– Как бы вам ни казалось занимательным то, что будет говорить священник, делайте вид, что вам это уже все надоело, и вы уже слышали все это много раз.
– Тебе легко говорить, – огрызнулась Велса. Страх перед землянином, вызванный недавним происшествием, сейчас немного поутих, но на него все равно посматривали с опаской. – А я не умею притворяться.
– А ты представь, что на месте священника находится Алур и рассказывает об устройстве плазменного фазогенератора.
Подобное предложение вызвало общие улыбки, а Алур надулся.
– Значит, я рассказывать не умею? – вскинулся он. – Рассказываю скучно, да?
– Всем тихо. – Виктор еще раз проверил свою одежду и двинулся на выход.
В коридоре их уже ждал Лукор. Едва выйдя из трактира, Виктор повернулся к Рупу:
– Присмотри за ребятами, а я хочу кое-что спросить у Лукора. – Виктор тогда опасался, что Руп будет против того, что бы этот человек присоединился к ним, но тот, вопреки опасениям землянина, напротив, был этому очень рад, посчитав, что тот сможет им сильно помочь. С этим Виктор был согласен. Он, правда, не стал рассказывать о шантаже и о том, что у него, по сути, не было никакого выхода.
Сейчас он быстро догнал Лукора, взял его под руку и быстро двинулся вперед, опережая остальных.
– У меня к вам один вопрос. Если я объявлю эту деревню своей, соберу ополчение, но проиграю этому Гийому… что будет с этим ополчением?
– Скорее всего, всех их просто повесят. А может и не всех, Гийом не дурак и разбрасываться людьми не будет.
– Повесит?
– Конечно. А вы как думали? Они же нарушили клятву верности, когда присоединились к вам.
– Даже если присоединились под угрозой?
– Не думаю, что это кого-нибудь заинтересует. К тому же, если он никого не накажет, то это может плохо кончиться для него же. Ведь если появится еще один фэтр и заявит свои права, то крестьяне пойдут за ним гораздо охотнее, зная, что в любом случае им ничего не будет.
– Идиотский мир, идиотская планета, – со злостью пробурчал Виктор, но так, что бы Лукор его не услышал.
Даже из того, что тот ему наговорил, Виктор сделал кое-какие выводы. В частности те, что здесь напрочь отсутствовали вассальные клятвы. Вернее они были, но только у крестьян, мастеров, чиновников, которые те произносили, клянясь в верности фэтру. Между фэтрами же никаких уз не было. Между собой они были равны и никто не подчинялся никому. Малейший намек на подчинение расценивался ими как оскорбление. Теперь понятно, почему говорили, что два фэтра никогда не могут путешествовать вместе, не поубивав друг друга в конце концов. Теоретически они все были настолько равны, что могли делать все, что угодно и подчинялись только силе. Поэтому и была такая чехарда с владениями. У кого-то был большой отряд и он захватывал больше земли, чтобы получить больше денег на содержание своего отряда и лучше защитить свои владения.
На средневековой Земле у дворян была выстроена стройная система вассальной зависимости. Герцоги присягали на верность королю, герцогам, в свою очередь, присягали графы или кто там шли ниже. И так доходило до рыцарей, самого низа. Таким образом, в руках короля сосредотачивалась вся власть в стране, пусть и чисто номинальная. Но когда короли стали объединять свои земли, то они опирались именно на эту систему. Никакой герцог не мог начать объединение, поскольку все тут же ополчались на него. Как, герцог и претендует на корону в обход законного монарха? Короли занимали высшее положение, сначала чисто номинально сосредотачивая в руках всю власть через вассалов. Но постепенно их власть стала далеко не номинальной и превратилась в абсолютную монархию.
Здесь ничего подобного не было. Над фэтрами никто не стоял. Любая попытка одного из них попытаться объединить множество земель наталкивалась на яростное сопротивление остальных, резонно задававших вопрос: «А кто он вообще такой, чтобы пытаться подчинить наши земли и заставить меня служить ему? Я такой же фэтр, что и он, только умнее и лучше понимающий, что народу нужно». Последнее не всегда было верным, но все обязательно так думали, считая себя умнее, хитрее и просто талантливее остальных. И теперь Виктор, даже не задавая вопросов, мог сказать, что здесь нет ни одного крупного объединения. Все владения фэтров наверняка были настолько малы, что самое крупное из них можно пешком обойти дня за три. Лукор, которому Виктор все же задал этот вопрос, полностью подтвердил догадку, сообщив, что у самого могущественного фэтра было не больше десяти деревень в подчинении.
– А города? Кому они подчиняются?
– Города? – Лукор ненадолго задумался. – Они тоже подчиняются фэтрам. Это самый лакомый кусочек, но их не так то легко захватить. Все города имеют укрепления. Но дело тут в том, что и власть над городом удержать гораздо труднее, чем над деревнями. Если горожанам фэтр не понравится, то они просто выкинут его из города и никакая охрана не поможет – горожан больше, а на его место пригласят другого фэтра, который горожанам еще и поможет. Удержать город от падения невозможно, если этого не желают сами горожане.
– Бардак, – прокомментировал Виктор.
– Верно. Поэтому все и ждут появления Императора, который прекратит свары фэтров и объединит всю планету.
– Вы считаете, что на всей планете такой же бардак?
Лукор удивленно посмотрел на Виктора.
– Конечно. Фэтры правят везде.
Виктор оставил это заявления без комментариев, тем более что они уже подошли к церкви, куда подходили люди со всей деревне. Перед ними боязливо расступались, пропуская вперед. В церкви, похожей внутри на протестантский храм, на возвышении находилась кафедра, а перед ней стояли скамейки, на которых должны сидеть прихожане. Никаких икон не было. Только перед алтарем стоял большой меч. Виктор быстро определил, что он такой же настоящий, как та шпага на поясе Рупа. Не зная, что делать, все сгрудились в кучу.
– Вон та первая скамейка для вас, – сообщил Лукор Виктору и Рупу. – Видите, на нее никто не осмеливается сесть. Все уже знают, что в городе два фэтра.
– Замечательно, – шагнул вперед Алур, но Лукор побледнел и ухватил того за руку. – Куда вперед фэтра?! Ваше место вон там, среди крестьян. – Лукор кивнул назад, где собирались люди, которым не хватило сидячих мест. Хотя деревня и была невелика, но мест в церкви было все же меньше, чем людей. Тем более что первую скамейку целиком выделили двум фэтрам.
Алур надулся.
– Это почему еще…, – но наткнулся на хмурый взгляд солдата и замолчал.
– А где ваше место? – спросил Руп.
– Там, где вы укажете. Но вообще-то, несколько солдат, как телохранители всегда находятся рядом с фэтром. А поскольку я один, то мое место рядом с вами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
