окажутся ложными, то дети на тебя еще больше рассердятся, — вываливаю я.
— Не рассердятся, — отмахивается Рома.
Милана кутается в свою шубу и смотрит в окошко, игнорируя наш разговор. Старается пропускать сквозь уши и не вмешивается, за что я ей очень благодарна.
Хоть с подругой мне повезло. Не то, что с супругом.
— А я говорю, что рассердятся! Ты вообще представляешь, что сейчас творишь? Мы только жить спокойно начали, а ты снова нас дергаешь! — бесконтрольно повышаю голос.
— Моя мама сказала, что дети переезжали от нее с неохотой. Они только рады будут вернуться!
— Ром, хватит, а? — озлобленно хмурюсь я. — Ты прекрасно знаешь, почему детям так сильно нравится у твоей мамы жить!
По его лицу скользит довольная улыбка, а мне совсем не до смеха и не радости.
Перевожу взгляд в окошко и издалека замечаю Максима с Олесей.
Сердце удар пропускает, когда вижу над верхней губой сына струйку крови. Внутри все сжимается, и я только напряженно моргаю.
— О боже… — шепчу побледневшими от шока губами и распахиваю дверь машины. — Максим!
Иду к сыну быстрым шагом.
— Да мам, блин, — уворачивается от моих прикосновений.
— Максим! Что случилось?
Олеся тупит взгляд и поджимает губы.
— Все нормально! — огрызается на меня сын.
— Что произошло? — вновь спрашиваю я строгим тоном и смотрю теперь на дочь.
Раз уж ее братец столь немногословен, может, она мне что-то объяснит.
— Мам… — пикает Олеся и ежится, словно от холода.
— Какого хрена? — рычит голос Ромы где-то у меня над ухом.
— Нормально все. Просто подрался с одноклассником! — выдает Максим невозмутимо.
Я удивленно приподнимаю брови. Мой Максим подрался? С одноклассником?
Раньше мой сын так себя не вел. Он у меня вообще спокойный парень. Мой одуванчик.
А тут и губа разбита, и на костяшкам пальцев кровоподтеки. И даже его светлые волосы дыбом стоят. Куртка нараспашку, карман порван. Вид, как у оборванца.
— Зачем ты подрался? — голос Ромы полон недоумения.
— Какая разница? — недовольно бурчит Максим. — Как будто вам есть до меня какое-то дело.
По сердцу кипяток.
— А ты думаешь, нам нет до тебя дела? — шепчу ошалело.
— Поехали уже, куда вы там собирались нас вести, — отмахивается сын и идет к машине.
Милана сторонится и пропускает Максима в салон машины.
— Олеся, из-за чего произошла драка? — спрашивает Рома у нашей дочери.
Она вновь губу прикусывает и молчит. Ну да, она же с отцом не разговаривает.
— Расскажи мне все, — умоляюще произношу я. — Что случилось, м?
— Если Максим захочет, он сам расскажет, — виновато пожимает плечами Олеська и тоже идет к машине.
Я в полной растерянности и ничего не понимаю. Только смотрю на Рому вопросительно.
— Что? — цедит он сквозь зубы. — Я немного от детей отдалился, а ты их до такой степени разбаловала, что от родителей нос воротят!
— Я разбаловала?
— А кто? Меня в их жизни нет, и вот наш сын скатился до драк с одноклассниками!
Меня просто прошибает возмущением и злостью от его слов. Пытается меня в чем-то обвинить, хотя во всем сам!
Если бы он не облизывался на свою первую любовь и не променял нашу семью на дрянь с большими сиськами, то все было бы замечательно.
— Ну что вы такие недалекие? — с насмешкой спрашивает Милана. — Разве не понятно, почему мальчики в четырнадцать лет могут подраться?
Мы с Ромой переглядываемся, а затем устремляем наши взгляды на мою подругу.
— Любовь у вашего Максика! Девочку с одноклассником не поделил!
Глава 32
Я сижу между детьми. Максим смотрит в окно, показательно от меня отвернувшись. Олеся рассматривает свои пальцы на руках и поджимает губы, периодически тяжело вздыхает.
Рома посматривает на нас через зеркало заднего вида. Его взгляд обеспокоенный и задумчивый.
Милана тоже молчит.
Атмосфера какая-то угнетающая и непонятная.
Хочу поговорить с сыном, но понимаю, что сейчас он мне ничего не расскажет.
Образцовая семья превратилась в совершенно чужих друг другу людей. А что, если Рома в чем-то прав? Вдруг я одна с воспитанием не справляюсь? Вот и первые проблемы в поведении сына проявились.
Драка на территории школы. Сердце камнем в груди замирает. Чего дальше ждать? Звонка от учительницы и вызова к директору на разборки?
А потом и у Олеси начнутся проблемы с успеваемостью и поведением.
И все из-за того, что Рома решил погулять на встрече выпускников, а потом продолжил куролесить со своей первой любовью, разменяв семью на веселье и развязную девку.
А теперь еще и меня виноватой выставил, мол я не справляюсь с воспитанием. Вот же урод!
Такая злость берет, что я прямо зубами начинаю скрипеть. И закиваю, как чайник. Густой пар того и гляди из ушей покатится.
Рома резво въезжает на территорию элитного поселка и быстро мчит по ровной дороге к дому своей мамы.
А я лишь тяжело вздыхаю.
Мы вернулись к тому, с чего начали.
Я вновь буду жить в одном доме с Аграфеной Григорьевной. Хорошо, что со мной теперь Милана. Есть, кому душу излить и кому в плечо поплакаться.
Моя подружка никогда не осудит и всегда поддержит. Сейчас вообще кажется, что наша дружба — это единственный лучик света в моей жизни.
Кто бы мог подумать, что все так резко может перевернуться с ног на голову?
— Приехали, — бубнит Рома, остановившись возле красивого домика Аграфены Григорьевны.
— Ну наконец-то, — гневно цедит Милана и вываливается с переднего сидения на морозный воздух.
За ней следом выходит Олеська.
А Максим так и продолжает сидеть на месте и смотреть в окно отстраненным взглядом.
— У тебя что-то болит? — шепотом спрашиваю у сына.
— Нет, — бубнит себе под нос.
— Максим, — нежно выдыхаю я. — Расскажешь нам, что случилось?
Рома оборачивается через плечо и смотрит на сына прямым и тяжелым взглядом.
— Ты заставляешь нас нервничать, — выдает строго Рома и хмурится.
— А ты не нервничай, папаша. Продолжай гулять дальше. Предал нас! Теперь чего ждешь?
Я прикусываю кончик языка и сильно зажмуриваюсь.
— Я виноват. Да, — кивает Рома.
Его голос слышу, как из под толщи воды. И в ушах какой-то неприятный звон.
— Максим, я хочу все исправить. Я…
— Вообще не понимаю, нахрена ты нас сюда привез? — кривится сын.
— Всплыли кое-какие подробности, и теперь я должен разбираться в ситуации. Скорее всего, меня подставили. И измены не было, — Рома плечами пожимает.
А краешки его губ растягиваются в улыбку.
— Не было измены? — с надеждой переспрашивает сын. — Подставили?
Я горько усмехаюсь, опустив взгляд. Ну да, как же… если не было измены на встрече выпускников, это
