– Послушай, Билли, – прервал маршал. – Понимаю твое отчаяние. Вы не первые, кто сходил с ума в этой программе. Но вы в реальной опасности. Мы точно знаем. Не было оснований говорить об этом раньше, но еще в январе ваша участь была решена. И когда личные головорезы Баджеттов не смогли вас выследить, братья наняли киллера.
– Когда? – побледнела Нор.
– Три месяца назад. Мы знаем кто он, и наши парни усиленно его ищут. Так вы по-прежнему хотите, чтобы я помог вам собраться?
– Нет, – понурился Билли, подошел и сел за пианино. – Просто продолжу писать музыку, которую, возможно, кто-нибудь когда-нибудь споет.
Маршал кивнул Нор и ушел. Через несколько мгновений Нор подошла к сыну и положила руки ему на плечи.
– Это действительно не продлится вечно, ты же понимаешь.
– Это ад на земле.
– Согласна.
«Я тоже, – кивнул Стерлинг. – Но что я могу поделать?» Чем больше Брукс вникал в проблему, тем меньше чувствовал в себе сил ее решить. Бросив сочувственный взгляд на мать и сына, вышел на улицу. «Я привык к высокому небу, но не в штате Колорадо, – подумал он, – наверное, поэтому ощущаю себя немного легкомысленным».
Трудно поверить, что Нор и Билли все еще будут здесь в декабре. Можно себе представить их эмоциональное состояние к тому времени. «Куда еще я могу пойти? Что могу сделать? Все зависит от суда. Возможно, следует отправиться к адвокату Баджеттов по легальному бизнесу. В конце концов, именно Чарли Сантоли увидел, как Билли и Нор выходили из офиса Джуниора. Буду рад покинуть эту жару», – решил Стерлинг, закрыв глаза. Хотя лето всегда любил.
Еще раз обратился к Небесному совету.
– Пожалуйста, не могли бы вы транспортировать меня к Чарли Сантоли, причем в начале декабря? – Подумал и добавил: – Аминь.
Глава 20
– Следовало побеспокоиться о развешивании гирлянд по крайней мере неделю назад, – ворчала Мардж, распаковывая лампочки и передавая их Чарли, стоящему на лестнице.
– Я был слишком занят, Мардж. Просто руки не дошли, – ответил тот, с трудом дотянувшись до верхушки елки, сильно выросшей с прошлого года. – Можно было нанять кого-то помоложе, половчее и с более высокими лестницами, наверняка они сделали бы все гораздо лучше.
– О, но тогда мы пропустили бы все самое интересное, Чарли. Мы сорок лет вместе украшали елку. Придет время, когда ты действительно не сможешь это сделать, и тогда придется кого-то приглашать. Признайся, тебе нравится этот ритуал.
– Не стану спорить, – неохотно улыбнулся тот.
Стерлинг сидел на ступеньках, наблюдая за парой. Чарли действительно наслаждался. Семейный человек.
Через час замерзшие, но довольные собой супруги вошли в дом, сбросили пальто и перчатки и побрели на кухню выпить по чашке чая. Когда чайник и свежеиспеченное рождественское печенье были выставлены на стол, Мардж взорвала бомбу.
– Я хочу, чтобы ты прекратил работать на Баджеттов, Чарли, причем прямо с завтрашнего дня.
– Мардж, ты в своем уме? Это невозможно.
– Возможно. Господь свидетель, мы не богаты, но на жизнь хватает. Если есть желание трудиться – снова займись персональной практикой, сделки и завещания можно оформлять и на дому. Мне надоело ежедневно ждать, что ты того и гляди заполучишь из-за Баджеттов инфаркт.
– Мардж, ты не понимаешь… не могу я их бросить, – обреченно прошептал Чарли.
– Почему? Если ты умрешь, они просто наймут нового адвоката, вот и все.
– Мардж, все не так просто. Это… пожалуйста, давай просто забудем об этом.
Та встала и решительно оперлась ладонями о стол.
– Так объясни, – потребовала она, повышая голос. – Чарли, я хочу услышать правду. Что происходит?
Стерлинг слушал, как Чарли сначала нерешительно, а затем, торопливо выплескивая слова, признался жене, что на протяжении многих лет был вынужден угрожать людям, которые стояли на пути Баджеттов. Брукс наблюдал за меняющейся реакцией Мардж – от ужасного потрясения до глубокой озабоченности, когда она осознала, какие эмоциональные мучения долгие годы испытывал муж.
– Мне поручено добиться отсрочки суда по делу о прошлогоднем пожаре на складе в Сиоссете. Певцы, нанятые на празднование дня рождения мамы Хедди-Анны, случайно услышали, как Джуниор отдал приказ о поджоге. Ходят слухи, что артисты работают в Европе, но на самом деле они находятся в охраняемом полицией месте.
«Так вот какую историю распустили о Нор и Билли», – понял Стерлинг.
– Почему ты хочешь добиться отсрочки судебного разбирательства?
– Мы подкупили экспертов, которые укажут, что огонь вызвали оголенные провода. Ганс Крамер, владелец склада, исчез, но братья узнали в прошлом месяце, что они с женой живут в Швейцарии. У них там родственники, и после произошедшего Крамер не хочет связываться с Баджеттами.
– Ты не ответил на мой вопрос, Чарли.
– Мардж, не я хочу отсрочки. Баджетты.
– Почему? – пристально взглянула она на мужа.
– Потому что они хотят оттянуть начало процесса, пока Нор Келли и Билли Кэмпбелл не замолчат навсегда.
– И ты все равно не желаешь от них уйти? – недоверчиво спросила Мардж.
– Баджетты их не найдут.
– А если найдут? Чарли, ты не должен этого допустить!
– Знаю, что не должен, – взорвался тот. – Но не знаю, что делать. Не забывай – в ту же минуту, как я обращусь к федералам, Баджетты об этом узнают. У них везде шпионы.
– Как это случилось? – заплакала Мардж. – Чарли, неважно, какие наступят последствия, ты обязан поступить правильно. Только подожди несколько дней до окончания Рождества. Пусть хотя бы этот праздник мы проведем вместе, – вытерла она глаза тыльной стороной ладони. – Буду молиться о чуде.
– Что ж, тогда молись о чем-то конкретном, – устало улыбнулся Чарли, встал и обнял жену. – Помолись, чтобы нашелся способ заставить братьев посетить мамашу. А уж полицейские повяжут их в ту же минуту, как они ступят на валлонскую землю. Тогда мы все будем чисты.
– О чем это ты? – взглянула на него жена.
– Баджетты заочно приговорены к пожизненному заключению за совершенные в Валлонии преступления. Вот почему они никогда не вернутся в Штаты.
«Пожизненное заключение!» – изумился Стерлинг. И наконец понял, что должен предпринять. Вопрос только в том, как это сделать.
Брукс вышел на улицу. Мардж включила рождественские огни, как только Чарли закончил их развешивать. Погода менялась, солнце исчезло за тяжелыми облаками. Разноцветные лампочки весело мерцали на елке, помогая развеять наступающий мрак зимнего вечера.
Внезапно, как подарок, Стерлинг вспомнил кое-что подслушанное за обедом у Хедди-Анны. «Возможно, – обрадовался он, – очень даже возможно». План заманивания братьев на родину начал формироваться в голове.
