Осторожно коснувшись лица, проведя живыми пальцами по глазам, он увидел скользнувший по мгновенно сфокусировавшему поле зрения папиллярный узор пальцев и заодно ощутил две гладкие пластиковые заплатки, занявшие немало места в глазных впадинах. Уродливые штыри старых имплантов исчезли бесследно.
Кем бы не был тот неизвестный или неизвестные, но он или они вернули ему многое. А кое-что возместили в утроенном количестве. Он снова обладал отличным зрением, не испытывал постоянных хронических болей, его не сжигал изнутри токсикоз, а его тело больше не издавало характерных скрипящих, журчащих и щелкающих звуков прогрессирующего разрушения.
Восприняв и оценив эту информацию, с почти фатальным равнодушием приняв тот факт, что больше не умирает, Нортис Вертинский медленно кивнул и медленно поднялся на стальные ноги, чтобы проверить может ли удерживать равновесия. Ножные протезы отреагировали мгновенно и слишком быстро, буквально выдернув его в стоячее положение. В спине вдоль позвоночника полыхнуло болью, что-то отдалось в крестце и пояснице. Нортис замер, оценивая новые данные — протезы работали слишком хорошо. Его артианитовые ноги давно исчерпали свой ресурс, а в последнее время их батареи умирали в буквальном смысле, особенно левая. В результате он ходил тяжело и чуть враскачку, но сейчас… сделав осторожный шаг, он с едва слышным шумом сервоприводов схватился искусственной рукой за трубу, едва не промяв ее. Толчок ногами заставил его прыгнуть и преодолеть больше метра — хотя он и не хотел этого. Похоже, ему придется привыкать к своим новым способностям и сдерживать их. Можно смело предполагать, что его ноги прошли полный ремонт и в них были заменены или полностью заряжены мощные батареи — скорее первый вариант. И если их действительно заменили, то ближайшие полгода ему можно не беспокоиться о запасе энергии в ножных протезах.
Протез руки? Сжав и разжав пальцы, Нортис убедился, что поработали и над ней. Протез слушался идеально.
И что же получается?
Кто-то обладающий немалым количеством ресурсов и доступом к продвинутым медицинским дронам в буквальном смысле спас ему жизнь, после чего провел как минимум несколько больших и сложных медицинских операций. Возможно, ему полностью заменили начинку, возможно просто подремонтировали. Но если взять в расчет крайне дорогие даже по результату использования глазные импланты и все прочее, его операции обошлись в очень немалую сумму кредов.
И понимание этого факта опять возвращало к главным вопросам.
Где он находится?
Кто это сделал с ним?
И самый главный вопрос, что тоже пока оставался без ответа — свободен ли он?
Впрочем, проверить было достаточно легко. Двигаясь намеренно неспешно, шагая осторожно и пытаясь привыкнуть к слишком быстрой реакции ног, Вертинский добрался до закрытой стальной двери, дернул отпирающий затвор и толкнул створку. Дверь с лязгом открылась, показав узкий полутемный коридор и следующую стальную переборку. На переборке висел еще один листок писчего пластика с коротким рукописным утверждением, сделанным толстым черным маркером.
«Да ты свободен, Нортис».
— Свободен — хрипло проронил Вертинский и его снова укололо удивление из-за звучности и живости его голоса.
Закрыв дверь, он провел металлическими пальцами по рукояти ржавого тесака и отвернулся от оружия — пока что. Стоило оторвать пальцы от тесака и на мгновение появившаяся на углу АКДУ улыбающаяся сестренка обиженно надула губы и исчезла.
Вернувшись к постели, он содрал с очередного батончика яркую певучую упаковку, откусил солидный кусок и, медленно прожевывая, уже увереннее подошел к выключенному планшету с запиской, обещающей самое важное. Еще одно рукописное послание гласило: «Пояснения и признание».
35.
Активированный планшет поочередно показал логотип произведшей его компании, полноту заряда, отсутствие сетевого соединение и жалобу на неофициальные модификации операционной системы. Все это Нортису было неинтересно, хотя сам планшет, старый, но еще мощный, пришелся ему по душе. Дождавшись загрузки, он коснулся мигающей посреди экрана пиктограммы и появился проигрывающий запись плеер.
