного фарса, который ее родственники именовали «свадьбой»… Спасаясь от предательства человека, которого когда-то любила, того самого человека, который сейчас возник перед ней как призрак прошлой жизни…
Спасаясь от Билли О’Коннора.
– Я не желаю с тобой разговаривать, – выдавила из себя Келли.
– Господи, да кому надо разговаривать с тобой… – Билли картинно зевнул и сел на диванчик, вытянув длинные ноги. – У меня другие планы. Я всего лишь хочу увидеть друга и поздравить его с победой.
Дурное предчувствие сжало сердце Келли.
– Я, если честно, не думал, что у него получится, – рассуждал Билли как бы сам с собой, но краем глаза посматривая на девушку. – Я же помню, какой ты была. Закомплексованная католичка-зануда, к которой и не знаешь, с какой стороны подойти. Не девчонка, а кусок камня. Но Эд… черт, вот это парень!
Билли тряхнул волосами и рассмеялся.
– Сказал, что трахнет тебя, и трахнул. Супер, правда?
Все закружилось у Келли перед глазами. Если бы не перила, за которые она схватилась, она бы обязательно упала.
– Что, не ожидала такого? – усмехнулся Билли. – Думала, у вас тут любовь-морковь? Что он тебе наплел, интересно, чтобы уложить в постель за… сколько вы знакомы? Сутки? Это еще пустяки. Обычно ему хватает пары часов.
Келли подумала, что самое время проснуться, если она спит. Проснуться и увидеть рядом Эда, который обнимет и скажет, что это всего лишь плохой сон и что он никому не позволит причинить ей боль…
Но резкий издевательский смех Билли доказывал обратное. Что она не спит, что Эда рядом нет и что самая страшная боль еще впереди.
В любом случае она должна быть сильной. Билли прав. Она изменилась. И больше не рыдает из-за пустяков!
– Мои отношения с Эдом тебя не касаются, – процедила Келли. – Если тебе интересно, спрашивай у него. Раз уж вы такие друзья…
Ее холодность ничуть не смутила Билли.
– А зачем мне его спрашивать? Его версию я и так знаю. Я ее сам придумал. Мы с ним пари заключили после того, как я увидел тебя в этой рекламке с сопливыми малышами. Вот, говорю, Эдди, девица тебе не по зубам. Очень принципиальная. А он сказал, что таких не бывает и перед силой его нечеловеческого обаяния не устоять ни одной. Мы и поспорили. Судя по халату, который на тебе надет, победил Эд. Все очень просто, моя прелесть.
Несмотря на решение быть сильной, Келли чувствовала, что слезы подступают к горлу. Эд не мог так с ней поступить… Это все ложь, наглое вранье. От Билли можно ожидать чего угодно…
Келли было очень тяжело. Зарыдать бы во весь голос, хлопнуться на диванчик, уткнуться носом в проклятый зеленый халат… Но она не доставит Билли удовольствия полюбоваться ее горем.
Келли заставила себя улыбнуться.
– Понятно, – сказала она как можно более равнодушно. – А я-то гадала, с какой стати Фултон распинается мне в любви. Подумала уже, что он сошел с ума…
По глазам бывшего жениха Келли поняла, что выбрала верный тон. Билли больше всего на свете хочет увидеть ее униженной? Отлично, она испортит ему игру. Пусть думает, что для нее Эд Фултон – не больше чем маленький эпизод в бурной жизни.
– Нет-нет, он не сошел с ума. Это фирменный прием Эда, сразу говорить о любви. Девочки так и тают. Но я сомневался, что с тобой это сработает.
Он не говорил мне о любви, промелькнуло в голове Келли. Он ни слова не сказал о любви.
– В любом случае я должен Эду бутылку виски, – продолжал Билли. – Но я этому рад. Не хотел выигрывать. Хотел немножечко отомстить.
