не менее, это явный показатель прогресса. Как легко теперь получается управлять силой! Я наклонила голову, пряча довольную улыбку.
— Не понимаю, как твои родители могли тебя послать на обучение к некроманту? Инквизиторов бы послали далеко и надолго. По тебе же видно, что родовитая.
— Никто бы за меня не вступился. И это был мой выбор, — резче, чем следовало, ответила я. А вот про выбор я наврала — его у меня не было.
— Ты хоть хорошо питаешься? — мягко спросила миссис, пытаясь перевести тему.
Мой живот издал руладу, жалуясь на пропущенный завтрак. Я смущённо кашлянула, а потом меня посетила гениальная идея. Как-то раз, когда я жаловалась Генри, что он ужасно готовит, учитель предлагал мне сварить что-либо самой. Увы, я не умела. А теперь…
— А вы не могли бы научить меня готовить?
Какие странные существа эти люди. Химмель бы на подобные вопросы зафыркали или расхохотались. Фу-фу, это работа не для той, в чьих жилах хоть капелька крови народа Небес. А женщина обрадовалась.
— Что именно ты хотела бы приготовить?
— Что-то съедобное, — неловко ответила я.
Теперь и она рассмеялась. Но кивнула, мол, так и быть.
***
Пытаясь поймать и отправить за Грань третью собаку, я поливала последними словами двух ленивых некромантов. Крутые де они слишком, видите ли, для такой работы! И тариф дурацкий! По три золотые за каждую надо брать, а не пять серебряных!
Поглазеть на бегающую и матерящуюся некромантку собралась куча народу. На мои просьбы не мешать они делали по два шага назад. Зато, стоило мне вновь отвернуться к собакам, гражданские прям-таки подбегали вперёд. Непуганые они какие-то!
— Ах ты! — воскликнула я, когда умертвие попыталось укусить меня за ногу, но зацепило юбку. — Получай!
Ещё раз открыла Грань и третьи Врата. Псина на сей раз не успела увернуться, её дух улетел, а на улице остался труп.
Жители заулюлюкали, словно были на концерте, а я показывала фокусы.
Тяжело вздохнув, решила не обращать на них внимания. Видимо, они привыкли к Генри, который в целом выглядит весьма безобидно, так что предпочли не бояться меня.
А вот умертвия совсем обнаглели!
Пока я гонялась сразу за двумя, толпа вдруг закричала и наконец-то рассосалась. А всё дело в том, что крупная мёртвая собака сейчас неслась за какой-то девочкой лет пяти! Остальные умертвия тоже воодушевились и побежали к глазеющим горожанам. Только этого мне не хватало.
— Бегите! — рявкнула я тем, кто в шоке замер.
Сама ринулась на ту тварь, которая посмела проигнорировать меня, предпочтя напасть на дитя. Собаку едва удалось догнать. Пришлось, преодолевая брезгливость, схватить её за кости задних лап и откинуть за спину. Тяжёлая, несмотря на то, что остались кожа да кости! Меня чуть не вырвало, когда из распоротого живота трупа в полёте вывалилась пара кишок.
Девчонку я задвинула к себе за спину и взглядом приказала бежать, но та вцепилась мне в юбку крохотными пальчиками и приросла к месту. Испугалась. Чёрт, какие только родители посмели не уследить за такой малышкой?
Я с досадой подумала, что лучше бы была страшной. Тогда все жители попрятались бы по домам и сидели тихо с самого начала.
Собака злобно завыла и, как только восстановила равновесие, прыгнула на меня.
Никогда ещё не открывала Грань так близко к себе. Особенно пятые Врата. Увидела эти поганые души и буквально ощутила смрад их злобы. Псина отправилась туда.
Однако мертвецов пока было достаточно. Едва восстановив дыхание, я была вынуждена открыть ещё один провал Грани, но мёртвый пёс вывернулся и отбежал. Проклятье!
Я быстро обернулась к напуганной девочке.
— Где твои родители?
Она перевела перепуганный взгляд с трупа собаки на меня. Потом покрутила головой и ткнула пальчиком в сторону одной из улиц.
А там скакал на всех парах… Дамиан?! Эта девочка родственница инквизитора? Или она намекает, что сейчас подоспеет помощь?
Инквизитор на полном ходу пронёсся сначала к собакам. С его рук слетело белое пламя, оставив только сильно обгоревшие скелеты. Растерявшиеся души были отправлены за третьи и вторые Врата уже мной.
Я думала, что Дамиан продолжил работу, но он подъехал к нам и, ловко спешившись на скаку, обратился к девочке:
— Карина! — пророкотал взбешённый мужчина, останавливаясь рядом с нами. Пылающий белым огнём меч бросал на его лицо странные блики. — Ты почему не дома?!
— Я п-погулять, п-посмотреть… — начала заикаться девочка, в медово-карих глазах застыл испуг. Казалось, она уже не считала умертвия собак самым страшным, что ей довелось увидеть за сегодня. Ибо даже меня сейчас зацепило, хотя Дамиан и не смотрел в мою сторону.
— Быстро ушла домой! — рыкнул инквизитор.
Девочка бросилась прочь, успев бросить на меня благодарный взгляд. Вскоре её каштановые кудряшки скрылись за поворотом. Я выдохнула и повернулась к Дамиану.
— Ты чего так разорался?
Сначала у самой едва не задрожали коленки от такого пронзительного взора. Потом мужчина слегка остыл, но меч продолжал сжимать очень крепко.
— Я не знал, что ей хватит глупости выйти на улицу, когда тут бродят мёртвые псы. И никто не стал её останавливать!
— А откуда ты сейчас об этом узнал? — поинтересовалась я. И напоминать о том, что он вначале предпочёл немного отсидеться в доме Генри не стала.
Однако я обратила внимание, что Дамиан перенёс вес на здоровую ногу.
— У нас есть один дружелюбный домовой, который захотел присматривать за девочкой. Он мне сообщил.
— Родственница?
Он задумался и туманно ответил:
— В какой-то степени.
Дальше было не до разговоров. Инквизитор стал помогать, раз уж пришёл. Он отлавливал собак, задерживая их на месте, а я отправляла души за Грань.
Дело пошло гораздо быстрее. И что ещё лучше — Дамиан даже не заикнулся об оплате, лично выдав мне шестьдесят серебряных за двенадцать трупов собак.
Усталая, но довольная, я направилась к той женщине, которая обещала меня научить готовить. Она сказала, что живёт в отдельном домике на окраине с белым коньком у крыши.
Женщина с радостью мне рассказала как приготовить перловую кашу, куриный бульон, научила делать тесто и жарить оладушки. Перед тем, как вернуться к учителю я взяла на себя смелость купить на заработанные деньги продукты для оладий.
Когда я вернулась с улыбкой до ушей, Генри и Дьюк как-то подозрительно на меня поглядывали.
— Эй, счастливая, Этьена по дороге не встретила? — спросил Дьюк.
— Нет. Разминулись, наверное, — пожала я плечами.
— Всё хорошо прошло? — настороженно спросил Генри. Я с широкой улыбкой вручила ему продукты и мешочек оставшихся денег. Там осталось где-то сорок восемь монет.
— Ты не будешь
