– Прости, не заморачивайся.
– Нет, все нормально. – Джилли прикусила губу и устремила взгляд мимо Бо, в окно. – Головой я бы, конечно, понимала, что это не моя вина, но не думаю, что смогла бы убелить в этом свое сердце.
– Ты не думаешь иногда, что так было бы лучше или, может, просто правильней?
К лицу Джилли прилила кровь. – Ты совсем рехнулась? Конечно, я так не думаю. Никогда в жизни. Ты же моя сестра. Я люблю тебя. Если с тобой что-нибудь случится…
– Эй, прости, – опередила ее Бо. – Не знаю, что на меня нашло. Должно быть я, в самом деле, устала. Забудь об этом, Джилли. Я просто идиотка.
– Кем-кем, а идиоткой тебя не назовешь. – Джилли пересела на журнальный столик и взяла Бо за руку. Она покачала ладонь Бо в своих руках и положила к себе на колени. Не отрывая от сестры пристального взгляда, Джилли спросила: – Ты думаешь об этом все эти годы? Чувствуешь свою ответственность? Поэтому ты задала мне этот вопрос?
– Перестань. Джилли, вся ответственность действительно лежит на мне. Если бы не я, ты бы сейчас не болела.
– Твоей вины здесь нет. Когда ты уже поверишь в это? – Джилли подняла руку Бо, и поцеловала ее в костяшки пальцев. – Так откуда ветер дует?
– Я не знаю. – Бо выпрямилась и заправила выбившуюся прядь волос Джилли за ухо. – Вчера вечером Али рассказала мне про свою сестру. Ее убили.
– Какой ужас, – пробормотала Джилли.
– Она во всем винит себя и до сих пор сильно страдает.
– Итак, Али, хирург Бобби, рассказала тебе об этом. – Джилли водила пальцем вверх и вниз по руке сестры. – Похоже, ты ее уже неплохо знаешь.
– Не совсем. Мы познакомились около недели назад и несколько раз общались. – Бо криво улыбнулась. – Точнее будет сказать, несколько раз цапались. Я не отношусь к ее любимчикам.
– Да, она очень даже ничего.
– Слабо сказано!
– Она тебе нравится, – глаза Джилли заблестели.
– Еще бы, трудно устоять.
– Нет, я хочу сказать, по-настоящему нравится.
– Не в том смысле, как ты думаешь. – Бо провела большим пальцем ноги по книге, которую читала Джилли. – Ты безнадежный романтик. Вот я, например, такое не читаю. Доблестные отважные герои, девицы-красавицы и все в таком духе.
Джилли сузила глаза. – Ты пытаешься сменить тему.
– Кажется, я просто хотела сказать тебе спасибо. – Тихо произнесла Бо. – Я люблю тебя.
Глаза Джилли наполнились слезами. – Я тоже тебя люблю и больше не хочу, чтобы ты меня опять благодарила. Я даже думать не хочу, что было бы со мной, не будь тебя рядом.
– Ну, раз так, – усмехнулась Бо, – я думаю, мы могли бы пожить под одной крышей вместе.
– Ты платишь половину ипотечного кредита, половину за продукты и берешь на себя половину уборки.
– Я плачу пол-ипотеки, покупаю все продукты, и мы нанимаем кого-нибудь убирать дом.
– Согласна. Теперь ты расскажешь мне про Али?
– Да нечего тут рассказывать. – Бо встала с дивана. – Пойду готовить завтрак. Яичницу с беконом?
– В точку.
Бо направилась на кухню, чувствуя себя по-настоящему дома, чего с ней не бывало уже давно. Доставая продукты из холодильника и тарелки из шкафа, Бо размышляла: что же любит на завтрак Али? Последний раз Бо завтракала с другой женщиной, кроме Джилли, в гостинице в Атлантик-Сити, куда она приехала со знакомыми парнями, чтобы поиграть в казино и развлечься. Ну и подцепила официантку, разносившую коктейли. В перерывах между сексом они заказывали еду в номер. Бо попыталась представить быстрый секс с Али в каком-нибудь месте – и не смогла. Али не вписывалась ни в какие образы, к которым привыкла Бо, и она пока не понимала, что это значит.
Глава одиннадцатая
Али приняла душ и переоделась в свободные брюки цвета хаки и в красный свитер с треугольным вырезом. Потом она пролистала три последних воскресных номера «Нью-Йорк Таймс», подумала о том, что надо бы убраться в квартире, но в итоге пошла наверх за Виктором. На дежурстве ей удалось урвать пару часов сна. Пожалуй, теперь ей стоило попробовать поспать еще, но Али никак не могла настроиться на сон.
Ральф открыл ей дверь, посмотрев на Али с легким упреком. Ты же в это время должна спать.
– Я поспала ночью. А где наш принц?
Словно почувствовав, что за ним пришли, из-за угла показался пыхтящий как паровоз Виктор. Его, похожее на колоду, тело переваливалось из стороны в сторону на коротких и толстых лапах. В зубах он приволок свой поводок, фыркая от восторга. Али, рассмеявшись, прицепила поводок к ошейнику собаки.
– Купить что-нибудь на ужин? – спросила Али.
– Если у тебя есть планы на вечер, то я оставлю тебе что-нибудь поесть на кухне. – Сказал Ральф. – Тебе вовсе не обязательно проводить субботний вечер в компании старика и собаки.
– Нет у меня планов. Мне нравится ужинать с тобой, так что хватит пытаться от меня отделаться.
– Тогда купи свежей рукколы, – сказал Ральф, качая головой.
– Куплю. Пойдем, Виктор. Прогуляемся по магазинам. – Али была благодарна Ральфу за то, что он не стал давить на нее. Она знала, что он переживает из-за ее одиночества и не понимает, почему она сама не волнуется по этому поводу. Али очень любила Ральфа, но не могла объяснить ему, что сознательно выбрала одиночество, хотя порой оно допекало. Но это был ее выбор, и Али о нем не жалела.
На улице ее встретило утро, которое обычно бывает в начале зимы. Али нравилась такая погода. Солнце светило вовсю, а воздух был такой холодный и свежий, что у нее щипало кожу от мороза. Несмотря на усталость, сердце у Али забилось быстрее, и тело охватила энергия. Она повела Виктора в парк, располагавшийся в нескольких кварталах от ее дома. С дорожки для бегунов, проходившей вдоль кромки воды, на другом берегу виднелся медицинский центр, возвышавшийся над другими университетскими зданиями. Главные здания больничного комплекса и разросшиеся пристройки были словно отдельным островом на территории университета.
Али задумалась, вернулась ли Бо в палату к Бобби, или все-таки пошла домой? Ей вспомнилась женщина, которую она застала рядом с Бо вчера вечером. Та самая, которая прикасалась Бо с привычной непринужденностью и которой Бо обещала позвонить утром. Быть может, сейчас они как раз вместе…
Где бы ни была Бо, с кем бы ни проводила время, – это была не ее забота. Какого черта! Эта рыжая могла быть одной из ее подружек. Интересно, что чувствовали ее девушки, когда вдруг видели ее с другими. Али вспомнила свою Хитер и Эллен, которая была до Хитер, а еще Донну – боже, неужели, в самом деле, прошло уже больше двух лет? Все они были яркими, интересными, привлекательными женщинами, и ей с ними очень нравилось. Али не чувствовала ни капли ревности, когда думала о том, что они, возможно, встречались с кем-то еще, кроме нее. А вообще, она редко вспоминала об этих женщинах в перерывах между свиданиями. Встречаясь с ними, Али просто хорошо проводила время. После свиданий она возвращалась к своей обычной жизни, почти что с облегчением.
