Читаем без скачивания Варяги. Славяне. Русские - Евгений Кутузов

Пришло время обратиться к одной из самых загадочных фраз у Прокопия Кесарийского, о том, что некогда у склавенов и антов было одинаковое имя: «…И те и другие исстари назывались «спорами», потому, думаю, что жили рассеянно там и сям…» [143, III. 14.29.30]. Историк правильно истолковал слово «споры» — «рассеянные» (вспомним острова Спорады в Эгейском море и противоположное им название — Киклады), но туманно понял его смысл. К эпохе развитого железного века почти все население Западной Европы проживало в составе либо этносов, либо союзов племен, поэтому народ, проживающий мелкими племенами, был для них в диковинку, что и отразилось в названии «споры». Для объяснения этого странного термина — споры — была придумана неуклюжая версия, производящая его от слова «плуг» на иранских языках — «плужники», «пахари» (тадж. «сипор» — «грубый деревянный плуг»). Исходя из этого толкования, паралатов пытаются называть «спаралаты» [90, с. 23]. Но никто не сказал ничего вразумительного на тему: что общего между паралатами и праславянами. В VII–VIII вв., выйдя на широкую арену истории, славяне быстро начали консолидироваться в союзы племен, а последние затем — в этносы. Уже в IX в. славяне в подавляющей части известны под названиями союзов племен и под этническими названиями. У большинства славян период исторического бытия в форме союзов племен был коротким — максимум два-три века, затем произошел переход в этническую форму бытия. Этим славяне тоже отличались от других «языцев» вокруг себя, у которых союзы племен существовали многие века до формирования этносов. В некоторых случаях славянские этносы возникли минуя стадию союзов племен — на основе непосредственной консолидации малых коллективов (племен и чет) — прямо в этнос. По этой причине у таких этносов в качестве названия утвердился вариант общего этнонима — словене: словенцы, словаки, словене новгородские, если территория и численность консолидированных коллективов заведомо превышала рамки, обычные для союзов племен. [6 — Б.А. Рыбаков считает, что славяне называли себя словенцами, словаками, словенами в тех местах, где у них было тесное соседство с неславянскими этносами. Версия эта сомнительна, так как не только все славянские этносы имели неславянских соседей, но и большая часть славянских племенных союзов — тоже. Восточные славяне в Поднепровье тесно контактировали с неславянскими соседями, но этнические названия с корнем «словен» там неизвестны.]

Теперь вернемся к антам. Как уже сказано, в Поднепровье, в лесостепи, в VI в. была смесь различных этносов. Одни обитали там с доскифских времен, другие пришли вместе с гуннами. И вот начиная с VI в. в эти края, сначала тоненькими струйками, потом ручейками начал проникать славянский элемент. Это усложнило этническую картину, но постепенно, по мере роста славянского населения, славянский язык начал доминировать и превратился в язык межнационального общения. Одновременно начала складываться археологическая культура славянского облика, которую фиксируют современные археологи и недоумевают: где же предшествующие славянские древности? Только у немногих археологов, вроде И.И. Ляпушкина, хватило здравого смысла сделать правильный вывод, что и само появление славян в Поднепровье связано с роменско-боршевской культурой, возникшей в VI в. н. э. [109, с. 349–355]. Близкую дату в XVIII в. называл Г.-Ф. Миллер, он считал, что славяне в Восточной Европе появились около 400 года н. э.

Итак, в лесостепной зоне Восточной Европы сложилась ситуация, часто случающаяся в истории, — многоэтничное общество с доминирующим языком межнационального общения. Со временем оно все больше славянизировалось. Внешние наблюдатели воспринимали такое общество как некое единство и должны были членов его как-то называть. Роль такого собирательного названия и выполнял термин «анты».

Слово это давно уже этимологизировано совершенно правильно: анты — «окраинные жители», т. е. «украинцы», от индоиранского слова «ант» — «конец». Но слово это не только индоиранское. Очень похоже это слово звучит и в других индоевропейских языках. В русском языке было родственное слово «кон», теперь осталось только выражение «поставить на кон» и уменьшительное «конец». Также этот корень остался в словах «закон», «князь» («конязь»). Этот же корень входит в состав многих интернациональных терминов, в них он более похож на иранское слово «ант»: «кант», «контур», «континент», «кантон» (второй корень «тон» родственен русскому «тын») и др. В этот же ряд можно поставить Франш-Конте — область в центре Франции. Поэтому вполне возможно, что слово ант в Приднепровье происходит не из иранского, а из кентумитского языка, например из языка сколотов.

