Читаем без скачивания Сталинград - Сергей Лагодский

Оборудование телеграфа, за исключением аккумуляторов, было вывезено заранее. Аккумуляторная, находящаяся в подвале, сохранилась». Источник – РГВА: ф. 39026, оп. 1, д. 693, л. 19.

27 августа 1942 года для круглосуточной охраны командного пункта УНКВД по Сталинградской области была отправлена воинская команда в составе тринадцати штыков во главе с 20-летним командиром 4-го стрелкового взвода 5-й стрелковой роты младшим лейтенантом Василием Григорьевичем Алексеевым. Она вошла тогда в оперативное подчинение командования 272-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР.

Боевой состав группы: командир (младший лейтенант В.Г. Алексеев), два младших командира и девять стрелков 5-й роты плюс – связист в лице мастера радиодела взвода связи красноармейца Дмитрия Ивановича Моисеева.

В течение сентября и в начале октября 1942 года командование полка силами специально для этого снаряженных поисковых групп от 5-й стрелковой роты неоднократно предпринимала попытки разыскать в горящем Сталинграде офицера В.Г. Алексеева и его подчиненных – живых или мертвых. Но эти розыски успехом, увы, не увенчались, в связи с чем все тринадцать человек приказом комполка-178 № 277 от 4 октября 1942 года постфактум были объявлены пропавшим и без вести с 12 сентября 1942 года.

Однако, как нам удалось выяснить путем архивного поиска, офицер В.Г. Алексеев и его группа после вынужденной эвакуации областного управления внутренних дел на левый берег Волги, добровольно остались в городе, чтобы защищать его: они присоединились тогда к 48-му гвардейскому стрелковому полку 38-й гвардейской стрелковой (впоследствии – Лозовская Краснознаменная) дивизии 62-й армии. В частности, младший лейтенант В.Г. Алексеев возглавил здесь 1-ю стрелковую роту и успешно командовал ею до тех пор, пока 15 января 1943 года не получил в ходе одной из атак тяжелое минно-осколочное ранение правой ноги, сделавшее его инвалидом 3-й группы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 августа 1946 года за свои подвиги, совершенные в ходе Сталинградской битвы, и пролитую тогда же на поле брани кровь Василий Григорьевич, к тому времени студент Горьковского института инженеров водного транспорта, был отмечен орденом Красной Звезды.

Подавляющее же большинство других бойцов этой воинской команды с войны домой не вернулись, и судьба многих из них до сих пор неизвестна. Вероятней всего, приняли смерть, грудью защищая Сталинград…

Как следует из косвенных источников, с 21 августа 1942 года 178-й полк находился в оперативном подчинении командования 10-й стрелковой (впоследствии – Сталинградская ордена Ленина) дивизии (I ф), а через управление этого соединения по вертикали – полевого управления 62-й армии Юго-Восточного фронта.

В частности, надо полагать, это именно по приказанию комдива-10 полковника А.А. Сараева, в 3.00 28 августа 1942 года к расположенной у поселка Рынок водонасосной станции 1-го подъема горводопровода на борту грузовика в полном составе выдвинулся оставшийся с 23 августа «безработным» 4-й гарнизон: четырнадцать (по другим данным – пятнадцать) военнослужащих из 6-й стрелковой роты, включая двух младших лейтенантов – А.А. Долгова и Т.Т. Обыден– нова. Это подразделение временно возглавлял старший помощник начальника штаба полка по службе капитан Вячеслав Порфирьевич Гурьев. Поставленная боевая задача предписывала, во что бы то ни стало вернуть озвученный выше объект под свою охрану и впредь стойко оборонять его.

Достигнув устья реки Сухая Мечетка, группа остановилась в лесу, чтобы дальше уже двигаться вслед за пешей разведкой. Роль разведчиков была доверена красноармейцам Артему Петровичу Живову, Алексею Ивановичу Зубареву и Василию Георгиевичу Плотникову. Это были бывалые бойцы старших возрастов: двое первых – 1893 года рождения, а Плотников – 1906-го.

На левом берегу все трое угодили в засаду. Назад никто из них не вернулся. Очевидно, погибли смертью храбрых. Вскоре немцы обнаружили и ядро группы капитана Гурьева, после чего подвергли ее нещадному обстрелу. В результате получили ранения офицеры А.А. Долгов и и Т.Т. Обыденнов. «Васильковым фуражкам» ничего иного не оставалось, как только, огрызаясь винтовочным залпами, спешно покинуть место боестолкновения в направлении дислокации своей части. Но своему командованию они, тем не менее привезли ценные разведанные о линии обороны немцев, обустроенной по левому берегу реки Сухая Мечетка, в том числе и о местах расположения двух хорошо замаскированных в речной долине средних танков.

28 августа полковник А.А. Сараев поставил полку задачу занять оборону по северной и северо-западной окраинам Баррикадного района. Для этих целей подполковник А.И. Кузнецов выделил часть сил из 2-й, 3-й и 5-й стрелковых рот.

