гвалт и толкотня, царившие в торговом центре, утомляли мальчика.
Но Тимофей переносил трудности стоически. Он честно отрабатывал свои смены, а Семён Семёныч всё чётко в назначенные сроки оплачивал. Домой Тимофей возвращался страшно уставшим, но довольным. Он не только учился в одной из лучших школ города. Он зарабатывал деньги…
Глава двадцать первая.
Джип Никодима мчался по федеральной трассе в сторону столицы.
В итоге они ехали впятером, а инструменты лежали в багажнике. Юля сидела впереди, рядом с водителем, а музыканты на заднем сидении. В последний момент Юля смогла уговорить поехать с ними гитариста Ярослава.
– Это наш шанс! – напирала Юлия. – Наш шанс заявить о себе в полный голос.
– Сколько их уже было, этих шансов, – ворчал в ответ Ярослав.
– Но у Никодима же получилось! И у нас получится!
– Вы уже ездили в Москву, – напомнил ей Ярослав. – На разогреве у самого Галанина выступали. И что ты там пела? Ла-ла-ла, пам-пам-пам?
– Сейчас всё будет иначе, – уверяла его Юлия, и в итоге гитарист сдался.
Никодим показал друзьям афишу концерта, в котором им предстояло участвовать. Там было написано: «Вечерний звон + специальный гость».
– Вообще-то этим гостем должна была стать виолончелистка из консерватории, – заметил с усмешкой Никодим. – Но в итоге спец-гостем будете вы. И главное, никакой дезинформации. Кто его знает, что за гость планировался.
Он помолчал, а потом добавил.
– Реакция публики на ваше выступление, конечно, важна. Но самое главное, что скажет наш продюсер, господин Гольцман. Он будет там. Если бы не он, не было бы никакого «Вечернего звона». Он один поверил в нас два года назад и вложился в раскрутку.
– Что-то не доверяю я богатым евреям… – проворчал барабанщик Карим, но Никодим сделал вид, что не услышал его реплику.
Разговор сам собой сошёл на нет. Минут двадцать они ехали молча. Потом Юля протянула Никодиму флэшку.
– Включи музыку, – попросила она. – Скучно что-то.
Из колонок джипа зазвучали переливы флейты под аккомпанемент фортепиано.
– О, интересно. Ренессансные гармонии? – произнёс Никодим, вслушиваясь в мелодию.
– Типа того, – улыбнулась Юля.
Внезапно флейта и фортепиано стихли и взревела электрогитара, к ней подключились ударные, а потом зазвучал энергичный женский вокал. Солистка пела по-итальянски, и пела очень качественно.
– Ого! – Никодим присвистнул. – Это что-то новенькое. В первый раз слышу. А я в музыке кое-что смыслю. Кто такие?
– Из нашего города ребята. Школьный ансамбль.
– Школьный?! – Никодим покосился на подругу с недоверием. – Ты шутишь?
– Какие шутки. Учителя из лицея собрали группу. Он – гитара, она – фортепиано. Остальные инструменты – ученики старших классов. Музыка Возрождения с тяжёлой гитарой – такое не каждый день услышишь, да. «Ренессанс» называются.
– Очень интересно… – пробормотал Никодим.
Им как раз хватило содержимого флэшки до того момента, когда впереди показался указатель: «До Москвы 100 километров».
– Уже близко, – улыбнулся Никодим. – Немного осталось.
Три часа спустя Юлия и её группа заселились в гостиницу. До концерта оставались ровно сутки.
– Ну, парни, это наш шанс, – сказала Юля, когда мужчины собрались в её номере на небольшое совещание. – Я почитала в интернете про этого Гольцмана. Его зовут Исаак Маркович. Он владеет лейблом, звукозаписывающей студией. У него свой рок-клуб.
– Нет у меня доверия к старым богатым евреям…– продолжал ворчать барабанщик.
– Слушай, хватит, а? – напустился на Карима басист Эдмон. – Какая разница, еврей, не еврей? Никодим человек! Он с кем попало работать не станет.
