Читаем без скачивания Филогенез. Панихида - Алан Фостер

«Со временем! — предостерег он себя.— Всему свое время. Сперва надо дождаться, пока тебя осенит вдохновение, а уж потом мечтать о славе».

Внешне шаттл транксов абсолютно ничем не отличался от десятков других, снующих на орбиту и обратно. Узкая многокрылая машина, рассчитанная на полеты как в атмосфере, так и в безвоздушном пространстве, выпала из бока «Ценрулоима», словно яйцо из утробы влереква. Ничто не могло дать наблюдателям, находящимся на планете или на орбите, оснований предполагать, что шаттл этот какой-то особенный.

Получив от местной администрации разрешение на посадку, шаттл отвалил от борта межпланетного корабля на маневровых двигателях и, отойдя подальше, включил основной двигатель. Начав торможение, он стал отставать от большого судна и спускаться к планете.

В то время, как шаттл выходил из поля тяготения основного корабля, Десвендапур вместе со всеми спутниками не сводил глаз с экрана. На экране виднелась часть окутанного облаками шара. Они миновали человеческую орбитальную станцию — нагромождение вращающихся соединенных между собой дисков, вокруг которых кишели более мелкие корабли. С одного конца были пристыкованы два межпланетных корабля. На взгляд неопытного поэта они ничем особенным не отличались от «Ценрулоима». Зрелище было впечатляющим, но особого благоговения не внушало. Определенные элементы человеческого дизайна почти совпадали с транксскими, в то время как другие коренным образом отличались, вплоть до того, что даже назначение их оставалось непонятным. Казалось совершенно невозможным, чтобы столь различные инженерные конструкции подчинялись одним и тем же законам физики.

Потом шаттл спустился ниже оживленной станции. И внизу раскинулся густо-синий океан. Десвендапур уже знал, что на родной планете людей целых три огромных водных пространства, и даже самое меньшее из них обширнее крупнейшего моря Ивовицы или Ульдома. Хотя Дес знал, что бояться тут нечего, это зрелище ужаснуло его куда сильнее, чем хотелось бы. Поскольку спикулы у транксов расположены на груди, транкс способен держать голову и основные органы чувств над водой и при том тихо-мирно захлебнуться. С жестким экзоскелетом и тонкими лапками особо не поплаваешь.

А вот люди не только способны плавать, но и обладают естественной плавучестью. Если представителей обеих рас погрузить в воду, человек просто перевернется на спину и поплывет, в то время как транкс, побултыхавшись, камнем пойдет на дно любого водоема, в который будет иметь несчастье свалиться. Зато на земле ни один человек не сравнится в устойчивости с транксом, в распоряжении которого целых восемь конечностей. Уступают им двуногие и в ловкости рук. Ведь у них только две руки и десять пальцев, в то время как у транксов — четыре и шестнадцать. Но зато люди, при желании, могут говорить куда громче. Насколько это ценно — другой вопрос.

Шаттл вошел в атмосферу, и снова начала нарастать сила тяжести, придавливая брюшко Деса к мягкой скамье, на которой он лежал. На экране замельтешили густые волны облаков, в редких разрывах мелькали клочки поверхности планеты. Планета была многоцветной, как и любой мир, где существует самозародившаяся жизнь. Джювинхуран вроде бы спросила, как он себя чувствует, и Дес вроде бы что-то ответил. Что именно — он не помнил, целиком и полностью поглощенный созерцанием чуждого мира, стремительно несущегося навстречу.

В динамиках гулко звучали команды пилота, отдаваемые спокойным и уверенным тоном. Стены и пол содрогнулись — это спускаемый аппарат вышел наружу из чрева носителя. Он отвесно устремился к земле. Аппарат дополнительно маскировался электромагнитным экраном, чтобы избежать обнаружения наземными приборами слежения. Впрочем, риск был невелик: внизу раскинулись бескрайние, девственные тропические леса, один из наименее заселенных уголков планеты.

Поскольку отделение произошло на очень небольшой высоте, при такой скорости и таком угле падения пилоты не имели права на ошибку. Стоило им чуть промедлить — и аппарат пролетел бы мимо цели и свалился в какой-нибудь густонаселенный район. Стоило поспешить — и он не успел бы включить торможение, и тоже произошла бы трагедия. Но пилоты крохотного судна знали свое дело и не в первый раз выполняли столь сложные маневры. На Деса и его спутников навалились перегрузки, прижав их усики к головам и приковав транксов к скамьям.

