Читаем без скачивания Крест толкователей - Вадим Панов

Вспыхнул еще один фонарь, и Ракитин тут же попал в конус его света. Прозвучал хлопок. Пуля попала в ручку того фонаря, к которому тянулся Ракитин, и от удара тот завертелся волчком, разбрасывая по полу и стенам изорванные тенями световые пятна. Почти сразу же раздался еще один выстрел.

Ракитин отскочил к распахнутому окну и, не раздумывая, перемахнул за подоконник.

Это был четвертый этаж. За окном открывалась темная туманная бездна, прыгать в которую для нормального человека было бы чистым самоубийством. И все же Ракитин прыгнул — куда-то в сторону, оттолкнувшись ногою от внешнего бокового откоса окна.

Он пролетел метра два вниз и вбок, пока не уцепился руками за пожарную лестницу. Со всего маху он ударился грудной клеткой о стойку лестницы и сморщился от боли. Однако, для того, чтобы прийти в себя, ему потребовалось всего лишь несколько долей секунды. Он крепче перехватил руки и стал быстро спускаться вниз, пытаясь как можно скорее сократить расстояние между землею и собственным телом.

В окне появился Второй. Почти не целясь, он выпустил еще три пули в сторону Ракитина. Одна из пуль ударила в перекладину лестницы, в нескольких сантиметрах от руки Ракитина. Вибрация металла оказалась настолько резкой и внезапной, что пальцы капитана разжались сами собою, ноги сорвались с нижних ступеней, и он чуть не упал вниз, чудом удержавшись лишь на второй руке, которая была перекладиной ниже.

Его тело, висящее на одной руке, ушло в короткую дугу. Когда до края амплитуды оставалась сотая доля секунды, Ракитин бросил взгляд через плечо.

Вдоль угла дома, удерживаемая проржавевшими зажимами, выступающими из стены, шла оцинкованная водосточная труба.

Ракитин разжал пальцы и полетел прямо на нее.

Ему удалось зацепиться, но конструкция водоотвода была явно не рассчитана на то, чтобы выдерживать вес взрослого человека. Оцинкованный фрагмент, хоть и задержав скорость падения Ракитина, выломался из трубы. Держа его в руках, Ракитин изменил траекторию и исчез за углом дома. Труба, потеряв один из своих компонентов, тут же лишилась устойчивости и стала разваливаться на куски. Ее компоненты, сталкиваясь друг с другом и переворачиваясь в воздухе, полетели вниз.

Не удалось избежать силы гравитации и Глебу Андреевичу — он падал параллельным курсом, но уже по другую сторону угла дома.

Обломки с оглушительным грохотом попадали на тротуар. Ракитин, тоже с грохотом, упал на крышу пристройки, жестяная крыша которой оборвала его полет на уровне второго этажа.

Перевернувшись несколько раз, Глеб Андреевич перевалил за край крыши и приземлился на обе ноги. В нескольких метрах от него был забор.

Ракитин спрыгнул с забора и осмотрелся. Перед ним дремала ночная улица, освещенная редкими фонарями. Дома ее, плотно сомкнувшись, подобрались к самому краю тротуара.

Ракитин перевел дух и обернулся. Метрах в ста от него, наехав правой парой колес на тротуар, стоял черный джип.

Внезапно фары его вспыхнули. Завелся мотор. Джип резко, с визгом резины, вдруг взял с места и стал стремительно надвигаться на капитана.

Глеб Андреевич изо всех сил бежал по тротуару, вдоль стены дома. Он понимал, что смещение к центру улицы было бы для него убийственным — более удобной цели для наезда, оказавшейся посреди проезжей части, вообразить было бы трудно.

Единственный шанс спасения маячил впереди — это был чугунный фонарный столб, до которого оставалось несколько десятков метров. Именно он мог обеспечить сектор, в котором можно будет хоть на какое-то время укрыться от черной машины. Однако джип, не съезжая правыми колесами с тротуара, все наращивал скорость, подбираясь все ближе.

Ракитин с отчаянием бросил взгляд на окна первого этажа, которые проносились мимо него одно за другим. Каждое из них было надежно забрано решеткой. До столба еще было бежать и бежать, а джип уже почти настигал беглеца. Ракитин вдруг понял, что укрыться за столбом он уже не успеет.

Спасение пришло внезапно. Одно из окон, справа от Ракитина, оказалось вдруг без решетки. Более того — оно было слегка приоткрыто, будто приглашая к прыжку, и из-за полупрозрачной шторы лился мягкий свет.

