Мы становимся в очередь за билетами на паром до Родоса, ближайшего из греческих островов, расположенного в 50 милях к югу. Тот факт, что мы везем с собой оборудование и багаж для путешествия вокруг света, отнюдь не облегчает наше положение. Эти небольшие кораблики плотно упаковываются, вмещая 200 человек на борту Однако посредством красноречия и тяжких трудов Клем и Анжела обеспечивают нас местами, и мы присоединяемся к публике с рюкзаками и итальянским байкерам.
Остров Родос. Естественный акрополь и средневековые укрепления в городке Линдос
Путь на Родос начинается идиллическим образом: наш кораблик протискивается сквозь узкий выход из залива и пускается бежать вдоль полуострова Бозбурун по бесспорно бирюзовому морю. Однако за концом полуострова нас караулит крепкий западный ветер, задувающий как раз в правый борт. Итальянцы бегут на корму привязывать свои BMW, а первая же выхлестнувшая на верхнюю палубу волна вызывает массовый исход любителей солнечных ванн с промокшими книжками в руках.
Ближе к обеду мы высаживаемся на сушу у подножия хорошо сохранившихся городских укреплений Родоса. Их построили рыцари Святого Иоанна, захватившие остров в 1309 г. Турки владели им почти 400 лет, пока не были изгнаны итальянцами в 1912-м. Родос вошел в состав Греции только в 1945 г. Мы устраиваемся в крошечном и оригинальном пансионе под названием «Cava d’Oro», встроенном в городскую стену и называющем датой своего основания 1281 г. Здесь тесно и просто, и гостиничка эта как будто бы сама привлекает людей с рюкзаками, то и дело застревающими в дверях со своими внушительными ношами.
Свой брат йоркширец — астролог Патрик Уолкер — пригласил нас на чай в собственный дом в Линдосе, находящемся примерно в 15 милях отсюда. Линдос — городок компактный, и его резко очерченные аккуратные и чистые беленые дома сверкают на солнце, которое сегодня днем настроено жарить без всяких колебаний или пощады. Колючий чертополох у дороги выбелен до желтизны, а дикие цветы, которым, вероятно, было позволено покрасоваться всего каких-нибудь две с половиной недели, давно пожухли. Посреди замощенного галькой двора привлекательного, поставленного уголком дома, возле апельсинных, лимонных и танжеринных деревьев Патрик Уолкер угощает нас знатным английским чаем (он даже испек торт, украшенный картой нашего путешествия) и предостерегает в отношении ретроградного Меркурия. «Такой планета Меркурий называется, когда как бы совершает обратный путь по небу… на самом деле это не так, просто так кажется нашему взгляду… и в это время она оказывает негативное воздействие на все формы сообщения и путешествия, нарушая их». Такое явление наблюдается примерно три раза в году, и меня абсолютно не удивляет то, что Меркурий в данный момент находится в ретрограде и пробудет в нем в течение следующей недели. Так как последние дни любого периода «бывают наиболее коварными», мы должны предвидеть транспортные трудности на пути в Египет. Заглянув в свою книгу планетарных движений, он сообщает радостную весть: подобная ситуация снова ждет нас в конце ноября, когда настанет пора отправляться из Южной Африки на Южный полюс.
Не думаю, чтобы Патрику нравилось быть недобрым вестником. Заметив, как помрачнели наши лица, он пытается ободрить нас. Астрология, говорит он, — это искусство, а не наука. «Все ожидают от астролога безошибочных предсказаний. Как и всякий человек, я могу ошибиться, особенно в том, что касается… сами понимаете… моей личной жизни».
Его личная жизнь кажется мне весьма привлекательной. Особенно если посмотреть на предзакатное небо над предложенным нам бокалом шампанского — в сторону моря, над крышами построенных крестоносцами домов. Второй раз за сегодняшний день я ощущаю внутреннее тяготение к оседлой жизни.
День 48: Родос
5:30. Ровно через полчаса Клем и вся команда готовы к походу.
— Куда так рано?
— Самая пора. Пока на улицах немного народа. Вангелис Павлидес, политический карикатурист и местный историк, согласился взять на себя роль моего проводника по Родосу. Он подъезжает на своем старомодном мотоцикле BMW, и, перехватив свежего хлеба у местного пекаря, мы пускаемся в обход старого города. Вангелис — хороший спутник. Он любит свой город, хотя и не без критической нотки. С его точки зрения, сточная система в городе за 400 лет до Рождества Христова функционировала лучше, чем теперь. Тогда в городе обитало около 300 000 человек, а теперь население сократилось до 80 000 душ.
Одной из самых симпатичных артерий Родоса является улица Рыцарей. Ее называют самой старой среди улиц Греции, поскольку она следует линии, проложенной еще в V в. до Р. X. Череда великолепных средневековых фасадов поднимается по склону холма, свидетельствуя о великих богатствах, собранных поклявшимися соблюдать обет бедности и безбрачия рыцарями таинственного Ордена Святого Иоанна. Вангелис рассказывает нам, что рыцари проникли на остров, замаскировавшись под овец. Самих рыцарей никогда не насчитывалось больше 400 (когда им были нужны солдаты, рыцари нанимали их), и они удерживали остров до 1522 г. После этого орден нашел убежище на Мальте и существует там по сей день. Он поддерживает прочные связи с Ватиканом и до сих пор владеет недвижимостью на самой старой улице Греции.
Вновь оказавшись в своей квартире, вымощенной шиферной плиткой, привезенной из северной Греции, Вангелис сбрасывает туфли и показывает мне некоторые из сделанных им набросков для книги по истории средневекового Родоса. В квартире его полно восхитительных предметов, в том числе старинная фотокамера, которую Вангелис унаследовал от своего деда, определявшего выдержку по молитве «Отче наш». Обедаем мы пиццей на его балконе, выходящем на пляж, забитый отдыхающими. Тысяча розовых тел неторопливо крутит тысячи красных педалей на просторах залива. Вангелис говорит, что многих из его старых соседей прогнало наехавшее многолюдье, и сам он собирается завтра на Крит, чтобы отдохнуть пару недель в тишине на парусной лодке.
Кипр
День 49: С Родоса в Лимасол
Но мы отплываем еще раньше. У меня остается время только позвонить дочери и узнать, как она сдала экзамены. Оценки хорошие, и у меня возникает желание попраздновать, однако времени у нас хватает только на то, чтобы спуститься к пристани и погрузиться на борт «Серебряной голубки» — круизного лайнера из Лимасола. Конечным пунктом назначения является Хайфа, и большинство пассажиров — израильтяне, возвращающиеся после проведенного в материковой Греции отпуска. Нам достаточно пространно растолковывают требования службы безопасности, учат соблюдать всякие предосторожности и сообщать о любых подозрительных предметах Большая часть нашего оборудования благополучно находится внизу, что позволяет Бэзилу разразиться за ужином новым шедевром. Услышав от Клема просьбу поделиться одним из своих соусов, чтобы оживить скучный морковный суп, он отвечает громким и негодующим тоном: «О нет! Бомба в трюме». (См. главку «День 31: Новгород».)