На экране возникло усталое лицо мужчины с глубоко запавшими глазами. Взглянув в камеру, он попытался улыбнуться, но преуспел лишь в недолгом поднятие уголков губ, после чего закурил сигарету с алым фильтром и, выдохнув струю дыма, заговорил.
— Привет. Ты меня не знаешь, но я твой доктор. Впрочем, в нашем незнакомстве нет ничего удивительно — ты был в коме и уже умирал от такого количества причин, что я, честно говоря, даже не знал за какую из них браться первым делом. Но раз ты сейчас смотришь эту запись, значит, у меня получилось и ты жив и относительно здоров, если это понятие можно применять к настолько глубоко кибернетизированному созданию как ты. Но знакомиться с тобой я не собираюсь по очень простой причине — ты мне не нравишься, Нортис. Не нравишься из-за своих способов достижения цели. Именно из-за способов. Взрывы? Ты серьезно?
Кашлянув, он поморщился, взглянул на сигарету, пробормотал что-то о ее излишней крепости и, пожав плечами, затянулся еще глубже и выдохнул вместе с дымом:
— Но я все же врач, а помимо этого, безмерно уважаю того, кто отдает мне приказы и заботится обо мне и моей семье. А еще я люблю делать свою работу хорошо. На этом закончу свои объяснения того почему не хочу с тобой знакомиться и перейду к медицинской и технической конкретике. Итак, Нортис… пока ты был в отключке, я неплохо так поработал над тобой и перечисление каждого пункта длиннющего списка заняло бы слишком много времени. Поэтому я постараюсь кое-что пропустить, но на рабочем столе планшета есть текстовый файл с полным перечислением всего того, что установлено внутри тебя и поддерживает твою жизнь. Там все модели, срок службы, характеристики и все прочее. Сам я добавлю следующе — я заменил вообще все стоявшие внутри тебя импланты на более современные и мощные модели. В твоей предыдущей конфигурации, помимо ее фатальной устарелости и отработанных ресурсов, было столько внутренних конфликтов между устройствами, что это гарантировало твою смерть даже при обычном образе жизни. Да я заметил некоторые изменения в настройках и программные попытки стабилизировать ситуацию — возможно это ты постарался — но они лишь отсрочили неизбежное. В общем я успел вовремя. Теперь ты функционируешь на порядок лучше и быстрее. Помимо этого, перед тем как установить имплантаты, я по требованию свыше вживил в тебя защитную оболочку для органов живых и искусственных. Она закрывает твой торс со всех сторон и практически гарантирует защиту от достаточно мощных игольников гражданских и полувоенных моделей. Разумеется, всегда есть исключения и практически во всем найдется слабое место, поэтому не стоит считать себя пуленепробиваемым. От пули, кстати, или от осколка, оболочка тоже поможет — хотя бы частично ослабит силу удара. Сама оболочка имеет официальное название «Шакра-07М-Ар», а на твоем родном русском языке конкретно эту линейку называют «шкурой». На общем языке это «мешок для потрохов», хотя ты, наверное, в курсе и снова болтаю просто так. Это все от усталости. Итак… Внутренняя оболочка представляет собой живую ксеноткань с вживленной в нее артианитовой мелкоячеистой сеткой и пластинами напротив особо уязвимых и важных органов. Ксеноткань имеет способность к самовосстановлению. Отныне это еще один твой внутренний орган и с этого дня ты нуждаешься в ежедневном приеме особых витаминов и минералов. Оболочку нужно кормить — или она сама отыщет себе еду, взяв его из твоего же организма. Дополнительная важная информация — как не крути, но несмотря на все полезные свойства, это все же чужеродный организм и как каждый живой организм он порой ведет себя непредсказуемо. А еще эта штука любит разрастаться — несмотря на проведенную генную модификацию, ограничивающую ее рост. Не забывай о регулярной полной проверке — и лучше в специализирующихся на ксеноимплантах клиниках с дорогой лицензией и большим опытом. Хотя, о чем это я… вряд ли ты планируешь жить долго и счастливо…
