— Ну все, ты сама напросилась, — сказал Том и принялся щекотать Кэтти.
Через минуту она уже умоляла его отпустить ее. Хохотала и жаловалась на колики. Но Том остановился лишь тогда, когда на лице Кэтти высохла последняя слезинка.
15
Билл пришел только на восьмой день.
К тому моменту в душе Кэтти установилась хрупкая, как весенний лед, гармония. О, чего это стоило Тому! Кэтти была дома одна. Когда она услышала стук в дверь, то почти не сомневалась, что это Джина, накануне обещавшая ей принести новый журнал мод. Милая веснушчатая Джина как могла старалась развлечь Кэтти. Тем самым она надеялась обратить на себя внимание Тома. Он и правда каждый день благодарил ее за проявленное к Кэтти внимание и понимание. Поначалу Джина страшно ревновала Тома к Кэтти, но затем, поговорив с ней, убедилась, что между ними никогда не было романтических отношений. Кэтти, без сомнения, любила Тома. Но то была исключительно дружеская любовь. А Том заботился о Кэтти так, как заботился бы о ней старший брат.
Кэтти распахнула дверь, думая, что на пороге соседка. Она застыла перед гостем в длинной белой футболке, надетой на голое тело.
— Привет… — смущенно пробормотала она, пытаясь сдержать улыбку. — Я только что встала.
Не дожидаясь приглашения, Билл прошел в квартиру. Осмотревшись, он высокомерно обронил:
— Ну и хибара.
— Да, здесь не очень уютно, зато хозяин берет невысокую плату, — ответила Кэтти, чувствуя, как по ее спине пробегают мурашки. Она бы никогда не призналась себе в том, что до смерти боится Билла. Нет, он не стал бы ее бить, но Кэтти опасалась, что он снова начнет оскорблять и унижать ее.
А она была сейчас так уязвима! В ужасной растянутой футболке, на которую Билл даже старался не смотреть, словно она оскорбляла его эстетическое чувство. Надо же, я настолько расслабилась в обществе Тома и Джины, что совсем перестала за собой следить! — мысленно ругала себя Кэтти. Если Билл сейчас окончательно разочаруется во мне, то в этом будет только моя вина.
— А где твой дружок?
— На работе, — ответила Кэтти как можно более ровным голосом. Она понимала, что Билл пытается спровоцировать ее на скандал, но не желала поддаваться на его вызывающий тон.
— Ты успокоилась?
— Я? — Кэтти поперхнулась воздухом от возмущения. — Это я должна тебя об этом спросить. Ты ведь устроил скандал и выгнал меня вместе с Томом из твоего дома. — Она намеренно выделила слово «твоего».
— Потому что я требую уважения к себе.
— Я тоже.
— Разве я давал тебе повод усомниться в моих чувствах? — как ни в чем не бывало спросил Билл.
«Да, сотни раз!» — хотела крикнуть в ответ Кэтти, но вместо этого ответила:
— Я тоже никогда не делала ничего такого, что могло бы поставить под сомнение мою любовь. Я всегда говорила, что Том мой друг. Ты попросил меня не общаться с ним, и я сделала это.
— Да, я в этом убедился неделю назад в твоем флигеле. И это за четыре дня до нашего бракосочетания!
— Рада, что ты еще помнишь о наших планах, — язвительно заметила Кэтти.
— Разумеется, помню. Но я отказываюсь понимать тебя. То ты умоляла взять тебя в жены, уверяла, что это мечта всей твоей жизни — и вдруг начала делать все, чтобы избежать свадьбы.
Кэтти открыла от изумления рот и уставилась на Билла.
— Ты шутишь? — с надеждой спросила она.
Ответь он «да», Кэтти успокоилась бы, решив, что еще не сошла с ума. Но Билл отрицательно покачал головой.
— Ты мастер переворачивать все с ног на голову. Теперь оказывается, что это я сделала все, чтобы сорвать свадьбу. Может быть, это я выгнала себя из твоего дома?!
— Ты привела другого мужчину в мое отсутствие. Ты знала, как я к этому отнесусь. Более того, тебе было известно, что я дал указание охраннику не пускать в дом твоих друзей.
— У меня один-единственный друг! — воскликнула Кэтти. — И он мне даже больше чем друг.
— И ты не краснея заявляешь мне об этом. Ну и дела. А я-то думал, что ты приличная девушка. — Билл раздосадованно покачал головой. — И угораздило же меня влюбиться в тебя.
— Что?.. — робко спросила Кэтти. В ее глазах забрезжил лучик счастливого избавления от страданий последних дней. Она приблизилась к Биллу. — Ты действительно любишь меня?
— Конечно. Иначе бы я не старался сделать тебя настоящей королевой. Я хочу, чтобы ты блистала в любом обществе.
— Билл, тебе стоит только позвать меня и… и я приду.
— За этим я и явился сюда.
Кэтти закрыла глаза, мечтая услышать от Билла признания в любви, слезные мольбы о прощении и жаркие просьбы вернуться в его дом и в его жизнь… Но Билл лишь сухо сказал:
— Собирай вещи. Я не могу ждать тебя весь день.
Кэтти медлила, и Билл поинтересовался о причине ее колебаний.
— Я… я только хотела услышать от тебя извинения.
— За что? — спросил Билл с таким невинным видом, словно ему и в самом деле не в чем было каяться перед ней. — Это я должен требовать от тебя объяснений.
— Я уже все тебе объяснила, — резко ответила она, отступив на шаг.
— Я не привык вкладывать деньги в убыточные предприятия, — заметил Билл таким тоном, словно речь шла о невыгодном деловом предложении. Его раздражение нарастало с каждой секундой. — Я потратил на тебя уйму сил, времени и денег. И что я получил взамен? — Он указал на нее рукой. — Ты снова скатилась в то болото, из которого я тебя вытащил. Что это за футболка? А прическа? Где твои манеры? Ты даже не удосужилась предложить мне чашку кофе. Впрочем, это даже к лучшему. Я бы скорее выпил яду, чем чернила, которые вы называете растворимым кофе.
Кэтти низко опустила голову. Если бы она только могла провалиться сквозь землю или испариться словно призрак, она бы не преминула воспользоваться своими паранормальными способностями. Но она была обычной земной девушкой. А потому стояла перед человеком, безжалостно отчитывающим ее за проступок, который даже таковым и не являлся.
— Я отправил тебя к стилисту, я купил тебе красивую одежду и украшения. Я даже отправил тебя учиться, — продолжал перечислять Билл, загибая пальцы.
— И за все это я премного тебе благодарна, — вставила Кэтти. — Но я ни о чем тебя не просила.
— Конечно, тебе ведь ничего от меня не нужно. Только стать миссис Радферн. Но последнюю привилегию нужно заслужить. А что ты для этого сделала? Ты не пожелала приложить и минимум усилий, чтобы угодить мне. Я хотел видеть тебя красивой и воспитанной женщиной. Что в этом плохого? Почему ты молчишь, Кэтти? Я с тобой разговариваю, а не с этой обшарпанной стеной.
— Я не знала, что должна заслужить право называться твоей женой, Билл. Обычно люди женятся, потому что любят друг друга, а не потому, что один потакает прихотям другого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
