Куда движется мировая экономика – постиндустриальный XXI век
«Промышленная революция не имеет перспектив. Не верьте в перспективность этих машин. Они полезны лишь там, где помогают основе экономики – сельскому хозяйству».
Великие умы XIX века делали заявления, подобные приведенному. Логика их была достаточно очевидна – без продуктов питания мы прожить не можем, а без машин и двигателей внутреннего сгорания – вполне.
Но они ошибались. В XX веке «развитая страна» и «промышленно развитая страна» стали синонимами. Аграрные страны не могли соревноваться с промышленными. Появлялись всё новые и новые продукты производства, формирующие основу жизни человека, те, без которых жизнь перестала казаться комфортной.
Прошло ещё время. И теперь говорят о постиндустриальном обществе, когда всё большую значимость приобретает сфера высокоинтеллектуальных услуг – средства связи, общения, самовыражения, экономии времени, удовлетворения интересов, нахождения единомышленников. Многие из этих услуг не имеют материального «выразителя», который можно подержать в руках и на котором можно поставить штамп «Made in China». Многие существуют как ресурс в интернете. Родившиеся и выросшие в век расцвета промышленности люди не готовы принять, что эти «бестелесные» продукты обладают реальной стоимостью. «Это всё временно, это пройдёт, это ерунда, это пузырь», – твердят они. Без «скайпа» и «гугла» мы проживём, без машин и продуктов питания – нет. Прошло два столетия, а аргумент всё тот же. Просто экономика «двинулась» к удовлетворению другого вида бесконечных, быть может, человеческих потребностей. Индивидуальность, принадлежность к социальной группе, скорость коммуникации, возможность взаимодействовать со всем миром. Эти потребности удовлетворяет современная экономика через бренды, социальные сети, поисковые системы и другие инструменты. С промышленностью происходит то же, что и с сельским хозяйством. Нет, она не падает и не деградирует, просто её доля в мировой экономике уменьшается в силу тектонических сдвигов постиндустриального мира.
Попробуем показать на примере. Возьмём магазин прошлого. В нём продаются полезные продукты. Кто их мог купить? Вначале тот, кто живёт рядом, затем с развитием автомобилей – тот, кто мог за ними приехать. А потом появился интернет. И теперь клиентами магазина может быть гораздо больше людей. Вы находите утюг в Днепропетровске, и на следующий день получаете его во Львове. Это, с одной стороны, расширяет возможности, с другой – выводит на первый план совершенно иные инструменты. Вместо материальной вывески в конкретном месте вам нужна вывеска, которую можно увидеть в любой точке. И такой вывеской становится ваш сайт, а Google тем необходимым инструментом, без которого вашу вывеску не смогут найти.
Годовой объём продаж Google составляет 65 миллиардов долларов в 2014 году. Рекордный сбор зерновых в Украине – 65 миллионов тонн (в эквиваленте – 17–18 миллиардов долларов). Сельское хозяйство в Украине может существенно вырасти, но оно не достигнет таких цифр, какие одна компания Google уже имеет.
Другой пример – компания Apple. Свои знаменитые телефоны IPhone она производит на Тайване. Но главное теперь – не завод, на котором происходит сборка, главное – бренд, привязанность, статус, качество, дизайн. А физически собрать это можно и в другой стране. Раньше такого не было, раньше продукт, в основном, от начала до конца производился в одной стране, теперь всё поменялось. Вы можете создать такой же продукт технически, но если люди не верят вашему бренду, если они не любят его, не доверяют, то успеха не будет. Иррациональная человеческая природа наделяет ценностью такие же иррациональные характеристики.
«Всё производят в Китае, в США ничего», – говорят скептики. Но особенность в том, что в США производят нематериальные вещи – идеи, дизайн, бренды, эмоции. А если этот нематериальный продукт нужно «посадить» в материальное тело, то действительно часто это произойдёт в Китае. Материальный символ «Made in…» существенно обесценился в нашем новом удивительном постиндустриальном мире.
Важно ли его понимать? Безусловно! Этот мир настолько непредсказуем, в нём так быстро происходят изменения, что коснутся они практически каждого. Мы ежегодно будем открывать для себя абсолютно новые профессии. Старые же будут трансформироваться и отмирать. Высокотехнологичный продукт «мобильная связь» был недоступен большинству в начале девяностых, получил распространение в конце девяностых – начале двухтысячных, к концу двухтысячных практически вытеснил стандартную стационарную связь, а теперь рискует оказаться ненужным, ведь при повсеместном проникновении интернета станет возможным коммуницировать без мобильной связи при помощи мобильных устройств. Никогда раньше путь от начала технологии к её закату не был столь скор.
Одна из ошибок восприятия постиндустриальной эры – в том, что мы рассматриваем экономику только под одним углом, делим её на сферы – промышленность, сельское хозяйство, услуги. Давайте выберем другой угол зрения.
Рассмотрим экономику сквозь призму потребностей человека. Например, человек хочет сэкономить время. Транспорт, который выпускается промышленностью, – это способ потратить меньше времени на дорогу. Но Skype, видеоконференция или мобильная связь способны заменить личную встречу и сэкономить ещё больше времени. Что с того, что один объект имеет материальную форму, а другой нет, если они оба удовлетворяют одну потребность? Другая потребность может быть связана с дополнительным комфортом. Мы можем создать его материальными объектами в своей квартире или доме, а можем получить его в виде реализации тех или иных удобных электронных функций – напоминания, музыка, интересная информация, фильмы и другое. Аналогичные вещи происходят, когда мы приходим в магазин за продуктами. Раньше это были просто продукты, а теперь они дополнились услугой – овощи могут быть вымыты, красивая упаковка экологична, удобна в пользовании и так далее. Товар дополняется элементами услуги или впечатлений, эмоций и становится новым продуктом.
На рисунке ниже показано, как приблизительно эволюционировала структура мировой экономики за последние сто пятьдесят лет:
Отчётливо видим, что сто пятьдесят лет назад экономика всё ещё была аграрной, семьдесят пять лет назад – промышленной, а теперь в ней доминируют услуги.
Ситуация такова, что верный шаг к неуспешности – стоять на месте или верить, что тренд развернётся и экономика вернётся в прошлое. История никогда не останавливается, она идёт дальше.
