Читаем без скачивания Хроники новуса - Наталья Викторовна Бутырская

да еще светили фонарями. Я же привык вглядываться в темноту, высматривая серые крысиные тушки. Если сторожа случайно не направят фонари в мою сторону, они ни в жизни не смогут меня разглядеть.

Я выждал, пока они в очередной раз пройдут мимо, подошел к складу с шерстью и принялся осматривать стены. Крепко сделано! Стык между каменным основанием и бревнами густо замазан глиной. Если бы внутри было зерно, крысы бы наверняка прогрызли себе несколько ходов, но ради шерсти они трудиться не хотели. Ничего! Я им помогу. Обломком камня я расковырял засохшую глину и запихнул в щель ароматные зерна. Повторил то же в другом месте, в третьем, подсыпал чуток под ворота.

Но этого мало! Так что я снова пропустил сторожей, вскарабкался на крышу, стараясь не шуметь, затем вынул одну черепицу и сыпанул внутрь изрядную горсть зерна с анисовым маслом, прополз чуть дальше и сделал то же самое. И так до тех пор, пока все зерно в мешочке не закончилось. Спрыгнул с крыши и был таков.

Хвала древу Сфирры, госпожа Бриэль уже спала, но дверь на засов не закрыла. Значит, ждала, что я вернусь. Я опустил засов, прокрался к чердаку и лег спать.

Глава 15

Одной вылазки мало. Что могут сделать с таким большим складом несколько десятков крыс? Потому я продолжил следующим вечером, и после него, и еще… Я приманивал на ту улицу крыс со всего города, неустанно прокладывал дорожки из пропитанных анисовым маслом зерен, и через несколько дней нельзя было пройти близ северных ворот, не встретив хотя бы трех-четырех зверьков.

В тех местах, где я сколупнул глину, крысы уже прогрызли настоящие ходы. Теперь нужно, чтобы они задержались в самом складе, чтоб растащили шерсть для устройства своих гнезд по всему городу. Потому в последнюю ночь я вскарабкался на крышу и насыпал внутрь полмешка зерен. Того пузырька анисового масла на всё не хватило, так что я промыл его и той водой пропитал заготовленный овес. Сам я запаха аниса уже не чуял, но крысолов не раз говорил, что крысиный нюх куда тоньше собачьего.

Даже с крыши я услыхал писк изнутри склада. Видать, им пришлось по вкусу мое угощение.

Довольный своей местью, я вернулся домой, забрался на чердак и уснул мертвым сном, как не спал с того дня, когда торговец шерстью обдурил меня.

Проснулся я от странных ощущений. Спросонья почудилось, будто крысы пробрались под одеяло и защекотали низ живота длинными носами. У меня аж горло свело от мысли, что одна из них вот-вот вцепится зубищами в моё нижнее хозяйство. Но вскоре я понял: это не крысы. Чья-то рука распустила завязки на портках, прокралась глубже и сейчас поглаживала меня между ног. Не сказать, что мне это совсем не нравилось, вот только в доме, кроме меня, жил всего лишь один человек — госпожа Бриэль. Я чуть приоткрыл глаза и глянул сквозь ресницы. Это и впрямь была вдова в одной нижней рубахе. Хотя седые распущенные волосы закрывали ее лицо, но кто бы это мог быть еще?

Она что-то бормотала себе под нос. Уж не приворот ли какой? Я весь похолодел, представив, как буду всю оставшуюся жизнь домогаться старухи. Прислушался…

— Какой молоденький. Какой крепкий! Давай же… Ах, как давно…

Я перекатился в сторону, треснулся затылком о короб, но тут же вскочил на ноги, сжав верх портков так, чтоб они не спадали.

— Госпожа Бриэль!

Она встала на колени и поползла вперед, не сводя с меня жадного взгляда.

— У тебя же еще не было женщины? Ложись, я сама всё сделаю! Закрой глаза. Тебе будет хорошо!

Я заметался, не зная, что делать. Сдернул суму, подхватил плащ, неуклюже перескочил через госпожу Бриэль, случайно ударив ее ногой по плечу, скатился с лестницы и бросился вон из дома.

Скрывшись в переулке, я накрепко перетянул портки веревкой, всё еще подрагивая от омерзения, глянул на свои босые ноги и окончательно расстроился. Башмаки остались на чердаке. Шапка тоже. И провизии я закупил на пару месяцев вперед. Ладно, заберу через пару дней, когда успокоюсь, как раз госпожа Бриэль одумается.

Стоило лишь в мыслях назвать ее имя, как меня снова замутило. Я вспомнил дряблые обвисшие груди, проступающие через тонкую ткань рубахи где-то на уровне пояса. Бррр!

А ведь солнце стояло уже высоко. Видать, вымотавшись в предыдущие ночи, я совсем заспался. Может, госпожа… бррр… хозяйка поднялась, чтоб разбудить меня? Проверить, не заболел ли? Ну да, конечно. Будто она тоже заспалась и решила прогуляться в одной лишь рубахе, не убрав волосы.

Надо искать новое жилье. Но я растратил уже немало медяков: на провизию, на анисовое масло, на оплату за крышу. Да, в моем схроне оставались деньги, только не хотелось спускать их так быстро. Вряд ли в город забредет еще один крысолов!

Я стал вспоминать, где еще можно подзаработать. Одному нужно было выкопать новую выгребную яму, другой жаловался на брехливую собаку соседа, третий хотел прочистить дымоход… Всё это принесет немного медяков, гораздо меньше, чем должен был дать торговец шерстью, но лучше так, чем вообще никак.

Снова взглянув на босые пятки, я решил отложить поиски работы. Если на мне будут башмаки и шляпа, я смогу выторговать чуть больше денег. Отчаявшимся платят меньше, потому что у них выбора нет.

Так что пару дней поброжу по городу, поживу в прежней таверне, заберу пожитки и уж потом пойду договариваться насчет работы.

Вечером, когда я, заплатив привычные семь медяков за ужин и кров, хлебал густую гороховую похлебку, в таверну вошел мой знакомец. Воробей! Он быстро окинул взглядом зал, увидел меня, приветливо кивнул и подсел рядом.

— Жаль, крысолов тебя не взял в ученики, — сказал он.

— Ничего, — ответил я.

— Куда думаешь податься?

— В воры не пойду.

Воробей рассмеялся:

— Сейчас тебя никто и не возьмет. Слишком уж примелькался! Весь город бегал посмотреть на крысолова. — Паренек наклонился ближе и прошептал: — Слыхал про склады близ северных ворот? Говорят, там крыс видимо-невидимо.

У меня ёкнуло в груди, но я постарался принять равнодушный вид:

— И что? Нас с крысоловом туда не звали.

— Да нет, ничего, просто хочу предупредить. Ты слишком быстро обзавелся недругами. Я б на твоем месте ушел из города.

— Вот уж нет! — воскликнул я.

— Воля твоя.

После этого разговора мне стало не по