Женщина плыла к нам раскинув руки в стороны в приветливом жесте. Ее походка для такого узкого платья и высокой шпильки была очень уверенной. Нет, я бы так не смогла.
— Здравствуй, мой дорогой! — подошла она к нам, обняла Ромку, расцеловала его в обе щеки и стала осматривать с ног до головы.
— Здравствуй, тетя! Как всегда, праздник шикарен! С юбилеем Вас!
— Спасибо, дорогой! Мы стареем, вы взрослеете, — похлопала она его по плечу. — А твоя спутница… — внимание было обращено на меня.
— Моя жена, Арина, — представил Ромка меня.
Сканирование, видимо, прошло успешно потому, что женщина снисходительно улыбнулась.
— Елена Ивановна, тетя этого молодого человека.
Эта незримая нить между нами сразу же натянулась как струна. Не знаю, ну ведь бывает такое, когда "БАЦ" и человек тебе просто не нравится, даже если он и родственник тебе. Что-то было в этой женщине отталкивающе. Я произнесла слова приличия о том, что мне приятно, поздравила, а Ромка из кармана достал небольшую бархатную коробочку. Елена Ивановна с сияющими, как бриллианты, глазами открыла ее и «ахнула». Там находилась небольшая брошь в виде цветка розы, инкрустированная драгоценными камнями. В таких вещицах я не очень разбиралась, потому что денег на них не заработала еще, но предположение, сколько такая красота может стоить, у меня были.
— Не стоило, мальчик мой, — театрально приложила она ладонь к массивной груди.
— Арина выбирала эту брошь сама, — он положил руку мне на талию и немного сжал, видимо с просьбой, чтобы я подыграла ему. Ну, что ж, значит, тетушка не в курсе наших отношений.
— Мне Рома о Вас много рассказывал, поэтому как только увидела эту вещицу, сразу вспомнила о Вас. Кажется, она должна отражать Ваш сильный характер, — лесть взяла свое. Елена Ивановна растянула широкий рот в улыбке, облобызала нас ботексом и удалилась к следующим гостям.
— Теперь, может, перестанешь меня обнимать, — обратилась я к мужу, который до сих пор держал свою руку у меня на талии.
— Нам нужно доиграть роль счастливой семейной пары до конца вечера, — хитро улыбнулся Барышников.
И понеслась я по всем кругам ада! Во-первых, это куча знакомств, которые, вроде меня не интересовали. Но вместе с тем делали рекламу моему ресторану потому, что Ромка представлял меня его владелицей. И интерес ко мне вроде как даже возрастал и уже не как к его супруге. Во-вторых, каждый норовил спросить, кого мы ждем. Кого-кого? Ребенка! Не зверюшку же какую-нибудь. Это раздражало еще сильнее. В итоге меня хватило на целых два часа. ЦЕЛЫХ ДВА ЧАСА! Рекорд по посещению таких мероприятий был побит. Было несколько таких приемов, где я появлялась в качестве помощника своего шефа, когда я еще жила в Москве.
— И Вы, находясь на восьмом месяце, умудряетесь управлять рестораном? — ахнула одна из моих собеседниц на которых меня оставил Рома, когда его тетя потащила знакомиться с какой-то важной персоной. Я аудиенции достойна не была.
— Я ведь не больна, — повела я плечом и растянула губы в светской улыбке.
— Но ведь это тяжело, — округлила глаза вторая.
— Ничего сложного. Было бы желание, — объяснять женщинам, которые зарабатывают деньги, сидя у мужа на шее, о том, как это день и ночь по крупицам создавать свое дело, было бесполезно. А вот когда речь коснулась моего наряда, вернее сначала того как же трудно поддерживать свою внешность в совершенстве во время беременности, тут все были экспертами. Оказалось, одеть в таком положении дизайнерское платье было как минимум подвигом. Я устала очень быстро от этих бессмысленных разговоров. Благо, крепкая мужская ладонь легла мне на спину, а приятный мужской баритон предложил потанцевать.
Если на фоне Ромки я выглядела мелочью, то Денис в этом сравнении мог походить на отца с дочкой школьницей.
— Прекрасно выглядишь, — начал он беседу, уверенной рукой ведя меня в танце.
