– Давай.
Трент подал бутылку. Девушка сделала глоток и удивленно покачала головой.
– М-м-м, ну и вкуснотища! – Она облизала губы.
– Лучше и не бывает, – отозвался Трент и, забрав бутылку, приложился к горлышку.
«Кровь сирены» снова перекочевала к Фемере. Второй подход получился более основательным.
Брофи помнил, как быстро ощутил на себе эффект заморского зелья. С Фемерой получилось то же самое. Про Трента и говорить нечего – в его крови вино гуляло с самого утра. Брофи решил не отставать, тем более что каждый глоток отдавался раскатывающейся внутри волной удовольствия. Он как будто глотал улыбку.
Трент уже завел бесконечный рассказ об одной из своих охотничьих вылазок, когда он наткнулся на отряд физендрийцев, которые, узрев, с кем имеют дело, бросились в погоню с воплями, достойными обитающих в Пустоши дикарей. Брофи слушал не перебивая, хотя и знал, что приятель всего лишь приписывает себе приключение, случившееся с онгдариентским разведчиком по имени Тафт. Историю эту они подслушали, когда сидели у костра возле армейских бараков. Поправлять друга Брофи не стал. Однажды он уже совершил такую глупость. К тому же и Фемера, похоже, не имела ничего против.
Поглядывая на нее, Брофи представлял, как Трент целует девушку в шею, как поглаживает, забираясь под юбки, гладкое бедро. От таких мыслей в животе у него как будто натягивались канаты. Ну почему бы Тренту не оставить ее в покое? Он и так может заполучить любую девушку в Онгдариене. Впрочем, не важно. Трента не исправишь, да и обаяния ему не занимать.
– Минуточку. – Трент вдруг остановился и совершил полный оборот вокруг собственной оси. брофи налетел на Фемеру.
– Что? – спросила девушка, поворачиваясь сначала к нему, а потом снова к Тренту. – Что? Что? – Она посмотроела на свои руки и прыснула со смеху.
– А почему мы сюда идем? – с глупым видом поинтересовался Трент.
– На Рыночный мост? – Фемера привстала на цыпочки и огляделась по сторонам, как будто заблудилась.
– Вот и я о том же. Почему бы нам не пойти куда-нибудь еще?
– К Шпилю? – предложил Брофи.
– Вот именно. Почему бы нам не подняться на Шпиль? Вечер как раз для приключений. Ясный и не слишком ветреный. Представляете, какой оттуда вид! Еще увидим, как наш бородатый друг из Керифа проходит через Закатные ворота.
То, что горожане называли Шпилем, было на самом деле восьмидесятифутовой скалой, выступающей посередине бухты. Скала служила центральной опорой арочного моста, соединявшего Долгий рынок с Каменной стороной. Высота самого моста в самом низком его месте составляла пятьдесят футов, так что суда проходили под ним совершенно беспрепятственно. Брофи поднимался на Шпиль только однажды, много лет назад и в сопровождении Беландры. Впечатление, однако, осталось: казалось, перед тобой раскинулся весь мир.
Фемера улыбнулась.
– А вы сможете туда подняться?
Трент повернулся к западу.
– Подняться, вскарабкаться, заползти, взлететь. Называй как хочешь, но мы идем туда.
Фемера с сомнением покачала головой и вопросительно взглянула на Брофи.
– Мне, наверно, пора домой. Отец будет беспокоиться…
– А мы ненадолго, – заверил ее Трент. – Скажешь, что ругалась с керифянином.
Девушка нахмурилась.
– Вот что, пусть он остается, а мы пойдем к Мельничной стене, – шепнула она Брофи.
– Перестань, – махнул рукой Трент. – Еще же рано. И с твоим отцом ничего не случится.
Фемера снова посмотрела на Брофи. Тот отвернулся.
– Ну же! – крикнул Трент, размахивая бутылкой. – Вино у меня!
– Послушай, – начал Брофи, – может поднимемся сначала на Шпиль, а уж потом прогуляемся к стене? Вид оттуда и впрямь потрясающий.
Фемера помялась еще немного, потом тряхнула волосами и улыбнулась, отчего на щеках у нее проступили ямочки.
– Я пойду, если ты пойдешь.
Она протянула руку, и они побежали за Трентом. Над ее головой мелькали светляки. В вечернем сумраке они казались еще ярче.
К мосту успели вместе с последними торговцами.
– Никогда здесь не была, – сказала Фемера, с восхищением разглядывая круто уходящую вверх скалу.
В месте соединения с мостом диаметр глыбы достигал примерно двадцати футов. Пешеходная дорожка огибала скалу как с запада, так и с востока, разделяя мост на две половинки, и со стороны казалось, что Шпиль как будто вырастает из его середины. Девушка провела рукой по камню и двинулась дальше по западной стороне. Когда она исчезла за выступом, Трент прошептал:
– Сегодня твой шанс. Я ее уже поимел, а ты еще не попробовал. Давай, Броф! Пользуйся моментом. В первый раз – и уже на Шпиле. Потрясающий символизм.
– Что? Нет. Ты уверен…
Из-за дальнего угла появилась Фемера. Шла она как-то странно, вертя перед носом пальцы, как будто впервые их видела. Трент потянул друга в сторону.
– Ты ей нравишься. Это же и слепому видно.
– Может быть. Но я не уверен…
– Это потому что ты еще мальчик. – Трент шутливо ткнул приятеля локтем в плечо. – Пора становиться мужчиной.
Брофи оттолкнул его.
– Помолчи.
– Я вам мешать не стану, – пообещал Трент. – Оставлю наедине. Не беспокойся. Говорю тебе, дело верное.
Фемера завершила круг, и Брофи, увидев ее, покраснел.
– О чем шепчетесь?
– Брофи боится подниматься, – сообщил Трент.
– Ничего я не боюсь!
– Я тебе не верю, – сказала Фемера Тренту.
– Не веришь?
– Нет. Брофи ничего не боится.
Сын Креллиса многозначительно ухмыльнулся.
– О, кое-чего он все-таки побаивается.
– Ладно, пошли.
Брофи повернулся, чтобы никто не заметил его смущения, и шагнул к узким, отвесным ступенькам. Они вели к самодельной площадке футах в двадцати над мостом. Дальше Шпиль становился слишком узким, и подняться на вершину, до которой оставалось еще футов двадцать, можно было только по канату.
– Ну, что думаете? – спросил Трент, когда все трое добрались до площадки. – Высоковато, а?
– Меня высота не пугает, – объявила Фемера. – Мельничная стена раз в пять выше, а я хожу по ней чуть ли не каждый день.
– Тогда тебе придется взять Брофи за ручку. Видишь, побледнел.
Брофи попытался дать другу пинка, но промахнулся.
– Надо будет, и возьму. – Девушка и впрямь взяла Брофи за руку, поднесла его пальцы к губам и поцеловала. – Брофи – милый.
Трент украдкой подмигнул приятелю.
– Это уж точно.
Он первым шагнул к болтающейся веревке и дернул пару paз, проверяя на прочность.
– Кто его построил? – спросила Фемера.
– Шпиль? Никто. Он был здесь всегда.
– Да нет же, глупый. – Она игриво толкнула его бедром. – Мост.
– Брат Моргеон, – сказал Брофи, радуясь, что знает ответ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