По какому же признаку современники выделяли среди венетов — антов? Иордан, несомненно, не сам придумал двучленное деление. Здесь я опять обращусь к рассуждениям о последствиях пересечения частью этноса геополитической границы. В этом случае происходит разрыв этнических связей, и часть этноса довольно скоро превращается в новый этнос, даже при сохранении на время единого языка. Еще раз напомню, что в геополитическом плане Европа как часть света делится на три зоны: Западная, Восточная, Юго-Восточная. Границы восточноевропейского геополитического региона на западе проходят примерно в тех местах, где проходила граница СССР (включая и переходную территорию между Западом и Востоком — Западная Украина, Западная Белоруссия, Прибалтика, а между Востоком и Юго-Востоком переходная зона — Молдавия). Славяне из Паннонии в своем движении на восток, перейдя Карпаты, пересекли геополитическую границу между Западом и Востоком и исторически быстро стали восприниматься сторонними наблюдателями как люди, отличные от славян, оставшихся на западе. В том же VI в. славяне стали поселяться южнее Дуная, и здесь возникла третья ветвь славян — южные славяне. Ранняя история славян очень наглядно демонстрирует, что деление Европы на три геополитические зоны — объективная реальность.

Отвечу на последний вопрос: почему после похода авар против антов в 602 г. название «анты» исчезло со страниц всех письменных источников. После аварского погрома часть населения погибла, часть попала в плен к аварам и была продана в рабство, часть бежала в леса на север. Социальные институты, державшие структуру антского общества, рухнули, население лесостепи катастрофически уменьшилось, а приток славянского элемента из-за Карпат продолжался. Да и местные уцелевшие славяне, очевидно, имели заметно более высокую рождаемость, нежели представители других этносов. Когда «улеглась пыль» от аварского погрома, оказалось, что на территории лесостепи от Карпат до Днепра и частично на север в леса проживают славяне, среди которых есть отдельные вкрапления других этносов: балтов, готов, скифов, сарматов и др. В то же время у славян активно шел процесс формирования союзов племен. Термин «анты» потерял смысл. Вместо антов появились северяне, поляне, древляне, волыняне. Но это уже начало русской истории, о чем будет далее.

Бросим снова взгляд на Паннонию, которую теперь можно назвать славянской прародиной № 2. В VI в. имела место экспансия славян не только на восток и на юг, но и на север. В середине VI в. Иордан зафиксировал такую ситуацию: «У левого их (Карпат) склона, спускающегося к северу, начиная от места рождения реки Вистулы на безмерных пространствах расположилось многолюдное племя венетов» [75, с. 67].

Итак, по свидетельству готского историка, к середине VI в. северная граница расселения славян соприкасалась с истоками Вислы и проходила в районе Северных Карпат. Иными словами, территория Чехии, Моравии, Словакии к этому времени была славянизирована, началась славянизация юга Польши. Чехию и Моравию до славян, очевидно, населяли главным образом кельты, ибо в чешском языке, как уже говорилось, крайне слабы следы балтского влияния. Дальше на север жили родственные славянам племена западных балтов — носителей пшеворской культуры. Здесь получается нестыковка с официальной хронологией. Принято считать, что пшеворская культура прекратила свое существование в V в. (по мнению польских историков, хронологические рамки пшеворской культуры даже II в. до и. э. — конец IV в. и. э.) [104, с. 108–114]. Самые ранние следы безусловно славянской археологической культуры датируются VI в. Но тогда нестыковка получается и в официальной польской хронологии. Между пшеворской культурой и ранними славянами получается «люфт» в полтора-два столетия. При любых условиях территория в центре Европы не может пустовать столь продолжительный срок.

Имеющийся в научной литературе фактический материал по этому вопросу обнаруживает большие неясности и путаницу. Польские археологи считают, что славянская керамика пражско-корчаковского облика имеет большое сходство с глиняной посудой пшеворской культуры. Весьма распространена точка зрения (не только у поляков), что пшеворская культура является славянской [157, с. 18–19]. Это противоречит не только концепции, здесь излагаемой (что было бы нормально), но и Иордану, который очень определенно говорит о северной границе расселения славян. Иордан, в отличие от скромного автора этих строк, современник того, о чем пишет, к тому же хорошо образованный. Если бы еще за сто лет до Иордана славяне жили на территории нынешней Польши, нет сомнения, что историк северной границей расселения славян указал бы берег Балтийского моря. Что лично меня удивляет: В.В. Седов в работе, на которую я только что сослался, всерьез относится к версии славянской идентичности пшеворской культуры и на этой же странице (с. 19) цитирует вышеприведенные строки из Иордана.