в том, чтобы получить в лицо заклинание мага с аспектом смерти.
— Опусти руки. Да, ты правильно угадал. Но это вовсе не значит, что я брошусь тебя обнимать, мальчишка, — недовольно проворчал маг. — Зачем ты сюда залез?
— Из-за проклятия, — коротко ответил я.
Томэк хмыкнул своим мыслям, но промолчал, давая мне возможность продолжать.
— Я пошел на службу в имперский род Эвверан. И, чтобы помочь им, мне необходимо избавиться от этого проклятия… Но…
Я обернулся к материальному воплощению демонического существа, пытаясь понять, что именно задумал этот старик.
— Мне плевать на этих… Эвверанов. Даже понятия не имею, кто это. Но из-за тебя я не остановлюсь.
— Да уж… — протянул я. — Это же не проклятие. Вы не проклинали поля, вы собирали силу для чего-то несоизмеримо большего. Никто просто не мог додуматься, что кто-то вытягивает жизнь из поля, списав все на проклятие, — покачал я головой от части восхищаясь придуманным ходом. Куда проще было использовать человеческие жизни, но кто сказал, что растения, насекомые или те же полевые мыши не обладают той же энергией. Вот почему поля были мертвы.
Чтобы понять, на что именно направлен этот растянутый во времени ритуал, мне нужно как-то изучить печать, чего мне Томэк вряд ли позволит сделать.
— Какой умный, — презрительно вздохнул старик. — И предатель.
— Я до последнего сражался в рядах королевской армии. Оставляя за собой погибших друзей и легших от моего меча имперцев, — зло ответил я. Но посмотрев на старого мага, медленно выдохнул и уже более спокойно произнес то, что многие не могли принять, как это похоже не принял маг рода Грахтарн: — Но королевство пало.
— И ты побежал на службу вэллийцам. Только покровителей выбрал неудачно, да? — тихо рассмеялся старик. — Что-то я все же слышал про этих Эвверанов…
Он задумался, а затем закашлялся, отходя в сторону и присаживаясь на поручень, ограждающий часовой механизм.
— Да, Эввераны в плохом состоянии. И я к ним пришел буквально на днях, уже зная про имеющиеся проблемы. Но дело не в этом. Зачем эта месть, ваша милость?
— Зачем? — зло прохрипел старик. — Эти ублюдки уничтожили мой дом! Мою страну! Все, что было дорого и ценно!
— И что вы хотите изменить?
— Изменить? — маг зло рассмеялся. — Да, кое-что я надеюсь изменить. Кажется, ты считаешь себя очень умным, но на деле почти ни черта не понимаешь. Думаешь, что все закончилось? Что после подписания этого договора о капитуляции, не стоящего бумаги, на которой он составлен, одно государство перестало существовать, став частью другого?
— Именно это я и вижу на улицах, — кивнул я. — Чего вы хотите добиться? Империя просто так не даст этой земле независимость…
Томэк хрипло рассмеялся, прерывая мою речь.
— Ха! Не даст… Рассмешил. Я же сказал — ты ни черта не понимаешь, щенок! — рявкнул он, но быстро успокоился, задумчиво смотря на меня. — Однако ты пришел сюда. Я могу тебе кое-что объяснить… Но не в эту минуту. Приходи сюда позже. Один. Тогда я расскажу тебе, может быть. А сейчас убирайся! И не пытайся трогать мою работу — ты все равно не сможешь ничего сделать! Не хватит знаний. Иди!
И, не дожидаясь моих действий, граф первый начал спуск по лестнице. Я бросил еще один взгляд на демонический улей, затем на печать, рассматривая детали. Старик прав — не с моими знаниями сюда лезть. Я смогу лишь разрушить печать, но это высвободит силу демона, и тогда потребуется отряд магов или паладинов для ликвидации прорыва, но сколько до этого момента погибнет людей? Я не готов брать на себя такую ответственность.
Глава 7
Башню я покидал башню в изрядном смятении чувств. С одной стороны, мне теперь было понятно — кто стоял за проклятьем, которое на практике таковым не оказалось. С другой — все стало еще запутаннее, и от поиска выхода из этой ситуации начинала раскалываться голова.
Чтобы хоть как-то отвлечься я свернул на первую попавшуюся улочку и бесцельно пошел по ней. Но, как на зло, шум доносившийся с окраины поселения, все время сбивал с мыслей. Что за день такой⁈
Понимая, что ничего вразумительного все равно сейчас не надумаю, я переключился на подозрительный шум, который не только не успокаивался, а, наоборот, становился еще сильнее.