– Когда тебе деньги платят, с самим чёртом водиться станешь, – проворчал Карим.
Юля стукнула по столку кулаком. Мужчины тут же смолкли.
– Алё, гараж! Вы совсем охренели?! Да какая, блин, разница? Наше дело – выступить. Играем как в последний раз. А сейчас – всем спать. Силы нам понадобятся.
Глава двадцать вторая.
Тимофей и Камила вышли из лицея. Они немного задержались после уроков, Камила обсуждала с Игнатием Михайловичем, который выступал как научный руководитель её проекта, некоторые технические детали работы для конкурса «Школа будущего». За это время все лицеисты, у которых закончились уроки, успели разойтись по домам. Школьный двор опустел. Только возле калитки стояли трое парней. Приглядевшись, Тимофей понял, что это Егор Григорьев, Коля Перепёлкин и Андрей Нелюбов. Они перегородили единственный путь с территории школы.
– Тим, нас ждут, – шепнула Камила. – Кажется, драться хотят.
– Вижу! – отвечал парень. – Ничё, прорвёмся.
Калитка была единственным легальным выходом. Покинуть территорию лицея можно было через ворота, но их открывали только для того, чтобы пропустить грузовые машины. Можно было перелезть через забор. И если бы у калитки их ждала толпа с битами и арматурой, Тимофей так и поступил бы. Но Егора и его дружков он не боялся.
«Их трое, нас двое. Силы вполне равны! – рассуждал Тимофей. – Ещё вопрос, кто кого».
Егора, Колю и Андрея он не боялся. Спортом эти ребята не занимались. Они вообще вряд ли имели опыт уличных драк, в отличие от Тимофея и Камилы.
Коля Перепёлкин отошёл чуть в сторону, достал мобильный телефон и приготовился снимать. За забором стояли две девчонки из их класса, которые общались с Егором. Они тоже готовились снимать происходящее.
– Ах вы, ссыкуны! – выдохнул Тимофей.
Только сейчас он понял, какую ловушку приготовили им враги.
Егор стоял прямо на пути. Подойти к калитке, не задев его, было невозможно. На Егора со всех сторон направлены камеры. Стоит Тимофею задеть его хотя бы плечом, это тут же снимут. После этого видео немедленно отправят «куда надо», и в итоге Тимофей и Камила с большой долей вероятности вылетят из лицея.
Комбинацию разработали нехитрую, но эффективную. Даже если Егор первым ударит Тимофея, видео обрежут, где надо, и представят всё так, что драку начал новенький.
Тимофей остановился, снял с плеча рюкзак и небрежно положил его на асфальт. Камила встала рядом, сжала кулаки, приняла боевую стойку.
– Нет, детка, – сказал Тимофей нарочито громко. – Мы не будем их бить.
– Почему это? – спросила Камила.
– Они, гады, именно этого от нас и ждут. Даже если ты его ладошкой по попке шлёпнешь…
При этих словах Тимофея Егор побагровел от гнева.
– Они и в этом случае скажут, что это было зверское избиение. Стой спокойно.
Так они стояли минут пять молча. Тимофей демонстративно засунул руки в карманы и делал вид, что ему всё равно. Камила заметно нервничала, но тоже держала себя в руках.
Тимофей давно разгадал замысел врагов. Последнее, что ему стоило делать, это кидаться в бой. Но как поступить дальше, этого парень пока не знал. Он понимал одно: время на их стороне. Во двор может выйти охранник, учитель или ещё кто-то. Тогда провокаторам придётся удирать.
– Так и будем смотреть друг на друга? Или начнём драться? – произнёс Андрей Нелюбов голосом героя из фильма «Кингсмэн».
– Деритесь! – небрежно ответил Тимофей. – Нам какое дело.
– Уберите свои камеры! – крикнула Камила, не выдержав напряжения. – Сойдёмся в честном бою.
Но нападать никто не решился. Егор отлично понимал, что нападение на двух подростков, которые просто стоят и не сопротивляются,
