– Вы пока не нарушали правил – пакаль не покидал Дубай, – ответил «серый». – Но были весьма близко к провалу. Противник, с которым вы столкнулись в Лагунах, сумел добраться до цели гораздо раньше, чем вы рассчитывали. Вы недооценили его, хотя имели возможность убедиться, на что способны эти люди. Допущенная вами оплошность весьма серьезна, учитывая, то, что они могли сразу же покинуть Дубай вместе с находкой.
– Не могли. Я установил множество ложных целей, чтобы искатели проторчали там еще как минимум двое суток. За это время я наверняка сумею добыть третий пакаль и вернуться за оставшимся.
– Тем не менее ваш прогноз не оправдался. Ваши враги заполучили пакаль, покинули глаз бури и движутся в неизвестном вам направлении. Вы поставили миссию под угрозу и, согласно протоколу, я вынужден применить штрафные санкции.
– Но тебе же известно, куда направляется эта группа искателей, я прав? Так дай мне их координаты и я исправлю то, что ты счел моей оплошностью.
– Исключено, – отрезал «серый». – Даже если бы они направлялись прочь из города – к счастью, это пока не так, – я не выдал бы вам их маршрут. Не имею таких полномочий. В нашей игре за ошибки спрашивают иначе.
– И как же? Снова сотрешь метки у меня на карте?
– Ну, для вас это было бы слишком мелкой неприятностью, ведь вы уже запомнили все нужные координаты. Нет, у меня припасено кое-что особенное. Одна встреча, которая вряд ли доставит вам удовольствие, но, надеюсь, многому вас научит.
Стоящий напротив Безликого Инструктор выбросил вперед правую руку, как будто хотел прихлопнуть на лице собеседника муху. Кальтер пока не жаловался на свою реакцию и попытался уклониться, но удар «серого» был воистину молниеносен. Однако не сокрушителен, как на ринге у боксера, а мягок, словно у играющей кошки. Безликий лишь ощутил, как кончики пальцев противника коснулись его шеи, после чего он сразу же потерял сознание…
… А когда очнулся, то находился уже не возле гольф-клуба в районе Эмиратс Хиллс, где они столкнулись с Инструктором. Куда вдруг занесло Кальтера, он с ходу не разобрался, зато мигом понял, что влип по-крупному. Два дюжих человека в форме частных охранников тащили его под мышки по длинному коридору. Сам он идти не мог, поскольку все его полноценные конечности были скованы тюремными кандалами, а наручник на правой руке был вдобавок пристегнут метровой цепью к ножным «браслетам». Протез у Безликого тоже отняли, а покалеченную руку надежно примотали к телу эластичным бинтом. Последнее говорило о том, что поймавшие Кальтера незнакомцы знали, насколько опасен этот инвалид. И подозревали, что ему под силу убить противника не только одной рукой, но даже культей.
Безликий не стал задавать конвоирам вопросы. Судя по обмундированию и серьезному подходу к делу, это не обычные мародеры, а профессионалы. Такие не отступают от инструкций, категорически запрещающих рядовым бойцам разговаривать с пленными.
Дергаться было бессмысленно, и Кальтер решил дождаться, когда все выяснится само собой. Раз уж его не прикончили сразу, значит, рано или поздно введут в курс дела, кому и зачем он опять понадобился. Лучше бы, конечно, узнать это пораньше, но здесь от его желаний ничего не зависело. Хотя таких пленников, как он, принято допрашивать и «раскалывать», что называется, с пылу, с жару. Чтобы они не успели продумать тактику своей защиты и легче попались в ловушки дознавателей.
Интересный фортель отчебучил Инструктор… Ну да ладно, Безликий начал привыкать к тому, что его нынешнее командование ведет слишком странную игру. Причем игру в буквальном смысле слова: игроки, призы, уровни сложности, штрафные баллы… В последнее время Кальтер начал ощущать себя персонажем старого фантастического телесериала, героев которого вынудили регулярно нажимать загадочную кнопку и якобы спасать таким образом мир от катастрофы. Чем дальше, тем больше эти герои укреплялись в мысли, что их жестоко обманывают и что вся эта история – лишь розыгрыш. Но как бы то ни было, слишком высоки были ставки. И потому никто долгое время не рисковал проверить, что будет, если однажды нарушить приказ и не нажать на злополучную кнопку.
То же самое происходило с Безликим. Разум подсказывал ему, что мир не может рухнуть от того, что какие-то железные таблички с картинками вдруг переменят свое местоположение. Поэтому все чаще Кальтеру хотелось послать к чертям «серого» вместе с его речами о спасении мира. Особенно сейчас – когда его кровавые игры зашли непонятно куда. Но разум говорил Безликому и обратное. «Серый» слишком много знал, слишком много умел. И уже не раз демонстрировал ему свое могущество, чтобы считать его обычным богатым чудаком, одержимым сумасшедшей идеей. И та чертовщина, что творилась в этом мире – мире 2016 года, где Кальтер был гостем, – наглядно доказывала, что Конец Света, о котором толкует «серый», может быть и впрямь близко.
Совсем недавно – по летоисчислению Безликого, – жизнь повернулась так, что сегодня ему действительно было что терять. Именно это пугало его и заставляло раз за разом жать на «кнопку», какую ему доверили контролировать. Жать и гнать от себя мысли о том, что он не спасает мир, а участвует в безумном реалити-шоу на потеху многомиллионной публике…
Конвоиры доволокли Кальтера до двери в конце коридора. За нею оказалась комната для допросов. Самая настоящая, суровая, а не какой-нибудь рабочий кабинет или офис для задушевных бесед. Из мебели в ней были лишь пара стульев и стол, за который пленника и усадили. После чего отцепили его правую руку от цепи и прикрепили ту наручником за приделанную к столу скобу. В стене напротив Безликого имелось большое окно с тонированным стеклом. Через него находящиеся в соседнем помещении наблюдатели могли видеть допрашиваемого, а он их – нет. Других окон в комнате не было, а освещалась она вделанными в потолок яркими лампами.
Усадив пленника, конвоиры удалились, так и не сказав ему ни слова. Оставшийся в одиночестве Кальтер по-прежнему хранил молчание, понимая, что сейчас за ним ведется пристальное наблюдение. По всем, так сказать, правилам гуманного, цивилизованного допроса. Глупая и неуместная затея. Особенно в нынешнем Дубае, где закон и порядок остались лишь на бумаге, а на деле царила полная анархия.
С такими незваными гостями, как он – бывший оперативник-нелегал Ведомства, – не принято церемониться. Зачем терять понапрасну время? Вместо чистеньких, светлых кабинетов их сразу бросают в провонявшие мочой, кровью и потом темные подвалы. А там из них уже вырывают нужные сведения в лучшем случае при помощи сыворотки правды, в худшем – пыточными инструментами и электрическим током. Но эти люди, которым Инструктор выдал своего исполнителя, решили, что смогут разговорить его по-хорошему. И откуда, интересно, в них такая уверенность?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
