Читаем без скачивания В руках врага - Уоррен Мерфи

Ему потребовалось всего пять минут, и он уже знал, что Людмила с Чиуном укатили на взятом напрокат «роллс-ройсе» в пустыню, и всего пять секунд, чтобы угнать чужую машину со стоянки перед отелем и броситься за ними в погоню.

В считанные мгновения Римо уже мчался по шоссе через пустыню, выжимая педаль газа до отказа. Угнанный «форд» несся по прямому, как стрела, двухполосному шоссе со скоростью сто двадцать миль в час.

Через десять минут он заметил впереди здоровенный «роллс-ройс», припаркованный у обочины шоссе, а потом и следы на песке, ведущие к небольшому холму в семидесяти пяти ярдах от дороги.

Он выключил двигатель, рванул тормоз и выскочил на асфальт, прежде чем автомобиль перестал качаться на рессорах.

Песок был сплошь истоптан множеством ног, но Римо интересовала только одна пара отпечатков — сандалии Чиуна: они струились между другими отпечатками.

В три гигантских прыжка Римо достиг холма. Его взору предстала естественная впадина — чаша в грунте, окруженная почти правильным кругом холма. На песке, завернувшись в черный халат, сидел Чиун. Он сложил ладони и смотрел перед собой немигающими глазами.

— Косой ублюдок! — заорал Римо и со всех ног бросился по естественному амфитеатру, но потом сообразил, что Людмилы нигде нет.

— Ах, крысиный ублюдок! — крикнул Римо.

Чиун устремил на него взор.

— А я тебя жду.

— И мы! — раздались голоса у Римо за спиной. Он обернулся и увидел троих мужчин и Людмилу, спускающихся с вершины холма. У мужчин в руках были пистолеты. Римо перевел взгляд с Людмилы на Чиуна, а потом опять на Людмилу и сопровождавших ее троих мужчин.

Двое остановились сзади и направили на Римо оружие. Маршал Деня — он был третий — и Людмила прошли мимо Римо и остановились перед Чиуном.

— Людмила, — слабо позвал Римо. Она не отреагировала. Она на него даже не взглянула. А Деня взглянул.

— О лучшей ловушке и мечтать нельзя было. Сначала старик, а теперь и ты, америкашка. Пролитая кровь бойцов «Трески» теперь-то будет отмщена.

— Валяй! — сказал Римо. — Убей этого гада.

Деня вскинул пистолет и прицелился в Чиуна, сидящего всего в шести футах от него со сложенными ладонями.

— Чиун! — крикнул Римо. Но Чиун не ответил, и Римо внезапно понял все. Чиун намеревался добровольно расстаться с жизнью. — Чиун! — крикнул он опять.

— Только один человек может спасти мне жизнь, — сказал Чиун.

— Я спасу! — сказал Римо. — Я спасу. Только ради удовольствия самому убить тебя, коварный двуличный мошенник!

Чиун закрыл глаза.

— Дом Синанджу тысячелетиями держался на хрупкой нити, — сказал он. — Коли сейчас ее суждено оборвать Мастеру, которого я выбрал из многих и обучил, тогда мои глаза этого не увидят. Я призываю эту русскую смерть.

И словно соглашаясь оказать старику эту услугу, Деня вытянул руку с пистолетом и прицелился Чиуну в лоб. Римо увидел, как Людмила полезла в свою сумочку, достала оттуда портсигар и приготовилась закурить.

— Я спасу тебя! — закричал Римо. — Я спасу тебя, а потом своими руками сверну твою иссохшую шею!

Римо выстрелил обеими ступнями, направив удар пяток вверх. Он почувствовал, как ступни врезались в две руки, сжимающие пистолеты. Римо упал на ладони и, оттолкнувшись от песка, перенес вес тела вперед и вверх и вонзил пальцы обеих ног в два горла. Не обернувшись — он и так знал, что оба упали замертво, — он воспользовался их шеями как трамплином, чтобы прыгнуть к Дене, Людмиле и Чиуну.

— Григорий! — вскрикнула Людмила, увидев приближающегося Римо. Деня обернулся и направил пистолет на Римо. Тот остановился в пяти шагах от него, словно испугавшись его оружия.

— Так вот они — шуточки Синанджу, — улыбнулся Деня. — Будь я помоложе, америкашка, я бы и сам им обучился. — Он тяжело вздохнул. — Но сейчас, увы, не время и не место.

Он нажал на спусковой крючок. Но не попал в Римо с пяти шагов. Римо метнулся влево и замер, не шелохнувшись, на новом месте. Деня снова выстрелил и снова промазал, а Римо, поднявшись на цыпочки, медленно шагал к нему, извиваясь, семеня, скользя но песку, а Деня все стрелял, стрелял и... осечка! Обойма пистолета опустела, и Римо сделал последнее движение вперед, выхватил пистолет из рук Дени и ткнул стволом в горло русского шпиона. Деня закашлялся, точно кусок пирога попал ему в трахею, схватился за горло, но тут его рукам преградила путь рукоятка пистолета. Он схватился за пистолет, и со стороны могло показаться, будто он сам ударил себя пистолетом в горло. Он выдохнул — воздух с громким коротким шипением вырвался у него из груди — и тяжело повалился на песок.

