Читаем без скачивания Возлюбивший зло - Пирс Энтони

— Да. Он… он запугал меня! Мне совсем не хотелось иметь с ним дело…

— Сын мой, вы совершили ошибку, — промолвил Пэрри. — Но вас можно понять. Что же нам угрожает? — Только бы старик не замолчал!

— Нашествие татарских племен, — ответил тот. — Так же, как и восемь веков назад, они движутся издалека, однако сейчас их несметные полчища. Тогда они разрушили Римскую Империю; на этот раз уничтожат все, что осталось. Они уже вторглись на земли мавров, из срубленных голов которых выросли целые горы! Мавры нам не союзники, поэтому нашим государям нет дела до их бед, хотя татары гораздо опаснее мавров! Через год, а может, через два они будут здесь и устроят такую кровавую бойню, какой еще не видел свет!

Так вот о какой трагедии намекал лорд Бофор! На Европу движутся татары! Теперь все стало на свои места. Пэрри самому приходилось изучать историю, и он помнил, каким жестоким было вторжение татар, впоследствии названных гуннами.

Однако требовались более полные сведения, а времени почти не оставалось. Сколько там еще — год? два? Этого как раз хватит на то, чтобы подготовиться к обороне — если, конечно, ужасная новость дойдет до тех, кто должен ее услышать…

— А у вас есть доказательства? — спросил Пэрри. — Смогли бы вы представить тем, кому это необходимо знать, какие-либо документы?

— Разумеется! Но…

— Но вы боитесь преследований со стороны Люцифера или закона, — заключил Пэрри. — Не волнуйтесь, я буду вам защитой. Вы должны отправиться со мной и привести по этому делу убедительные доводы. Нельзя допустить, чтобы Европу разграбили.

— Моя семья…

— Мы позаботимся о ней прежде, чем уедем. — Пэрри стремительно подошел к двери и постучал. — Тюремщик! Принесите вещи заключенного! Я его забираю!

— Вы не имеете права, святой отец! — крикнул тюремщик. — Это наш преступник!

Пэрри задумался. Церковь действительно старалась открыто не вмешиваться в мирские дела. Тюремщику и его начальству явно не терпелось поживиться за счет добра заключенного — вряд ли они так просто откажутся от этой затеи. К тому же у Пэрри совсем не было времени на то, чтобы устраивать с ними склоку — предстояло как можно скорее доставить старика в Орден.

— Джоли, — шепнул Пэрри.

— Тюремщик вызвал стражу, — сообщила она, появляясь. — И не надейся, что тебе его отдадут.

Пэрри кивнул:

— Придется воспользоваться магией.

Он обернулся к узнику.

— На время я должен спрятать вас в своем кармане, — сообщил Пэрри. — Не бойтесь, это ненадолго.

— Все лучше, чем пытки!

Дотронувшись до плеча старика, Пэрри превратил узника в мышь, которая в страхе припала к земле. Тогда, наклонившись, монах поднял зверька и сунул его в один из своих бездонных карманов.

— Там есть кусочек хлеба, — шепнул он. — Угощайтесь и чувствуйте себя как дома. Только не шумите.

Затем Пэрри взмахнул рукой, и на полу, на том же самом месте, где и прежде, обозначился облик узника.

Развернувшись, монах снова направился к двери.

— Тогда стерегите то, что от него осталось! — крикнул он.

Тюремщик отодвинул засов и открыл дверь. Его взгляд метнулся мимо Пэрри

— кажется, все в порядке, арестант на месте.

— Я провожу вас, святой отец! — Тюремщик с трудом сдерживал радость — назойливый монах наконец уходит, и можно снова приняться за узника.

Пэрри не спеша оставил тюрьму. Вскоре он уже ехал по городу на своем ослике, чтобы нанести визит местному судье.

— Мы изъяли у вас арестанта, которому вы предъявляете обвинение в ереси, — сообщил Пэрри. — До тех пор пока Церковь не примет по этому вопросу окончательного решения, его имущество неприкосновенно. Его семья невиновна и не должна подвергаться преследованиям. — Пэрри понимал, что потеря богатого узника повергнет судью в отчаяние, однако он все равно не посмеет пойти против воли представителя самой Инквизиции. У Церкви имелись способы утвердить свое влияние.

Тем времени Пэрри доставит заключенного прямо в монастырь во Франции. Старик поймет, что разлука с семьей окажется на пользу и ему, и его близким. Ведь на некоторое время ему все равно следовало исчезнуть из родных мест.

Татарское полчище обладало сокрушительной силой. Монголы, новое племя гуннов, формировали самую многочисленную и жестокую империю за всю историю человечества. Это действительно грозило миру страшным бедствием, которое Люцифер планировал обрушить на Европу и сокрушить ее в течение тысяча двести сорок первого — тысяча двести сорок второго годов. К настоящему же времени была завоевана восточная часть сарацинских владений и покорены русские княжества. Монголы не оставляли в покое ни одну нацию, объединяя весь континент. Их методы были просты — непокорным или тем, кто впоследствии мог бы оказать сопротивление, рубили головы. На завоеванных землях не вспыхивало восстаний — все, кто мог бунтовать, были истреблены…

Однако, несмотря на обилие достоверных сведений, которыми оперировал Пэрри, он никак не мог доказать своему начальству важность происходящего.

— Короли обладают многочисленными и закаленными в битвах армиями, — отвечали ему. — Азиаты никогда не сталкивались с настоящими войсками христиан и быстро потерпят поражение. Если же сарацины падут, тем лучше для нас — отпадет надобность в лишнем крестовом походе.

Пэрри понимал всю глупость подобных доводов. Однако он также понимал, что если не удается убедить служителей своего Ордена, в компетенции которого находилась борьба с ересью, то к светским властям можно даже и не обращаться. К тому времени когда им станет понятна смертельная опасность, будет слишком поздно. Именно это произошло с сарацинами.

Но и спокойно выжидать, когда на мир обрушится страшное бедствие, Пэрри тоже не мог. Вероятно, после того как монголы подомнут под себя Европу, Люцифер надеялся собрать богатый урожай душ. Ведь под жестоким игом зло расцветет пышным цветом, а Церковь уже не сможет, как прежде, ему противостоять. Считалось, что монголы терпимо относились к любой религии, лишь бы она не мешала им править. Значит, получат распространение любые, пусть даже самые уродливые ее формы. Все это очень напоминало Священную Римскую Империю, только в худшем варианте. Какая же ересь выползет на свет при столь благоприятных для нее условиях!.. Да, Люцифер приготовил миру настоящую катастрофу.

И предотвратить ее было некому. Что ж, Пэрри предстояло спасти Европу от столь сокрушительного удара самому. Вот только бы еще понять, как это сделать…

6. ДВИНА

Пэрри заранее знал, что к концу одна тысяча двести сорок первого года военная кампания будет проиграна. Ему так и не удалось найти способ остановить приближающиеся монгольские полчища, которые в течение лета уже подавили сопротивление Польши, а также Венгрии и теперь готовились напасть на Священную Римскую Империю. Предводитель монголов Батый рвался завоевать мир, а военному гению его генерала Сабутая не было равных. Европейцы смотрели на это сквозь пальцы, стараясь не заглядывать дальше границ своих государств, однако Пэрри не представлял себе ни полководца, ни армии, способной противостоять нашествию.