— На следующей неделе моя компания публично объявит о существовании душеграммы, — пояснил он. — При этом будет рассказано о результатах еще одного дополнительного исследования. Но… но мне бы хотелось, чтобы ты первая о них услышала.
Кэти молчала.
— Я теперь знаю, когда душеграмма появляется у ребенка.
Его поза, выражавшая замешательство, его нерешительность многое ей объяснили. Она знала каждый его жест, понимала язык мимики и движений.
— О Боже, — вырвалось у Кэти, и в ее широко открытых глазах появился испуг. — Она появляется рано, да? Еще до того, как мы… когда мы…
Питер не ответил.
— О Боже, — повторила она, покачав головой. — Это были девяностые годы, — произнесла Кэти с такой интонацией, словно этим все уже было сказано.
Девяностые годы. В то время проблема абортов, как, впрочем, и большинство других проблем, была упрощена до смехотворного уровня лозунгов: «За выбор» — как будто имело смысл выступать против выбора; «За жизнь» — как будто кто-то был против жизни. Никакие полутона не признавались. В том кругу, к которому принадлежали Хобсоны, — кругу образованных, состоятельных жителей либеральной Восточной Канады — позиция «За выбор» была единственно возможной.
Девяностые.
Эти политически корректные девяностые.
Питер слегка пожал плечами.
— Полной уверенности нет. Мы сделали это примерно в то время, когда душеграмма должна была появиться. — Он помолчал, не зная, что еще сказать. — Возможно, все было в порядке.
— Или это могло оказаться… могло оказаться…
Питер кивнул:
— Мне очень жаль, Кэти.
Она закусила нижнюю губу, растерянная и подавленная. Питер протянул руку и погладил ее ладонь.
ГЛАВА 15
У компании «Хобсон мониторинг» имелась стандартная база данных с именами и сетевыми адресами журналистов, пишущих на медицинские темы, которым по всему миру рассылались электронные пресс-релизы о новых разработках компании. Некоторые высокопоставленные служащие предлагали разослать этот конкретный пресс-релиз также редакторам религиозных отделов, но Питер запретил. Он по-прежнему чувствовал себя неуверенно в отношении моральных аспектов своего открытия. Кроме того, нетрудно было догадаться, что скоро все газетчики, начиная с репортеров «Нэшнл инквайрер», начнут выпрашивать у него интервью. Приглашение на пресс-конференцию было разослано электронной почтой и с курьерами за три дня до самого события. Питеру не очень понравилась его формулировка, но Джоджиндер Сингх, его главный специалист по связям с общественностью, упорно отстаивал следующий текст:
«Хобсон мониторинг лимитед» приглашает Вас на пресс-конференцию, которая состоится в четверг, 20 октября, в 10:00 утра в зале 104 Торонтского центра конгрессов. Мы обнародуем фундаментальное научное открытие. Простите, ребята, — никаких намеков, пока вы туда не явитесь. Мы обещаем мировую сенсацию. Те, кто не сможет присутствовать лично, свяжитесь с Джоджиндером в «Хобсон мониторинг» относительно деталей предоставления видеосвязи.
Несколько репортеров действительно постарались разнюхать, не является ли обещанный доклад просто рекламой новых образцов больничного оборудования, но у них ничего не вышло. Никакой предварительной информации не сообщалось. Оставалось лишь дожидаться четверга. А затем…
Примерно сорок репортеров явились на эту пресс-конференцию — компания «Хобсон мониторинг» лишь однажды собирала больше, в тот раз, когда объявила о первом выпуске своих акций для всех желающих. Питер знал по имени половину репортеров: Бака Пикарца, медицинского корреспондента «Торонто стар»; Кори Тика, его коллегу из «Глоб энд Мэйл»; Лайану Делани из «Си-би-си ньюсуорлд»; того толстяка, который поставлял новости из Канады в «Буффало ньюс»; одного худого парня из «Ю-Эс-Эй тудэй» и многих других. Репортеры лакомились свежими фруктами и потягивали кофе, болтая друг с другом. Их удивило, что они не получили заранее пресс-релизы, хотя Питер и Джоджиндер заверили, что полные наборы материалов, включая диски с данными и стенограммы ответов Питера, будут розданы всем при выходе. Некоторые из присутствующих на пресс-конференции журналистов все равно снимут на пленку все, что тут будет происходить.
Кэти взяла выходной, чтобы быть вместе с Питером. В четверть одиннадцатого он поднялся на подиум. Кэти ободряюще улыбнулась, и, несмотря на дрожь в коленях, он почувствовал прилив сил.
— Привет, друзья, — сказал он, улыбнувшись им всем вместе, а затем персонально Кэти, припасенной специально для нее особенной, долгой улыбкой. — Спасибо, что нашли время для нашего доклада. Пожалуйста, простите за всю эту секретность — я понимаю, что она несколько отдает мелодрамой. Но то, что мы собираемся сегодня объявить, очень необычно, и нам нужна была уверенность, что первыми об этом узнают заслуживающие доверия журналисты. — Он снова улыбнулся. — Джоджиндер, ты не мог бы убавить освещение? Спасибо. Теперь прошу всех смотреть на стенной монитор. Каждый из вас при выходе из зала получит копию записи, которую я сейчас продемонстрирую. Все уселись? Джоджиндер, пожалуйста, покажи демонстрационную запись.
Журналисты внимательно смотрели на экран, а Питер тем временем комментировал проигрываемую в замедленном темпе запись смерти Пегги Феннелл, полученную мозговым сканером. Питер включил в свой рассказ немало технических подробностей — это были, в конце концов, медицинские журналисты. Когда монитор показал, как душеграмма действительно вышла из головы миссис Феннелл, по аудитории прокатилась волна шепота.
— Проиграйте, пожалуйста, еще раз этот последний кусок, — крикнул Пикарц из «Стар». Питер сделал Джоджиндеру знак выполнить эту просьбу.
— Что это в точности такое? — спросил другой репортер.
Питер взглянул на Кэти, сидевшую в первом ряду. Она подмигнула ему. Он демонстративно пожал плечами:
— Это устойчивое компактное электромагнитное поле, покидающее тело через висок в момент смерти.
— Точно в момент смерти? — спросила Делани, женщина из «Ньюсуорлд».
— Да. Это последний всплеск электрической активности мозга.
— Значит — значит, это что такое? — переспросила она. — Вы хотите сказать, что это что-то вроде души? — Она произнесла это слово насмешливо, чтобы в случае необходимости все можно было обратить в шутку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