Чиун открыл глаза и увидел склонившегося над ним Римо. Римо стоял, качаясь на ногах вперед-назад, словно накапливая достаточный запас внутренней энергии для удара.

— Ты покойник, Чиун, — тихо проговорил он. — Ты занимался любовью с моей женщиной. Как ты мог?

— Это было нетрудно, — ответил Чиун. — Она сама попросила. Она бы любого попросила, кто мог бы помочь ей убить тебя.

Римо заморгал и перевел взгляд с Чиуна на Людмилу Она стала энергично мотать головой.

— Он врет! Он врет! — закричала Людмила. — Он ворвался ко мне в номер и изнасиловал меня. О, как это было ужасно. Отвратительно!

Римо повернулся к Чиуну, неподвижно сидящему на песке.

— Да ты подумай, Римо! Что тут делают эти русские? Кого их послали убить? И кто привел их к тебе и ко мне?

— Ну хватит, Римо! — вмешалась Людмила. — Убей этого старого дурака, и поедем отсюда. В России ты начнешь новую жизнь — со мной.

Римо заколебался. Он стоял, сжимая и разжимая пальцы.

— Убей же его или я покину тебя! — настаивала Людмила. — Не буду же я тут стоять и жариться на солнце, дожидаясь, пока какой-то дурак примет решение. — Она щелкнула золотой зажигалкой и поднесла ее к губам.

Римо взглянул на Чиуна. Его ладони покоились на коленях, глаза были закрыты, но лицо поднято к небу, и его горло являло собой мишень, столь же открытую, как рот пьяного ирландца. Одного удара носком было достаточно, чтобы отправить его в мир иной. Вспороть ему глотку и оставить здесь на песке...

— Я жду, Римо! — напомнила Людмила. Римо все еще колебался, и Людмила прошла мимо него к телу маршала Дени. — Если ты этого не сделаешь, я это сделаю сама. — Она подняла с песка незаряженный пистолет и прицелилась в Чиуна.

Его левая рука плетью отлетела от бедра, и мелькнувшее в воздухе ребро ладони ударило по золотому мундштуку Людмилы и затолкало ей в глотку. Она взглянула на Римо широко раскрытыми фиалковыми глазами, в которых таился ужас и удивление, потом улыбнулась ему — улыбка внезапной радости (нет, и на этот раз она ей не удалась) — и умерла.

Римо пал на колени и, зарывшись лицом в тело Людмилы, зарыдал. Чиун поднялся на ноги, тихо приблизился к Римо и похлопал его по плечу.

— Она ведь хотела только одного — убить тебя, сынок.

И почти неосязаемо это мягкое похлопывание превратилось в могучий захват. Он одним рывком поднял Римо на ноги.

— Пошли, — сказал Чиун.

Все еще держа Римо за плечо, он повел его к дороге и стоящим там автомобилям.

Оказавшись на вершине холма, Римо взглянул на тело Людмилы и снова всхлипнул.

— Ведь я любил ее, папочка!

— Ну, и долго ты будешь мне пенять этим? — спросил Чиун. — Неужели целый день я буду слышать от тебя только жалобы?

Неделю спустя члены сенатского комитета по международным делам, которые устроили государственному секретарю и директору ЦРУ пристрастный допрос за закрытыми дверями, были вызваны к президенту Соединенных Штатов.

Президент раскрыл большой конверт, в котором лежало более двадцати паспортов. Он обвел взглядом тринадцать сенаторов, сидящих по разным углам кабинета в удобных кожаных креслах.

— Это паспорта двадцати четырех американских агентов, которых мы потеряли с того самого момента, как вы, шуты гороховые, стали совать свои длинные носы в дела нашей разведки.

Председатель комитета встал и начал было выражать протест. Президент Соединенных Штатов положил свою большую узловатую руку ему на плечо и усадил обратно в кресло.

— Сидите смирно и помалкивайте.

Президент достал другой конверт, набитый паспортами.

— А это фальшивые паспорта русских шпионов, которые убили наших людей. Они тоже уже покойники.

Он медленно обвел сидящих взглядом, на мгновение задерживая свой взор на лице каждого.

— Вы можете сделать соответствующий вывод, если хотите. Это ваше право. Но вот что я вам скажу. Только попробуйте еще раз сунуться в это дело, и я подвешу вас за задницы на дверях гаража. Когда я расскажу американскому народу, что вы несете полную ответственность за двадцать четыре убийства, считайте, вам очень крупно повезет, если вас самих не осудят. За убийство. Уяснили?

Все молчали.

— Вопросы есть?

Все молчали.

Через три дня сенатский комитет по международным делам вынес единодушное решение, что все сообщения о якобы имевшей место широкомасштабной разведывательной акции США в Западной Европе безосновательны, и отменили запланированное расследование.