Оба словно растворились в воздухе.
Незнакомец услышал глухой стук, словно что-то или кто-то упал с высоты. Сердце его сжалось. Звук доносился со стороны крыла Маккензи-Мэнор более старой постройки. Спрятавшись за древесный ствол, он стоял неподвижно, пристально глядя на дом, за которым наблюдал последние двенадцать часов.
Там. В окне. Юная леди выглянула и посмотрела вниз, потом стала искать глазами кого-то. Его?
Незнакомец прищурился. Может, это она и есть?
Она отошла от окна и быстро пошла по коридору в новое крыло, туда, где много света и много людей.
Затем он увидел движение внизу, под окнами. Кто-то его заметил. Некто, кто умел двигаться так же быстро и осторожно и так же умело прятался. Кто-то, кто шел по его следу.
Ему была знакома эта манера бега, бега пригнувшись, с опущенной головой. Он узнал ее, потому что с того самого дня, как он сбежал из темницы, ему постоянно приходилось уходить от преследования. И если его поймают, то непременно убьют. Но лишь в том случае, если смогут его найти.
Он осторожно отступил, следуя тому же маршруту отступления, что уже успел просчитать. Он двигался бесшумно. Не оставляя следов.
Это был принц Ришарта Рейнджер.
Он пришел, чтобы найти принцессу.
Англия. Загородная местность
За пять лет до описываемых событий
Клариса стояла за воротами привилегированной школы для девочек, которая была ее домом и домом ее сестры Эми целых три года. Школа размещалась в импозантном особняке, и лужайка, и парк, и сам дом содержались в отменном порядке и радовали глаз. Летом высокие дубы укрывали девочек от солнца во время моциона. А теперь ветер сорвал с дубов последние листья. Голые ветви царапали серое небо своими костлявыми пальцами. Близилась зима.
Сюда бабушка тайно доставила Кларису и Эми, когда страна забилась в конвульсиях революции. Здесь они получали образование и здесь с ними обращались как с принцессами и как с учащимися. Классная дама не стала раскрывать их инкогнито, но миссис Китлинг всячески о них заботилась и обращалась с ними, как того требовал их титул.
И сейчас, вцепившись в прутья ограды, Клариса смотрела на свою школу, на парк, на лужайку, пытаясь понять, почему так случилось, что их отсюда выгоняют.
Эми потянула ее за руку:
– Клариса, мы едем домой? В Бомонтань? Мы можем вернуться домой?
– Не знаю. – Клариса взглянула на свою двенадцатилетнюю сестру, нескладную девочку-подростка, которая так и не поняла, что с ними сегодня случилось. Клариса и сама не понимала. – Я не могла поговорить с классной дамой. Она отказалась со мной разговаривать. – Отказала ей, принцессе! Как будто она была настырной служанкой, требующей, чтобы ее приняли на работу.
Последние несколько месяцев, почтительность миссис Китлинг стремительно шла на убыль. Она все чаще говорила о том, что не всем по карману благотворительность, и при этом выразительно поглядывала на юных принцесс.
И что еще важнее, от бабушки не приходило писем. Каждый месяц она писала им о ходе развития событий, сообщала о том, как идут дела у Сорчи, напоминала о том, как должны вести себя принцессы, и требовала ответных писем. Но вот уже четыре месяца от нее не было ни весточки.
Клариса прижалась лбом к холодной решетке. Она не позволяла себе думать о худшем, но… что, если и бабушка умерла? Что тогда им делать?
– Где Джойси и Бетти? – не унималась Эми. – Они наши служанки. Они должны о нас заботиться.
– Не знаю, никто не сказал мне, где их найти. – Три учительницы, проводившие их до ворот, избегали встречаться с ней взглядами и притворялись, будто не слышат ее вопросов.
Никогда еще Клариса не чувствовала себя такой беспомощной. Даже три с половиной года назад, когда революционеры перевернули вверх дном столицу. Или три года назад, когда бабушка отправила принцесс прочь из страны, разлучив сестер ради их безопасности. Или год назад, когда Клариса узнала о том, что ее отец погиб в схватке.
Эми, не догадываясь о мрачных раздумьях Кларисы, продолжала канючить, дергая Кларису за рукав:
– Джойс и Бетти наши горничные. Мы возьмем их с собой. – Клариса похлопала Эми по руке:
– Они нам не принадлежат. Но мне бы хотелось поговорить с ними, прежде чем мы уедем отсюда. – Клариса зябко повела плечами. Они с Эми не могли стоять тут, как нищенки. На улице становилось все холоднее. Кое-какая одежда, которую она второпях успела прихватить с собой, находилась в маленькой сумке, которую она поставила на землю у ног. Бархатные плащи и элегантные чепчики не спасут от холодного дождя. – Я думаю, мы должны найти Сорчу и ехать домой. У нас нет выбора. Нам больше некуда идти. Возможно, мы нужны бабушке. – Клариса потащила Эми за собой прочь от школы по обсаженной липами аллее. – У нас нет ни пенса, но мы попросим, чтобы нас приютили на ночь в гостинице в Вейре.
– Что, если нас туда не пустят?
– Пустят, – ответила Клариса, хотя не была в этом уверена.
– А если не пустят? Помнишь, мы видели тех детей в работном доме? Грязные, тощие, в лохмотьях, многие с синяками и ссадинами, а у одного мальчика сломана рука. Помнишь? Что, если они отправят нас туда?
Конечно, Клариса помнила. Как она могла забыть? Но тут знакомый голос избавил Кларису от необходимости отвечать:
– Ваше высочество, пожалуйста, подождите!
Клариса обернулась и увидела Бетти. Она со всех ног бежала к ним через лужайку. На ней не было ни капота, ни чепца, тяжелая сумка била ее по коленям.
– Бетти! – Клариса с чувством громадного облегчения протянула руки сквозь прутья решетки и сжала в ладонях холодные руки Бетти. – Слава Богу! Я так беспокоилась за тебя. Ты готова ехать с нами? Это твои вещи?
– Ах нет, ваше высочество! – Бетти тревожно посмотрела через плечо, словно боялась, что ее застукают на месте преступления. – Это ваши вещи. Ваши кремы и мази от королевы Клавдии и еще кое-что из вашей одежды и одежды принцессы Эми.
– Ты разве не едешь с нами? – спросила Эми.
– Не могу. Хозяйка мне не позволит, и Джойс тоже. Хозяйка сказала… она сказала, что мы можем остаться, если будем прислуживать другим девушкам. Чтобы… чтобы возместить убытки, которые они понесли с тех пор, как… как перестали поступать деньги.
– Что ты хочешь сказать? – резко спросила Клариса. Бетти понизила голос до шепота:
– Около полугода назад. Об этом слуги шептались.
– Почему ты мне не сказала? – Возможно, Клариса могла бы поговорить с миссис Китлинг и объяснить ей, что… что… она не знала, что она стала бы ей объяснять. Но она могла бы попытаться как-то все уладить.
– Вы принцесса. Я не знала, что она вас вышвырнет, – жалобно ответила Бетти.
