улицы проносились мимо.
Наконец, мотоцикл Джексона остановился перед гаражом, и я удивленно подняла глаза.
— Твоя машина готова, — сказал Джекс.
Мое сердце подпрыгнуло, когда я увидела свою «Фьюри», стоящую на стоянке перед домом, свежевымытую. Я нетерпеливо соскользнула с мотоцикла и поспешила к ней.
Заднее колесо было заменено, а отверстия от пуль залатаны и покрашены. Я позволила своим пальцам провести по восстановленной боковой части автомобиля и багажнику, наслаждаясь моментом. Я почти чувствовала магическое покалывание под кончиками моих пальцев.
Магия моего отца.
Чувство безграничной свободы пронеслось сквозь меня, как ветер в теплый летний день. И тьма, поглотившая меня по дороге из бара, испарилась.
Сзади послышались приближающиеся шаги, и я повернулась лицом к Джексону.
— Все в порядке? — Спросил он.
Больше, чем когда-либо.
Я кивнула.
— Да. Спасибо.
Я надеялась, что он почувствует мою благодарность, потому что словами нельзя было объяснить, что значила для меня моя «Фьюри».
— Хорошо, — лаконично сказал Джекс и скрестил руки на груди.
В своей байкерской куртке он выглядел настоящим красавчиком. Высокий. Сильный. Уверенный в себе.
Его фирменный аромат смешивался с опьяняющим ароматом его пота, и я впитывала его, пока между нами воцарялась уютная тишина. Комфортно, то есть до тех пор, пока я не осознала это.
О, черт, я что, пялилась?
По моей шее пополз жар, и я внезапно почувствовала себя разгоряченной, потной и грязной. Я не видела себя в зеркале, но готова была поспорить, что мое лицо было покрыто кровью и синяками, а волосы растрепались. Добавьте к этому вонь выхлопных газов, крови и пота, и я, вероятно, показалась бы вам чертовски привлекательной партией.
Я неловко указала на машину.
— Я собираюсь вернуть тебе деньги. За это я задолжала тебе кучу часов в баре.
Неразборчивая улыбка тронула уголок его рта, и он пожал плечами.
— Как пожелаешь. Но не сегодня вечером — с меня определенно хватит баров на сегодня.
Я глубоко вздохнула.
— Расскажи мне об этом.
Подошла Сэм.
— К сожалению, сегодня вечером у меня смена в баре. Но прежде чем вы двое потеряетесь, уставившись друг другу в глаза, я хочу знать, каков наш план.
Мои щеки вспыхнули, и я отвела взгляд.
Джексон, всегда уверенный в себе, был совершенно невозмутим.
— Что ж, похоже, Драган вернулся, и он овладел Люциусом Грейлингом. Это, или Грейлинг пытается использовать старую сеть Драгана для получения власти — но, учитывая то, что мы знаем, я готов поспорить, что он одержим.
— Так как же нам остановить призрака? — Спросила я.
— Вместо того, чтобы убивать его, нам придется схватить его, — сказал Джексон.
Сэм проверила свой телефон.
— Похоже, он будет на сборе в понедельник вечером со всеми своими приспешниками. Если мы сможем поймать его там вместе с кучкой его помешанных на наркотиках оккультистов, мы потенциально сможем устранить угрозу для Сави одним махом.
— Как ты думаешь, что они задумали? — Спросила я.
Лицо Джексона потемнело.
— Я не знаю, но нам нужно выяснить, прежде чем мы войдем с оружием наперевес.
Меня охватило медленное, угасающее чувство тревоги.
— Думаю, мне пора поговорить со своей тетей.
Брови Джексона поползли вверх.
— Она убила его в первый раз, — объяснил я, — и они с дядей Питом отправились на поиски дополнительной информации. Если кто-то и знает, то это будет она.
— Или мой отец, — решительно сказал Джексон.
Его голос был ровным, но сочился эмоциями, которые я не могла определить. Обида? Разочарование? Настороженность?
Что бы там ни было, по крайней мере, ему не придется говорить отцу, что он волк.
Из двух вопросов, которые мне нужно было задать Лорел, я знала, какой пугал меня больше, и это был не «Что задумал Драган?»
Это было, «Я родилась оборотнем — и почему ты мне не сказала?»
Полчаса спустя я толкнула входную дверь дома Лассаль и бросила ключи от машины в латунную чашу у двери. Я быстро переоделась из байкерской одежды и смыла большую часть волшебной краски, так что мои волосы почти вернулись к своему нормальному цвету.
Мои вспотевшие руки практически дрожали, и я вытерла их о джинсы, пока пересматривала свой план. Может, стоит подождать и спросить тётю Лорел о том, что я оборотень, уже после того, как мы разберёмся с Драганом. И хотя мне хотелось узнать, что она знает о моей маме, возможные последствия могли оказаться катастрофическими.
Ситуация была слишком напряженной. Лучше всего было подождать.
— Лучше сорвать пластырь, — пробормотала волчица у меня в голове.
— Тебе легко говорить. Тебе не обязательно смотреть ей в глаза.
— Саванна, это ты? — Моя тетя высунула голову из кухни и улыбнулась. По коридору разнесся запах корицы и масла. Печенье с корицей.
Временами она могла быть очень теплой и домашней. Но я видела ее другую сторону — твердую, как железо. Женщина, которая могла повелевать демонами и уничтожать монстров одним движением запястья.
— Добро пожаловать домой, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
— Хорошо быть дома. — Моя тетя заключила меня в теплые объятия, и я неловко обняла ее.
Часть меня хотела просто покончить с этим, и закричать: Я оборотень! Ты знала?
Я знала, что она что-то скрывает от меня, но не могла поверить, что она знает правду. Она пригласила меня в свой дом — зачем бы она это сделала, если бы знала, кто я такая? Каждый раз, когда кто-то упоминал оборотней или Лоран, я чувствовала жар ее ненависти, как будто стояла рядом с открытым огнем.
Шансы были пятьдесят на пятьдесят, что она выйдет из себя и вышвырнет меня на обочину или закует в серебряные цепи.
— Сначала мы выцарапаем ей глаза, — вызывающе сказала моя волчица.
Лорел протянула мне тарелку с горкой теплого печенья.
— Отнеси это в гостиную. Я сейчас буду. Нам нужно поговорить.
О да, нам нужно.
Я поставила печенье на кофейный столик и присела на антикварный диван. Вошла Лорел с двумя дымящимися кружками чая с молоком. Она протянула одну мне и села.
— Кейси сказал мне, что ты не пришла домой прошлой ночью.
Я чуть не подавилась недоеденным печеньем.
Вот мудак!
Не то чтобы это имело значение. Я собиралась рассказать ей. Я вытерла рот.
— На меня напали, и я осталась на ночь у друга.
Кружка замерла на полпути к ее губам, и я увидела огонь в ее глазах.
— На тебя напали? Кто? Ты в порядке? Мне позвать дядю Пита? И почему, ради всех богов, ты не вернулась сюда, где безопасно?
Я пошатнулась от внезапного потока вопросов, хотя быстро пришла в