Еще в ходе марша вперед предусмотрительно была выброшена разведка во главе с красноармейцем Павлом Козловым. Как гласит архивный документ, «тов. КОЗЛОВ обнаружил передвижение до роты немецких автоматчиков. Несмотря на незначительность [по численности] своей группы, тов. КОЗЛОВ навязал им бой, истребив до 20 чел. автоматчиков, что послужило причиной остановки дальнейшего движения немецких подразделений и [чем обеспечил] безопасность подхода наших частей». Источник – РГВА: ф. 38415, оп. 1, д. 11, л. 35.

А 3 сентября в том же районе уже отличились разведчики из числа бойцов 3-й стрелковой роты – 25-летний ефрейтор Григорий Андреевич Орлов и 23-летний красноармеец Михаил Иванович Комаров: «…Тов. ОРЛОВ совместно с кр-цем [красноармейцем] Комаровым, выполняя задание по разведке, неожиданно наткнулся на разведывательную вражескую группу и в огневой стычке уничтожил 5 человек автоматчиков, [а] остальных обратил в бегство». Источник – РГВА: ф. 38415, оп. 1, д. 11, л. 34.

7 сентября данная боевая группа по приказу полковника А.А. Сараева была перемещена во второй эшелон обороны Сталинграда. Теперь ей надлежало окопаться по северной и западной окраинам Верхнего поселка завода «Баррикады».

17 сентября 1942 года – новый приказ от полковника А.А. Сараева: выдвинуть подразделение силой не менее роты на северный скат оврага Долгий, где впредь оборонять участок от шоссейной дороги и до берега Волги. Запрашиваемую роту оперативно «скроили» из резервов все тех же 2-й (17 штыков), 3-й (75 штыков) и 6-й (37 штыков) стрелковых рот. Она насчитывала 129 человек во главе с командованием 3-й стрелковой роты в лице лейтенанта Константина Сергеевича Цветкова и младшего политрука Савелия Лукьяновича Кисиленко.

Из письменного донесения лейтенанта К.С. Цветкова, датированного 25 сентября 1942 года: «Придя на указанный участок, рота занять рубеж обороны не смогла, т.к. он уже был занят другими частями; рота под минометно-артиллерийским обстрелом без дела провела ночь на открытой местности.

18.9.42 г. по приказанию ком-ра [командира] 10-й дивизии войск НКВД [правильно – 10-я стрелковая (впоследствии – Сталинградская ордена Ленина) дивизия внутренних войск НКВД СССР (I ф)] рота была передана в оперативное подчинение 34 гвардейскому полку 13 сд [правильно – 34-й гвардейский стрелковый полк 13-й гвардейской стрелковой (впоследствии – Полтавская ордена Ленина дважды Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова) дивизии 62-й армии Юго– Восточного фронта] и заняла по приказу ком-ра полка рубеж обороны; на протяжении суток оборонительных активных боев рота не вела.

19.9.42 г. в 12.00 34 гвардейский полк пошел в наступление. Участок или направление, на котором действовала рота, был активным и неплохо укреплен немцами. Наступление на всем участке полка успешным не было. Рота продвинулась вперед до двухсот метров по открытой местности без какой-либо поддержки, после [чего] ком-р 1 б-на [правильно – 1-го стрелкового батальона] приказал окопаться на достигнутых рубежах». Источник – РГВА: ф. 38415, оп. 1, д. 13, л. 52.

Место того боя – территория, прилегающая к 3-й группе баков Сталинградского нефтесиндиката. Итогом атаки стало уничтожение подчиненными лейтенанта К.С. Цветкова и младшего политрука С.Л. Кисиленко в общей сложности не менее сотни контратакующих фашистов. Безвозвратные потери «васильковых фуражек» – 19 человек: двенадцать были убиты и еще семеро пропали без вести. Троих из тех погибших впоследствии за совершенные в том жарком бою подвиги посмертно наградили орденом Красного Знамени. Вот имена этих героев: командир пулеметного взвода 3-й стрелковой роты младший лейтенант Григорий Иванович Аксенов, помощник командира пулеметного взвода 6-й стрелковой роты младший сержант Василий Матвеевич Карасев и наводчик станкового пулемета «Максим» пулеметного взвода 6-й стрелковой роты красноармеец Николай Афанасьевич Храпов.

К сожалению, в рядах этой сводной роты храбрецов нашлись и малодушные: прямо на поле боя за преднамеренное саморанение в руку был на месте расстрелян некто красноармеец Ерохин…

В 2.00 20 сентября своим приказом комдив-10 полковник А.А. Сараев направил сводную роту, возглавляемую лейтенантом К.С. Цветковым и младшим политруком С.Л. Кисиленко, на охрану совместного КП 10-й стрелковой дивизии внутренних войск и 34-й гвардейской стрелковой дивизии. Но на поверку произошло распыление сил данного подразделения и, в частности, ряд бойцов и командиров были отправлены на усиление армейского заградотряда. Костяк же роты (немногим больше взвода!) во главе с командирами занял рубеж обороны, пролегший вблизи Госбанка. В течение 20-23 сентября «васильковые фуражки» трижды отбрасывали наседающих фашистов пулями и штыками. В одной из контратак 20-го, двигаясь впереди стрелковых цепей, ранение получил младший политрук С.Л. Кисиленко.