— Хорошая девочка, — промурлыкал он, лениво поглаживая её сосок. — А теперь прокатись на нём так же, как было в твоих фантазиях.
Зажмурившись и кусая губы, Гермиона приподнялась, выпустив из себя практически всю его длину, а затем осторожно опустилась обратно. Подстегиваемая хриплым мужским дыханием, она сделала так ещё раз, но немного быстрее. Хотя её влагалище прилично увлажнилось, ей казалось, будто мощная эрекция пронзала её изнутри. Всё её тело принимало его с явным трудом.
Северус наблюдал, как девочка извивалась на нём, внимательно следя за мимикой её лица. Она поднималась до тех пор, пока член почти полностью не вышел из неё, а затем скользнула вниз, двигаясь слишком робко. Слишком медленно… но он должен был позволить ей самостоятельно во всём разобраться.
Его упругий член наполнял её снова и снова. Это было замечательно, но ей захотелось большего.
«Как он может трахать меня им так быстро и жёстко?»
Положение оказалось немного неудобным. И это было совсем не похоже на подушку. Она не могла просто потереться о него клитором, ведь нужно было двигаться вверх и вниз… или могла? Наклонившись вперёд, Гермиона нашла другой, более удобный угол, немного вращая бёдрами.
«Да, моя девочка. Уже лучше».
Она попыталась прижаться клитором к его лобку, насаживаясь на член маленькими короткими движениями.
«Чёрт возьми! Это намного лучше любой подушки!»
Заметив на её лице явное наслаждение, Северус понимающе ухмыльнулся и с удовольствием впился пальцами в её бёдра. Она была восхитительно мягкой и податливой, её мышцы приятно напрягались под его пальцами. Он сжал их сильнее, желая оставить синяки, чтобы девочка надолго запомнила, кому она принадлежит. Тем временем Грейнджер, стиснув зубы, набирала скорость.
Закрыв глаза, она восторженно изогнулась дугой и дико задрожала, забыв о своей стеснительности. Пружина внутри её тела сжималась всё сильнее.
«Осталось чуть-чуть…»
Вся сущность и все мысли девушки сконцентрировались в одной точке — в месте соединения их тел. Больше ничего не существовало. Всё остальное не имело значения.
Его прерывистое дыхание смешалось с её жалобными всхлипываниями. Эти звуки эхом отдавались от каменных стен. Северус яростно сцепил зубы. Он видел её близость к оргазму и сдерживался изо всех сил. Он пытался думать о чём-нибудь другом, кроме сводящей с ума шатенки, скакавшей на его члене, но его разум был безнадёжен. Всё, что он смог представить, — это различные непристойные сюжеты с её участием.
«Твою мать, Сев! Возьми себя в руки!»
Он яростно обхватил руками её грудь, грубо впившись пальцами в кожу, ущипнул её за соски, отчего Грейнджер застонала ещё громче. Бёдра девушки дрожали от усилий и возбуждения, спина напряглась — она балансировала на грани.
— Северус!
От нужды, прозвучавшей в этом стоне, его член превратился в камень, а сражаться с ноющей болью в яйцах стало практически невозможно. Ещё сильнее пощипывая её соски, Северус пытался расплющить между пальцами эти маленькие твёрдые пики. Наконец она громко вскрикнула, её тело содрогнулось, а бёдра качнулись, до основания насаживаясь на член.
«Слава Мерлину!» — мысленно выдохнул он.
Позволив удовольствию завладеть им, Северус нежился в обжигающей силе её оргазма. Потеряв контроль над собственной речью, он неосознанно выразил эмоции чередой рычания и бессвязной похвалы, когда его член начал сладостно пульсировать внутри неё.
— Да, моя девочка! Именно так! Не останавливайся!
Его слова только усилили её оргазм. Когда она подумала, что волны удовольствия уже затихли, он с наслаждением прорычал эту похвалу, и влагалище снова начало сокращаться в ответ. Северус удивился, как долго она сжималась вокруг него. Он уже был полностью выжат, а её жадные стенки продолжали сдавливать его со всех сторон.
— Блядь!..
Гермиона рухнула на него, положив голову ему на плечо.
— Мне нужна минута отдыха, — задыхаясь и дрожа, прошептала она.
Устало улыбаясь, Северус прижался губами к её лбу и закрыл глаза.