— Солрэн, подожди, — меня окликнула Рада, неожиданно появившись откуда-то слева. — Тоже привлек шум?
— Да, и он мне все больше не нравится, — кивнул ей, не прекращая попытки разобрать его причину.
— Удалось что-то подтвердить? — между делом спросила девушка, пока мы двигались в сторону шума.
— М? Ты оч… — я не подумав, чуть не ляпнул лишнего, но тут же поправился: — Нет, — махнул рукой, — мне показался один из жителей знакомым, но я, к сожалению, обознался. А так хорошо было бы иметь здесь кого-то знакомого, который без утайки расскажет все местные слухи.
— Слухи и в трактире можно было послушать, — фыркнула волшебница.
— Да, — согласился я с ней. — Но есть слухи, которые рассказывают всем, а есть те, что распространяются среди местных, — наставительно поднял я указательный палец вверх. — Вот в них обычно обсуждают соседей и все странности. А там глядишь, по крупицам и целостность картина обретет.
— Ладно, это еще успеем, — отмахнулась девушка. — Меня больше интересует: из-за чего поднялась суматоха? Хоть это и не наше дело, но это может спугнуть нашу цель.
— Согласен, — кивнул я, и мы, не сговариваясь, ускорили шаг, чтобы быстрее оказаться на окраине деревни.
Но не успели мы пересечь эту границу, как уже издали по крикам поняли, что на деревню напал монстр. Рык огромного животного просто невозможно было перепутать ни с чем другим. Перед нами стремительно поднялась большая стая птиц, напуганная неизвестным объектом. Среди стаи было и несколько крупных тварей, которые спокойно могут напасть на одинокого человека, чтобы спугнуть этих особей нужно приложить определенные усилия.
Все это означало лишь одно — мы не можем остаться в стороне. Если маги будут бежать от угрозы в виде монстров, то что останется делать простым людям? Несмотря все различия в наших государствах, одно было общее — любого одаренного воспитывали с этой мыслью, закладывая благородство и самоотверженность в основе. Это и определило наши действия.
Мы оказались на месте как раз в момент закрытия ворот, чисто символических, если быть объективным, и способных остановить разве что обычного хищника. Да что там говорить, они даже не оснащались магическими охранными контурами, которые, как минимум, отпугнули бы своим наличием и магическими эманациями монстров, а от более мелких вредителей защищали бы стопроцентно.
Рядом с воротами находилась телега, из которой сейчас спешно распрягали и уводили в конюшню двух загнанных лошадей. Наибольшая возня была именно у этой самой телеги. С неё со всей возможной осторожностью выгружали стонущих от только что полученных ран людей. Их перекладывали на носилки и тут же уносили куда-то вглубь деревни, стараясь делать это аккуратно и в то же время быстро. Все пострадавшие были одеты в форму местных егерей и охотников, а их раны имели одинаковый характер и представляли собой следы когтей огромного хищника. Это на кого же эти люди натолкнулись, что были так исполосованы?
— Что здесь произошло? — спросила Рада у одного из охотников, на вид самого опытного из них. Из всех бойцов он, несмотря на ситуацию, сохранял самообладание и выглядел самым спокойным и собранным. Я решил пока не встревать в разговор, так как по негласному закону блондинка в нашей паре была старшей.
— Лютоволк здесь произошел, — зло сплюнул на землю охотник, отступая от ворот.
— А для него здесь не слишком жарко? — удивленно спросил я. — Я, конечно, не эксперт, но этих тварей не просто так называют ледяными клыками.
— Видимо не слишком, раз он откуда-то взялся. Да еще и подранок, поэтому особенно злобный и неистовый. Мы пробовали его отвести в сторону, но он все равно стремился к деревне, — как-то без эмоционально продолжил отвечать охотник. — Двое наших самых быстрых взялись за это дело, разозлив его, но сами слышите… они не смогли.
— Мы поможем, — решительно произнесла Рада.
— Делайте что хотите, — отмахнулся мужчина, усевшись рядом со стеной и нечитаемым взглядом уставился в небо.
По всей видимости, даже такой опытный боец может пребывать в апатичном состоянии. Сейчас он сидел с полным безразличием к происходящему. Кажется, кто-то из названной двойки был близок ему, и смерть товарища сильно ударила по моральному настрою охотника.
— Ты уверена, что мы сможем справиться с лютоволком? —