— Спасибо! Я не знала, что ты относишься к сливкам общества нашего города, — я подняла голову, чтобы смотреть на него. Мне была интересна его реакция на происходящее. Неужели мое первое мнение о том, что он рубаха-парень было ошибочно. И этот пижонский образ его в модном костюме, который обтягивал огромные плечи, белой сорочке и начищенных до блеска туфлях, настоящий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Работа у меня такая, приходится крутиться и в этих кругах, — мученическое выражение лица, и вот моя чуйка на людей начала гордо вышагивать победный марш. Значит, не ошиблась.
— Сочувствую. Похоже, мне тоже предстоит стать частью этого, — вздохнула я тяжело.
— Ну, тогда знай, что в этом обществе найдется один человек, который сможет тебя понять — улыбнулся он, и сразу стало как-то лучше на душе стало что ли.
Если Роман привык к этой феерии с детства, то нам простолюдинам вливаться в это общество было тяжело в столь преклонном возрасте.
— Ты любитель спасать бедных девушек из лап коварных людишек? — заметила я
— Наверное, я был рожден для этого.
— Я смотрю, здесь все присутствующие либо владельцы чего-то, либо директора, либо чиновники с отпрысками. Ты к какому разряду относишься? — я склонила голову, высматривая его эмоции. Нравилось мне как этот здоровенный детина их выражал. Эх, жаль, что хорошие мужики мне противопоказаны.
— Ну, наверное, наследник, совладелец. Не знаю как правильно себя охарактеризовать.
— А это интересно! — я была действительно удивлена. — И в какой сфере ты маринуешься? Криминал? Мафия? Кровопролитная борьба? — выдвигала я предположения.
— Ты такого плохого мнения обо мне?
Но милая наша беседа была прервана. Роман решил заявить на меня свои права поэтому, Денис, поняв все по тяжелому взгляду моего мужа, откланялся. Лишних неприятностей он не хотел за то, что потанцевал с чужой женой.
— Что у тебя с ним? — зло зашипел Барышников, занимая место моего партнера.
— Любовник он мой, — хотелось хоть пошутить в этой нудной дурацкой компании. — А ты что не знал?
— Арин, не заставляй меня сейчас его догонять и устраивать драку, — надо же! Кто-то, видимо, ревновал.
— И ты не боишься быть покалеченным? Я, конечно, понимаю, что ты спортсмен, но эту груду мышц, мне кажется, можно взять только осадой.
— Думаешь, я за тебя постоять не смогу, — Господи, обиделся как маленький мальчик.
— Думаю, сможешь, но не уверена, что в каждом таком поединке сможешь стать победителем, — мужская гордость этими словами точно была ущемлена. Ну а что? Я устала, настроение начинало портиться, соответственно, и агрессия появлялась откуда-то. Никого обижать я не хотела, это выходило само по себе.
Рома, как положено, отвез меня после домой, оставил у калитки и укатил. Значит, обидела я его сильно, а может, все таки внешность моя так изменилась, что ему я стала не интересна. Боже, о чем же я думала? Сама утверждала, что нужно забыть о Барышникове, как о мужчине, а тут… Наверное это уязвленная женская гордость вспомнила о себе. Хотя. Я ведь не напомнила, что после проведенной вместе ночи, он меня просто кинул. Во! Вспомнила! Катись ты, Ромка, ко всем чертям! Лучше вообще жить без мужика, чем иметь такого как ты.
А вдогонку ему моя уязвленная гордость настрочила СМС «Шел бы ты лесом со своими капризами, Роман Алексеевич». Не знаю, где оно его настигло, но ответил он не сразу. «И тебе спокойной ночи, Арина Николаевна!»
* * *
Рома нажал кнопку отбоя на телефоне и закурил еще одну сигарету. Наверное Ника никогда не оставит его в покое. Ну, если ей нравится себя мучить пусть, это ее право.
Воздух был морозным, кончики ушей давно замерзли без головного убора. Шутка ли двадцать шесть градусов? Зато такой тишины он давно не слышал. Старый мост, который давно забыли после строительства дамбы, был его излюбленным местом. Здесь они когда-то прощались… Давно, восемь долгих лет назад, когда он уезжал в Германию, оставив ее здесь одну. Нужно было сопротивляться отцу, может, не имели бы сейчас этой ужасной ситуации.