— Отдыхай, девочка. Мы продолжим позже…
Гермиона растворилась в нём, пытаясь отдышаться. Её тело всё ещё неистово дрожало от сильнейшей усталости.
«Мы продолжим позже? Боже, я же безумно устала!»
Северус дождался, пока они оба нормально задышали, а затем перевернул её на бок, и его смягчившийся член выскользнул из неё. Он подтолкнул девушку, так чтобы она повернулась к нему спиной. Прижавшись грудью к её спине, он положил руку на низ её живота и ласково погладил треугольничек лобковых волос.
Гермиона растерянно и смущённо улыбнулась. Это было чертовски приятно. И странно. Но Снейп делал это снова — удивлял её своим неожиданными поведением.
«Просто смирись с этим, Герми. Наслаждайся, пока можешь».
Она безмятежно закрыла глаза, ей нравилась приятная тяжесть его руки. Его бёдра прижимались к её попке, и анальная пробка чувствовалась с каждым движением. Гермиона довольно вздохнула. Ей больше было не больно.
Примечание к части
Паддл* (англ. рaddle — шлёпалка) — инструмент, который имеет форму вытянутой пластины с рукоятью. Различаются по материалу изготовления (дерево, пластмасса, кожа), величине, толщине, внешнему виду. Паддлы бывают с металлическими вставками, которые позволяют наносить сильные удары.
Глава 5. Расскажи мне о самом сокровенном
Пытаясь привести в порядок затуманенное сознание, Гермиона приоткрыла глаза и несколько раз моргнула. Ей потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить, где она находится. Огонь в камине уже полностью погас, и комната погрузилась в мягкий полумрак. Снейп всё так же вяло обнимал её тело, прикрывая рукой лобок. Она слышала, как он спокойно и умиротворённо дышал, уткнувшись носом в её волосы.
«Который час? Мне уйти? Он разозлится, что мы так долго проспали?»
Когда они только засыпали, лёжа поверх покрывала, её тело было разгорячённым и потным, но сейчас Гермиона почувствовала, что сильно замёрзла и её соски превратились в маленькие льдинки. Не желая будить Снейпа, она осторожно прижалась к его телу в поисках тепла. Его член упирался в её попку, что сразу воспламенило фантазию и зажгло внутри её тела новую вспышку. Лукаво улыбнувшись, Гермиона немного пошевелилась и прижалась к нему бёдрами. Ягодицы девушки крепче сжались вокруг металлической пробки. Теперь она испытывала от этого удовольствие и, не сдержавшись, вильнула бёдрами, описав ими небольшой круг. Убедившись, что её баловство не побеспокоило профессора, Гермиона стала неторопливо вращать ими, потираясь попкой о его пенис до тех пор, пока тот не стал достаточно твёрдым. Улыбка на её губах стала ещё шире. В ней начало разгораться любопытство, сколько же ещё Снейп собирается спать.
— Никогда не начинайте то, что не сможете закончить, мисс Грейнджер, — проворчал он, от чего девушка испуганно вздрогнула.
— Простите, сэр, — ответила она без капли сожаления в голосе. — Я просто хотела сделать ваше пробуждение более приятным.
На его губах промелькнул намёк на улыбку.
— Как любезно с вашей стороны, — лениво проводя пальцем по треугольничку волос, Северус обвил рукой её талию. — Но вам это не поможет. Уже поздняя ночь, и я считаю, что вы нарушили комендантский час, — сказал он, проводя рукой вдоль её живота к груди. Мозолистые подушечки пальцев скользнули по груди, намеренно избегая сосков.
Гермиона усмехнулась.
— Полагаю, вам придётся наказать меня ещё раз, сэр.
Ухмыляясь и уткнувшись в гриву кудрявых волос, он позволил своей руке медленно блуждать по её ягодицам.
— Хорошо. Ложись ко мне на колени.
Она оглянулась на него через плечо.
«Правда?!»
Снейп переместился на соседнее место, подставив её спину холодному воздуху, и сел у изголовья, прислонившись спиной к подушкам. Её сердце радостно подпрыгнуло от возбуждения. Закусив губу, Гермиона ещё секунду недоверчиво смотрела на него, прежде чем вскарабкаться и лечь к нему на колени.