Деса это не особенно тревожило. Их предупреждали, что подобного следует ожидать, к тому же в тесной кабине спускаемого аппарата деваться было все равно некуда.

Толчки мощных тормозных двигателей раскачивали спускаемый аппарат. Дес стиснул жвалы. Экран потемнел — аппарат вошел в дождевую тучу. В районе, избранном для строительства тайной колонии, часто шли дожди — теплое, влажное напоминание о доме. Подобные условия были привычными для пилотов, и им не составляло труда вести аппарат сквозь дождь.

За плотными темно-серыми облаками и дождевой мглой проступал обширный нетронутый лес, полный непривычных очертаний. Вдруг Дес ощутил толчок, вибрацию — и его потащило куда-то вбок: это аппарат вошел в широкое, надежно замаскированное отверстие. Шум внутри кабины превратился в нестерпимый грохот, аппарат замедлил скольжение и наконец остановился внутри загерметизированного коридора.

Восстановив дыхание, Дес принялся выпутываться из страховочных ремней. К шаттлу уже торопились маленькие автопогрузчики, еще какие-то роботы и несколько тяжело нагруженных шестиногих фигур.

Дес и его товарищи вышли из аппарата и оказались на посадочном терминале, который ничем, кроме скромных размеров, не отличался от такого же терминала на Ивовице. Точно такое же оборудование, точно такие же средства обслуживания — словом, все то же самое, только гораздо меньше. Когда они вышли наружу, там их поджидала молодая самочка, в обязанности которой вменялось встретить новоприбывших и отвезти на место. Они поинтересовались, а как же их вещи. Их заверили, что вещи прибудут следом, усадили в «полураздетую» наземную машину, и не успели путешественники оглянуться, как терминал остался позади.

Ни с чем непривычным и необычным им пока что столкнуться не пришлось. Стены тоннеля были покрыты легким и прочным композиционным материалом, надежно защищавшим помещение от любых осыпей и протечек. Привычные знаки и таблички указывали на расположение боковых коридоров, различных мест общего пользования, водопроводов и канализационных труб. Опять все выглядело точно так же, как в том улье, откуда они прибыли. В самом деле, можно было подумать, будто они вернулись обратно на Ивовицу.

Внезапно Десу пришла в голову ужасная мысль. А вдруг все это — лишь часть какого-то социального эксперимента, а они — подопытные? Вдруг они вышли в плюс-пространство лишь затем, чтобы сделать петлю и вернуться на Ивовицу или отправиться на Ульдом? Вдруг он и его спутники — всего лишь легковерные добровольцы, участвующие в эксперименте, который должен показать, как уживутся люди и транксы при тесном общении, в условиях, которые воспроизводят родную планету людей? Вид из межзвездного корабля и из шаттла легко сфальсифицировать. Что, если они просто-напросто вернулись на одну из транксских планет? Ведь вокруг все то же самое…

Кроме воздуха.

Воздух был непривычным. Пахло чуждыми, экзотическими растениями. Несмотря на то что воздух проходил очистку перед поступлением в тоннели колонии, инопланетный аромат сохранялся. Конечно, и его можно подделать так же, как виды с корабля. В замкнутом пространстве нетрудно воспроизвести какие угодно запахи и ароматы.

«Однако если это подделка,— подумал Дес,— кто-то неплохо потрудился!»

Благодаря особым обстоятельствам своей жизни Десвендапур сделался куда более недоверчивым, чем любой из его спутников. Сознавая это, он решил держать сомнения при себе. Авось они окажутся неправдой!

Если сила тяготения здесь и отличалась от той, что была на Ивовице, разница была незначительна. Дес даже не знал, радоваться этому или тревожиться. Машина снова свернула за угол и замедлила ход. И тут его подозрения сильно, хотя и не до конца, поутихли.

Вдоль стены тоннеля шагали трое специалистов. Они были заняты оживленной беседой, их усики лихорадочно жестикулировали. Никакого специального снаряжения на них не было, и вообще ничто не говорило о том, что они не у себя дома. Но бок о бок с ними шагали двое людей. Они тоже разговаривали и жестикулировали своими передними конечностями. По сравнению с тем одиноким человеком, с которым Десу довелось поговорить на поверхности Ивовицы, эти двое казались практически голыми. Их мясистые, неопределенного цвета тела были выставлены напоказ. Дес покопался в памяти и пришел к выводу, что оба человека — самцы. Однако не их присутствие и не отсутствие на них одежды особенно заинтриговало поэта. Удивительнее всего было то, что рядом с ними, кроме транксов, находились еще какие-то существа.