Ракитин, не раздумывая, перемахнул через подоконник. В этот же момент крыло джипа со скрежетом ударило в стену, рассыпая искры. Именно в том месте, где секундой ранее должен был быть капитан.

Ракитин опустился на пол, сдернул с плеча занавеску и поспешно прикрыл за собой окно. Обернулся.

Капитан понял, что оказался в спальне. Прямо перед ним была расправлена широкая двуспальная кровать, по обеим сторонам которой горели на тумбочках по ночной лампе. На кровати, под разными одеялами, лежала пожилая супружеская пара. Голова женщины была украшена многочисленными папильотками, усы ее супруга были нафабрены и зафиксированы специальной сеткой, концы которой уходили через уши и были связаны на затылке.

Женщина держала в руках детектив в мягкой обложке, мужчина — развернутую газету. Опустив книгу, женщина внимательно посмотрела поверх очков на Ракитина. Мужчина вздохнул, сложил газету и откинул свое одеяло.

От удара, так и не достигшего цели, джип отбросило от стены. Машине теперь угрожала явная опасность — чугунный столб, за которым рассчитывал укрыться Ракитин. Внедорожник несло прямо на него, и отрезок до столба был слишком короток для успешного торможения. Завизжали тормоза, джип вильнул, накренился, и соскочил с тротуара. В последнюю секунду он все-таки объехал чугунное препятствие, и не врезаться в столб ему удалось лишь каким-то чудом.

Из груди Ракитина вырывалось частое дыхание. Он вытер запястьем лоб, покрытый потом, неестественно улыбнулся хозяевам комнаты и глупо проговорил:

— Извините, что без приглашения… но… Вы не подскажете, где выход?

Мужчина поднялся с кровати и распрямился перед Ракитиным во весь свой огромный рост. Семейные трусы его были натянуты до диафрагмы. С левой стороны волосатой груди была татуировка. Профили Ленина, Сталина и бородатого Карла Маркса напоминали сказочного змея о трех головах. Волевые взоры вождей поражали убийственным спокойствием. Они были устремлены в одну и ту же точку.

— Выход? — недобро переспросил мужчина. — Сейчас покажу.

Джип пронесся по пустынной улице еще метров пятьдесят. Внезапно он останавливается и сделал резкий разворот почти на месте — так разворачиваются каскадеры, используя силу инерции и ручной тормоз.

За окном, в глубине комнаты, в которой оказался капитан, вдруг прозвучал отчетливый удар. Стекло лопнуло. Спиной вперед, сквозь распахнувшуюся раму, на улицу кубарем вывалился Глеб Андреевич. Вокруг плеч его, как римская тога, была намотана сорванная с прищепок занавеска.

Обнаружив появление цели, джип взревел мотором и сорвался с места. Он опять стал стремительно набирать скорость, двигаясь прямо на Ракитина. Подняться капитану все не удавалось — движения его были скованы занавеской, и он беспомощно барахтался на проезжей части.

Внезапно визжа покрышками, из-за поворота вылетела еще одна машина. Взревев мотором, она повернула и помчалась навстречу джипу.

Ракитин попытался подняться в очередной раз, но снова упал, наступив на край занавески. Капитан был посередине проезжей части. Расстояние между машинами стремительно сокращалось, и встретиться они должны были, по-видимому, именно в той точке, где и барахтался на асфальте Ракитин.

Если бы капитану и удалось бы избежать своей участи под колесами джипа, то, без сомнения, он не смог бы миновать ее на пути второй машины.

Когда радиаторная решетка джипа была уже в паре метров от капитана, Ракитин рывком перекатился в сторону и оказался перед второй машиной. Джип с ревом пронесся мимо.

Вторая машина давить Глеба Андреевича почему-то не стала. Взяла в сторону, резко затормозила и остановилась, как вкопанная. Распахнулась открытая изнутри дверь. В это момент Ракитину, наконец, удалось освободиться от занавески. Он поднялся и посмотрел в салон. За рулем машины сидела Дементьева.

— Юлия?.. — проговорил Ракитин, не пытаясь скрыть удивления.

— Скорее!.. — нетерпеливо бросила Юлия Николаевна.

Ракитин посмотрел на джип. Тот резко остановился, повторив трюк с разворотом вокруг собственной оси. На крыше внедорожника вдруг вспыхнули дополнительные фары, и свет ударил прямо капитану в лицо. Взвыл мотор.

Дальнейшее наблюдение за взбесившимся джипом становилось слишком опасным, и Ракитин, без лишних слов, нырнул в машину Деминой и захлопнул за собой дверцу.

Юлия Николаевна переключила скорость и резко нажала на педаль газа. Машина сорвалась с места, и капитана прижало к спинке сиденья.