VIII века Хазария превратилась в мощную державу, остановившую натиск арабов и объединившую всю юго-восточную Европу. По существу, хазарские ханы тюркютской династии продолжали на берегах Волги дело, которое их предки осуществляли на берегах озера Балхаш, — установление мира между разноплеменным населением степей на основе политического равновесия и совместной борьбы против внешнего врага, в данном случае мусульманской угрозы. Так продолжалось до начала IX века, т. е. до того времени, когда власть в Хазарии попала в руки иудейской общины. Порядок, наведенный хазарами на всем пространстве степей от Черного моря до Аральского, естественно, способствовал развитию караванной торговли. Караваны с восточными товарами шли через Хорезм, Мангышлак и, переправившись через узкий проток между уральской западиной и Каспийским морем, двигались либо на север, по дороге, описанной нами выше, либо на запад, через богатый город Итиль. Транзитная торговля в те времена была наиболее выгодной, так как купцы-посредники были монополистами, и, естественно, они старались обеспечить свое положение политическими мероприятиями. В начале IX века один из беков, Обадия, совершил государственный переворот. Он лишил кагана фактической власти, оставив его формальным главой государства, и, сохранив себе титул «бек» лишь для внутреннего употребления, в сношениях с иностранцами именовался царем (малик){26}.
На защиту старого порядка выступили племенные вожди хазар, беки и тарханы, и жестокая гражданская война с религиозным оттенком долгое время полыхала в степях между Волгой и Доном{27}. Победил тот, у кого были деньги, т. е. сторонники нового порядка. Сначала хазарские цари подкупали себе союзников среди кочевых племен: мадьяров, гузов и печенегов, натравливая их друг на друга, а потом, в X веке, перешли к использованию наемников: русов и славян — для войны против мусульман, а арсиев, горцев из Дейлема и Мазандерана, выговоривших себе право не сражаться против единоверцев, для подавления язычников и христиан{28}. Так создалось правительство, не отражавшее интересов народа, а рассматривавшее его как один из источников дохода. Мы не знаем ни подробностей переворота, ни перипетий гражданской войны начала IX века, так как имеющиеся источники освещают эту проблему слишком скудно.
Прошло сто лет. В этот период сильной угрозой для хазарского правительства сделалась растущая сила Руси. Торговый путь «из варяг в греки» успешно соперничал с волжским путем «из варяг в хазары». Славянские города Новгород, Смоленск. Киев темпами роста опережали Париж и догоняли Кордову и Багдад. О храбрости «русов» арабский автор X века пишет так: «Хорошо, что русы ездят только на ладьях, а если бы они умели ездить на конях, то завоевали бы весь мир»{29}. До тех пор пока славянские племена были раздроблены, хазарские цари могли брать с них дань по белке с дыма, но объединение племен вокруг Киева, достигнутое князьями Олегом и Игорем, создало на границе Хазарии государство столь мощное, что, для того чтобы ему противостоять, требовалось объединение всех сил степи. А это было для правительства хазарских царей смерти подобно. Народ и окрестные племена почитали не еврейского царя-узурпатора, а лишенного власти тюркского кагана, содержавшегося под стражей и выпускавшегося к народу по большим праздникам. Для народа этот царственный пленник был символом величия, а за хитрых купцов, набивавших золотом седельные сумы, жители степей и речных долин складывать головы не собирались. От Хазарии отложились камские болгары, заключили союз с князем Игорем печенеги, сделались врагами хазарского правительства гузы, и только горцы Мазандерана, честно отрабатывавшие плату за службу, охраняли казну хазарского царя.
Результаты господства купцов и их ставленников сказались в 965 году. Киевский князь Святослав Игоревич разбил наемную армию хазарского царя и взял все крупные хазарские города. Союзники русского князя, гузы прошли через Хазарию и подавили последнее сопротивление хазар, которое вряд ли было ожесточенным. Торговый центр — Итиль — пал перед доблестью молодых народов, находившихся на заре своего подъема.
Хазарская держава была разгромлена, но народ остался. Дальнейшая судьба хазар (а не их правителей) остается неизвестной историкам, но может быть прослежена археологами, и, таким образом, мы смыкаем второй ход нашего анализа с первым — исторической географией, изменениями климата и ландшафта. Поднявшиеся волны моря затопили безопасную дорогу между Мангышлаком и восточной окраиной дельты, а высохшие степи снова стали преградой для караванной торговли.
Теперь, обратившись к исторической географии дельты Волги, мы знаем, какие памятники мы можем там встретить, кого и где нам надлежит искать и как понимать то, что мы сумеем найти.
Примечания
1 Артамонов М. И. История хазар. Л., 1962. С. 114–132.
2 Томсон Дж. О. История древней географии. М., 1953. С. 428–429; Зелинский А. Н. Древние пути Памира // Страны и народы Востока. Т. III. 1964. С. 113.
3 Васильев Л. С. Культурные и торговые связи Ханьского Китая с народами Центральной и Средней Азии // ВИМК. 1958. № 5. С. 48; Гумилев Л. Н. Хунну. С. 193.
4 Томсон Дж. О. Указ. соч. С. 418–419 [Цит. Плиния: «Как дорого нам обходятся роскошь и причуды наших женщин!» Плиний подсчитывает, что из Рима ежегодно уходит миллион монет хорошей чеканки.]
5 См.: Ременников А. М. Борьба племен Подунавья и северного Причерноморья с Римом в 275–279 гг. // ВДИ. 1964. № 4. С. 131–138.
6 Шан Юэ. Очерки истории Китая. М., 1959. С. 96, 100.
7 Гафуров Б. Г. История таджикского народа. Т. 1. М., 1949. С. 69.
8 Большая часть монет оставалась в руках парфянских и индийских посредников (Дж. О. Томсон. Указ. соч. С. 431).
9 Зороастрийское духовенство было обладателем огромных сокровищ и поддерживало первых Сасанидов, что позволило им долгое время быть независимыми от транзитной торговли.
10 Гумилев Л. Н. Некоторые вопросы истории хуннов // ВДИ. 1960. № 4.
