Сзади раздался вопль, тут же перешедший в бульканье. Резко обернувшись, я увидел, как еще один мальчишка валится с лошади, хватаясь руками за торчащий из горла нож, — Эллина последовала моему примеру. Сейчас она как раз тянула из ножен свой меч, но в эффективности этого сделанного под женскую руку прутика я не был уверен с самого начала. Однако времени размышлять не было, и я в свою очередь выхватил меч, на замахе распоров бок ближайшей лошади и одновременно перерубив ногу ее всадника чуть выше сапога.
До остальных только сейчас дошло, что их убивают и вообще соотношение двенадцать против двух сократилось до несерьезных семи. Впрочем, неудивительно — ведь прошло навряд ли больше пяти секунд, и времени на детальное осмысление ситуации я никому давать не собирался.
Еще один взмах рукой, ближайший ко мне парень схватился за лицо. Ерунда, царапина, сюррикеном убить не так просто, назначение этих железяк, которые я веером кинул в его сторону, как раз ошеломить, что и получилось. Щенок дернулся из-за поцарапанного лица, лошадь встала на дыбы от чиркнувшей по коже железки, а я, соответственно, успел добраться до вылетевшего из седла противника и ударить его мечом раньше, чем он успел хоть что-то сообразить.
Кобыла молотила копытами по воздуху, но мне было не до нее. Противников осталось пятеро — Эллина достала еще одного, и не просто достала, а ухитрилась запрыгнуть на его лошадь. Теперь она размахивала клинком, надвигаясь на ближайшего противника. Тот, впрочем, уже пришел в себя и довольно успешно оборонялся, противопоставив большему опыту наемницы некоторое преимущество в силе. В то время как они развлекались, фехтуя примерно на равных, четверо оставшихся двинулись на меня, намереваясь если не зарубить, то затоптать. Только, братцы, кто же вам даст это сделать?
Хлопушка… Простенькое заклинание, можно сказать, Детское. Никому от него вреда нет — всего-то яркая вспышка и резкий, бьющий по ушам грохот. Сил требует совсем мало и фонит максимум на полкилометра, так что не засечь. Но когда это заклинание срабатывает буквально перед копытами лошадей, они, что характерно, пугаются…
Дальше все просто. Вспышка, яркая даже сквозь прикрытые веки, встающие на дыбы, визжащие от страха кони, пытающиеся их удержать полуослепленные всадники… И мой меч, короткой льдистой вспышкой перечеркивающий их никчемные жизни.
Трое сразу же рухнули, и лишь четвертый, тот самый здоровяк, успел остановить своего коня, однако это его не спасло, потому что я, блокировав своим мечом его удар, повторил так хорошо мне послуживший трюк с переворачиванием транспортного средства. В смысле, толчком сбил с ног коня, и тот рухнул, молотя в воздухе копытами. Правда, его наездник все же оказался на высоте — успел не только сообразить, что происходит, но и выдернуть ноги из стремян. Счастливо избежав придавливания обезумевшей гнедой тушей, он ловко перекатился и, как мячик, вскочил на ноги. Все это было проделано с неожиданной для такого крупного человека ловкостью, даже меч он не выронил. И к его чести, не порезался о свою железку, что в подобной ситуации требовало определенных навыков и, чего уж там говорить, везения.
Сзади раздался короткий хрип. Чуть сместившись, чтобы не терять из поля зрения своего противника, я бросил взгляд назад. Ну, там все было в лучшем виде — Эллина гордо восседала в седле, а ее противник, зацепившись сапогами за стремена, висел головой вниз, с почти касавшихся земли пальцев бойко капала ярко-алая кровь. Всю эту картину я увидел и отметил в сознании почти мгновенно, даже про кровь подумал «артериальная», а потом резко стало не до того — здоровяк, похоже, не страдал избытком трусости, а может, успел прикинуть шансы на то, что его отпустят живым, и решительно двинулся мне навстречу.
Шел он красиво — в правой руке меч, в левой — дага. Ну, я со стороны, подозреваю, выглядел не хуже. Мой клинок был такой же длины, разве что немного шире и, соответственно, тяжелее, под мою силу. И гарда была очень развита, вся из переплетения стальных прутков, что представлялось, на взгляд местных, ненужным украшательством — здесь были в ходу эфесы попроще. Дагу я извлекать из ножен не стал, зато, быстро нагнувшись, подобрал меч одного из поверженных врагов. Игрушка была легкая и не очень удобная, вдобавок короче моего меча на полторы ладони, но сейчас это не играло роли.
Увидев второй клинок, мой и без того не грешащий щенячьим героизмом противник повел себя еще осторожнее — все правильно, обоеруких бойцов если и не боялись, то опасались всегда. Тем более когда этот самый боец и с одним-то мечом только что устроил здесь образцово-показательную бойню.
И все же свою первую ошибку он совершил почти сразу. Противника надо по умолчанию считать равным себе, это полезно для здоровья, его же, по-видимому, ввела в заблуждение моя стойка. Ну и плюс тот стиль, в котором он дрался, был пока что не особенно распространен, да и требовал намного больше времени и таланта на освоение, чем остальные. Соответственно, он, что вполне очевидно, решил, будто я им не владею. Наивный… Взглянул бы на мой меч, что ли. После того как я стандартно отбил стандартные же удары, а потом так же стандартно попытался атаковать, у юнца взыграло самомнение, а осторожность чуть притупилась. Обманное движение, колющий выпад… И кончик его клинка оказывается пойман теми самими стальными украшениями, которые вызывали неодобрительные смешки местных знатоков оружия. Заминка, совсем короткая, на то, чтобы освободить оружие, но мне этого хватило. Парировать удар второго меча своей более короткой дагой мальчишка не сумел, к тому же я сразу шагнул вперед и влево, ставя его в неудобную позицию, и кончик левого клинка чиркнул моего противника по запястью. Чуть позже, чем нужно, — он уже успел освободить свой меч, уже отдергивал руку и прыжком разрывал дистанцию, иначе лишился бы руки, но и без того получилось неплохо. Не знаю, были ли задеты крупные сосуды, однако в любом случае кровь текла бодро. Даже если он и не истечет ею в ближайшие минуты, и в боли в руке, и в скользящей в ладони рукояти приятного мало.
Очевидно, парень сразу же просчитал возможные последствия ранения, и сделал это не хуже меня. Дико взвыв и выплюнув короткое, грязное ругательство, он стремительно атаковал — в короткой схватке, как он считал, шансы у него еще имелись. Я думал несколько иначе, но, естественно, ничего не сказал. Во-первых, не видел смысла, а во-вторых, берег дыхание. Он, впрочем, тоже, но это ему не помогло, потому что сбить его он попросту не успел — схватка длилась не больше трех ударов сердца, после чего мой противник осел на землю куском бесчувственного мяса. Продолжалась она даже чуть больше, чем я рассчитывал, — все же долгие махания шпагами в стиле месье Дюма чаще всего относятся к художественному вымыслу. Реальный же бой, на мой взгляд, куда больше похож на описания действий тишком пошедшего налево мужа. Проще говоря, сунул-вынул и ушел. В общем, он умер, а я, положив на траву ненужный мне больше трофейный меч, принялся очищать свой клинок от крови, используя для этого кусок ткани, оторванный от камзола одного из трупов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
